Чтение онлайн

Я посмотрел в ту сторону, куда она указала. В лунном свете на вершине утёса виднелись тёмные руины. Полуразрушенная каменная башня без крыши, остатки стены… Это и был замок? Не удивительно, что мой правопредшественник свинтил. Хотя бросать свой дом и землю — малодушно как-то.

Что ж, по крайней мере, она действительно доставила меня к цели. Правда, несколько неконвенциональным способом.

«Этот домен раньше принадлежал угасшему роду Пинаэрри. Так же называется домен. Всё это брошено. По традиции ты должен зажечь огонь в очаге, чтобы вступить в свои права. Если эта задача мешает тебе думать и говорить со мной, то приступай, не вызывай раздражение богини».

Внутри башни я действительно обнаружил нечто, похожее на огромный камин или печь. Он был завален отсыревшим мусором и затянут паутиной.

«Я могу сделать это за тебя. Так будет быстрее», — предложила она.

— Не стоит, — буркнул я, копаясь в седельных сумках. — Я предпочитаю делать свою работу сам. Тем более, такую ритуальную.

Богиня… Сейчас она наверняка по-девичьи закатила бы глаза, если бы у неё было лицо. Аная же просто взмахнула рукой, и воздух вокруг наполнился десятками крошечных, светящихся шариков, похожих на светлячков. Они зависли в воздухе, заливая руины мягким, призрачным светом. Удобно.

Я методично, без суеты, принялся за работу. Нашёл брошенный у очага совок, частично расчистил очаг от мусора и паутины. Затем достал свой нож скрытого ношения, гномьей работы, и вышел из башни. Осмотревшись, я нашёл несколько сухих, просмолённых сосновых веток, которые не успели отсыреть от морского воздуха.

Вернувшись в башню, я сел у очага и принялся расщеплять ветки на тонкую, как бумага, лучину. Сложил лучины в один, второй, третий слой. Снизу веточки тонкие как спички, повыше те, что потолще. Мои руки работали уверенно и точно.

Я не спешил, хотя чувствовал на себе её пристальный, изучающий взгляд-невидимку.

Подготовив растопку, достал трут и огниво. Простая, надёжная вещь, в походе просто бесценная. Трут, заготовленный заранее, поместил в середину конструкции из щепок. Несколько резких, высекающих искру ударов. Сухой трут вспыхнул. Я прикрыл ладонями огонёк, чтобы его не задуло свежим морским ветром.

Аная молча наблюдала. Я чувствовал, как её первоначальное раздражение сменяется чем-то другим. Недоумением? Любопытством? Может быть, даже толикой уважения.

Когда над лучиной заплясал маленький, уверенный язычок пламени, я начал подкладывать ветки потолще. Огонь разгорался. В какой-то момент парочка рун, высеченных на камне, скупо засветились голубоватым светом. Внутри меня тоже что-то зашевелилось, отозвалось на огонёк, что-то не физическое, а ментальное. Я почувствовал, как напряжение последних дней отступает, словно это пламя растопило во мне усталость и страх.

Огонь в ритуальном очаге разгорелся ровно, мощно, его свет плясал на древних стенах башни, отбрасывая причудливые тени. Руны на камнях сияли ровным голубым светом. Я подбросил ещё пару поленьев и выпрямился, отряхивая руки. Работа сделана.

— Итак, — сказал я, поворачиваясь к молчаливой фигуре. — Я разжёг очаг, выполнил местные формальности, хотя и действовал, как читер. Но теперь мы можем поговорить. Между прочим, а не могла бы ты что-то сделать со своей внешностью? Не пойми меня превратно, но у тебя пугающий вид, потому что вместо головы сгусток тьмы, который даже внешний свет поглощает.

На пару секунд воцарилась тишина. Я боялся, что она мне сейчас «даст по щам» за дерзость. Но вместо этого тьма под капюшоном начала таять, втягиваться в себя, и через секунду передо мной стояла девушка.

Она была невыразимо прекрасна. Классической, холодной, почти неземной красотой. Длинные, как лунный свет, волосы, тонкие черты лица, бледная кожа. Но глаза… В её глазах, цвета грозового неба, была такая бездонная печаль и усталость, словно она смотрела на этот мир уже не одну тысячу лет и не увидела в нём ничего, кроме боли и разочарования. Она была одета в простое тёмное платье, украшенное рисунками из светящихся звёзд.

— Так лучше? — её голос, теперь уже не мысленный, а настоящий, был тихим и мелодичным, но всё таким же холодным.

— Значительно, — поклонился я. — Благодарю за то, что доставила меня… до моего места назначения. Однако я понимаю, что ты сработала как сверхскоростное такси не из чистого альтруизма, а в своих личных интересах. Теперь мы можем поговорить о деле, о заказе и об оплате.

Я полностью перехватил инициативу, превращая то, что должно было быть божественным поручением, в коммерческие переговоры.

В её прекрасных глазах на миг вспыхнул гнев. Я увидел, как сжались её тонкие губы. Еще бы, какой-то смертный ставит ей, богине, условия. Но вспышка так же быстро погасла, сменившись спокойствием.

— Ты красивый и нахальный, человек-чужак Рос. Обычно смертные бегут и выполняют то, что мы просим. А мы потом их благодарим.

— Я не торговец и не бизнесмен, прекрасная Аная. Но то, что ты описываешь мало похоже на сделку, скорее на рабство. Напоминаю, что не служу никому из богов мира Гинн. Врать не буду, если бы меня попросил мой бог с моей Земли, хотя я и не ходил в его храмы, отнёсся бы совсем по-другому, а так…

— И всё же ты же помог Дикаису? Ты теперь знаменитый божественный герой. А у меня как раз проблема как раз по твоей части.

— Помог, — кивнул я, — потому, что он попросил и потому, что его интересы совпадали с моими и наоборот. Плюс к этому я получил в качестве оплаты кое-какую магию.

Улыбка коснулась её прекрасных губ.

— Ты носишь мой доспех, — неспешно возразила она, — И он с десяток раз спасал твою жизнь…

— Который я получил за жизнь змеиной королевы, не говоря уже про то, что доспех мне достался в ужасном состоянии и мне пришлось его ремонтировать.

Глаза Анаи снова вспыхнули гневом.