Шрифт:
Глава 1
Сегодня проводили показательное выступление для новичков. День открытых дверей всегда суетливый и энергоемкий, а если еще и совмещенный с тренировкой, то мы практически выползали из зала. Леля, учитель восточного танца, никогда нас не щадила. Правда, в отличие от многих, и сама ни минуты не сидела во время занятия.
И вот теперь девочки, привычно взмыленные, с бешеной скоростью пытались привести себя в порядок, дабы не выступать перед зрителями в таком виде, будто только что пробежали марафон. До выступления оставалось не более получаса. А что делать? Аренда помещения немалая и приходится экономить время, да и деньги заодно.
Тело потихоньку охватывало привычное ощущение легкого манража: сколько не выступай, а волнение всегда будет щекотать нервы. Остывающие мышцы упорно не хотели быстро двигаться, и непослушная застежка уже в третий раз выскальзывала у меня из рук. Ольга, уже переодевшаяся и поправляющая макияж, сжалилась над моими потугами:
– Давай помогу, чего мучаешься… Вот ведь какая тугая, зараза!
Я расслабилась, предоставив теперь попыхтеть подруге. Ожерелье было новым и застегивалось с большим трудом. Тут же спохватилась, ведь времени остается все меньше, и принялась надевать многочисленные браслеты. Вздох облегчения за моей спиной возвестил, что подруге все-таки удалось справиться с китайской бижутерией. Подправить лицо я уже не успевала. Ну и пусть с ним. Авось зрители прикинут, так ли легко все это дается.
– Быстрее, быстрее! – поторапливала Леля. – Зал заполнен, и Наталья вот-вот вас объявит.
Значит, разговоры и вопросы уже исчерпали себя, и теперь люди просили зрелищ. Наша группа легкой сиреневой стайкой впорхнула в ярко освещенный зал, где сразу попала под перекрестный обстрел взглядов множества дам различных возрастов и комплекции. Раздалась музыка, заполняя огромное полупустое помещение и рассеивая отголоски по пустым коридорам.
Искрясь улыбками, мы приступили к несложному танцу, вся прелесть которого заключалась именно в рисунке. Девочки менялись, переходя из одной фигуры в другую. После нескольких секунд страха перед зрителями, который испытывали абсолютно все, танцовщицы расслабились и задвигались свободнее и мягче. Так всегда бывает. У нас, по крайней мере. Увлекаешься самим процессом и перестаешь думать о возможных проколах и страхе опозориться. Заключительное па и зал взорвался аплодисментами.
Танцовщицы, сияя, как новые монисты, змейкой полились к выходу. Посмеиваясь и делясь впечатлениями, мы влетели в костюмерную. Я на ходу снимала украшения. Будет другой танец, другой костюм и другая бижутерия. Привычно быстро переодевшись, девочки выстроились по двое у входной двери.
Объявления не было, видимо у зрителей возникли какие-то вопросы. Я, посмеиваясь, оглядывала подруг. В этих костюмах мы напоминали цыганок… и одновременно новогодние елки. Ольга поймала мой взгляд и тоже усмехнулась, выразительно оглядев меня с головы до ног. Ну еще бы! Мы так часто это обсуждали, и я не строила иллюзий, что выгляжу лучше остальных. Музыка стряхнула с наших лиц ехидные ухмылки. Я нацепила привычную «обворожительную» улыбку в тридцать два зуба. Близи страшно, но зато издалека видно.
И еще один танец, а потом еще два после утомительных переодеваний. Затем я медленно доплелась до маленькой комнатки, где молча переоделась в повседневную одежду. Руки слегка немели от непомерной нагрузки, а ноги уже подкашивались. Но хорошее настроение щекотало нёбо пузырьками шампанского.
Стоило выйти из костюмерной, как мы попали в объятия стайки молоденьких девушек, жаждущих что-то узнать у нас лично. За их спинами маячила донельзя довольная хитрюга Леля. Ольга и Мария, помогающие ей тренировать новичков, мрачнели все больше по мере увеличения вокруг нас восторженных глаз. И как всегда я порадовалась, что когда-то успешно отмазалась от этой повинности. Вроде мы все-таки прорвались без жертв…
Я возвращалась с тренировки, лениво передвигая ногами в сторону родного дома. Правое плечо оттягивала сумка с костюмами, а по левому бедру в такт шагам бился проигрыватель. Все тело наполняла приятная усталость. На душе было легко и спокойно. Привычное состояние после хорошей тренировки.
В танце я всегда выкладываюсь полностью, ощущая будто лучу и могу окинуть взглядом весь мир. Я улыбнулась, раскинула руки в стороны, запрокинула голову так, чтобы видеть лишь только небо, и побежала, стараясь создать ощущение полёта. Как будто были только звезды и я. Очень люблю загадочные, невероятно далекие звезды, рассыпанные по небосводу, словно качественные чешские стразы по бархату цвета индиго. Они притягивают меня, манят несбыточным, зовут к мечте, отрывают от земли…
Да, наверное, правильно мама твердила, что надо хоть иногда и под ноги смотреть. Эта немудреная истина яркой вспышкой озарила мою бедовую голову во время краткого полета. Только не в звёздное небо, а на грешную землю. Раздались смешки. Думаю, прохожие получили море удовольствия от моего пируэта. Я зажмурилась, не желая видеть их глаз и молилась, чтобы никто ко мне не подошёл. Но больше не было ни смеха, ни предложений помощи.
Я вздрогнула и схватилась за плеер. Если я его разгрохала, то мы на долгое время останемся без музыки, и будем в танце прихлопывать в такт ладошками, изображая детский ансамбль. Или стырим деревянные ложки у соседей-народников. Я усмехнулась, представив себе эту колоритную картинку: танец живота с деревянными ложками. Хихикнув, я попыталась подняться и неожиданно почувствовала тревогу. Что-то было не так.
Меня окружала тишина. Жизнь в городе довольно шумная штука, да и в деревне никогда не бывает особенно тихо. А эта тишина настораживала, причем я отлично слышала шорох своей одежды, когда поднималась с земли. А вокруг стояла такая тишина, будто меня окружал кокон, старательно поглощающий все звуки.
По шее поползли мурашки. Меня окружал не свет фонаря, как я думала, а нечто иное. Я осмотрелась в странном световом шаре, за границами которого была лишь тьма, наполненная пугающей тишиной. Я продолжала стоять на чем-то невидимом, но какой-либо зримой опоры под ногами не было. Волна страха медленно поднялась по моему телу, оставляя за собой холодный липкий пот. Казалось, что стук моего сердца слышен во тьме и эхо раздается на всю вселенную.
– Тихо, без паники! – сказала я себе, и, как всегда, звук собственного голоса меня немного успокоил. Всегда приятно поговорить с хорошим человеком! – Этому наверняка есть какое-нибудь логичное объяснение. Если у меня поехала крыша, то остается надеяться, что меня скоро вылечат! К тому же здесь нет туннеля, свет собран исключительно вокруг меня, а не маячит где-то впереди. Значит, это не смерть. И вообще, возможно, что темнота вокруг просто оптический обман зрения. Может, посмотреть, что там, за его пределами?
Я подумала, и, решив, что мой голос дело говорит, зажмурилась и сделала шаг.В тот же миг меня окружили звуки, в лицо ударил колючий ветер, а под ногами хрустнула пожухлая трава. Волоски на руках встали дыбм. Холодно-то как! Вроде лето, но температура явно не выше десяти градусов.
Я быстро обернулась, но на том месте, где я только что стояла, никакого света не было и в помине. Меня снова со всех сторон окружала темнота. Но это уже была другая, привычная ночная темнота, и ничего устрашающего в ней не было. Глаза постепенно привыкли, и я увидела себя посреди густого леса! Под ногами обнаружилась лысая тропинка, причем довольно утоптанная. Тропка виляла пьяными зигзагами и стыдливо скрывалась среди круглых кустов. Деревья над головой хитро перешептывались с ветром и вместе они с энтузиазмом засыпали меня засохшими листьями. Казалось, что все вокруг живое, и я ощущаю на себе пристальные взгляды. Ничего не понимаю!