Чтение онлайн

Кафе я купил за шесть миллионов, в тот же вечер. Как оказалось, его держал простолюдин, которому хватило одной усмешки Виктора, чтобы без споров назвать цену.

А на следующий день, я заказал себе небольшой катер. Восемь с половиной метров длиной, два с половиной шириной и ярко-красным цветом, с бежевым салоном. Два двигателя по четыреста лошадиных сил, разгоняли лодку до семидесяти морских узлов или ста тридцати километров час. На воде. По волнам.

А через три дня, мы узнали, что один из гонщиков Итальянцев, погиб в аварии. Он, превысив скорость, вылетел на скользкой дороге с обрыва, а будучи не пристёгнутым, погиб он мгновенно. Так гласила официальная новость, которую я прочитал за несколько часов до старта гонки в Монако.

— Бред, — произнёс я ворчливо, откладывая газету в сторону и откусывая круассан. — В жизни не поверю, что профессиональный гонщик допустит столько ошибок.

— Согласен, — кивнул Виктор вставая. — Но тебе так или иначе, пора на старт. И Макс, будь осторожен, — положил он мне руку на плечо.

На стартовой решётке я стоял первый, за мной стоял оставшийся один Итальянец, а следом, к нашему удивлению, стоял Австралиец Даниэль Рикядда. Новый гонщик Дмитрия Лёвина. А вместе с ним, появилась новая машина, полностью чёрного цвета и без единого спонсора.

Старт, я проспал, меня отвлекла лампа оповещения о жёлтом флаге. А пока я смотрел на неё, загорелись зелёные сигналы светофора и гонка началась. И хотя многие гонщики, смогли среагировать на мою заминку, нашлись несколько, которые влетели в меня сзади, уже набрав приличную скорость.

Гонку остановили, гонщиков вернули в боксы, пока убирали стартовый участок, а меня повели в больницу, по протоколу положено, проверить моё здоровье.

Гонку, я отправился смотреть на яхту к Виктору. В нашей команде остовалась, ещё две машины. И гонка проходила напряжённо. Впереди ехал Итальянец, следом за ним держался Рикядда, а за ним уже шли оставшиеся наши гонщики.

Но за круг до конца гонки, в восьмом правом повороте, который уходил в туннель, итальянец, по какой-то причине не остановился и пробив железные рельсы безопасности, вылетел в море.

Спасти его не удалось.

Гонку выиграл гонщик Лёвена. И вместе с Дмитрием, вышедшем на награждение как владелец команды победителя. Весело и счастливо отмечали это событие, хотя всё атмосфера не располагала к празднику.

А вечером, уже в самолёте, Виктор рассказал о причинах катастрофы.

— Ты сейчас пошутил? — произнёс я, пытаясь поверить в это.

— Нет, это точный факт. На тормозных трубках была установлена взрывчатка, — покачал головой Виктор, сидя в кресле напротив. — И кто-то, активировал её, прямо перед поворотом в туннель.

— Неожиданно, — ошеломлённо произнёс я, смотря в иллюминатор на огромный океан за бортом.

Нью-Йорк заливало дождём. И так угрюмые кварталы серого бетона, стали совсем мрачными. Люди сменили свою цветную и яркую одежду на тёмные плащи и чёрные зонтики. И лишь витрины магазинов и жёлтые такси, добавляли этому городу красок.

Я сидел в своём Чокере Марафоне, возле центрального банка города. Маска, закрывающая верхнюю часть лица, была сдвинута на лоб, а я не отрывался от входа в банк. В него, шесть минут назад, вошли двое представителей триады. И хотя Чан, попытался рассказать их задумку, я прервал его и напомнил, что мне подробности не нужны.

Через две минуты раздался звонок сигнализации. Оглушительно звеня на всю улицу, привлекая внимание. До приезда полиции осталось две, а в лучшем случае три минуты. Запустив двигатель и натянув маску, я снял ручной тормоз и нажал педаль тормоза. Я был готов сматываться из этого места.

Ребята выбежали через минуту, с четырьмя сумками, которые они кинули в багажник, который я открыл из салона. Не дожидаясь, когда они захлопнут дверь, я, переставив ногу с тормоза на газ, вдавил его в пол и вырулив из кармана, помчался по улице. Один перекрёсток и я врываюсь в огромный поток жёлтых такси, которые толкаются в пробке на Бродвее. А навстречу нам мчатся патрульные машины полиции, добавляя городу ярких красно-синих красок.

В Нью-Йорке каждый день работало одновременно около тринадцати тысяч машин такси, перевозящих около шестисот тысяч человек. И как говорится, в поговорке, хочешь спрятать дерево, спрячь его в лесу. Так и мы, толкаясь в пробке, были совершенно никому не интересны.

Китайцы, позади меня, стянув с себя накладные усы и бородки, завязали на шее галстук и надели очки. Изменяя свой внешность.

Через тридцать минут я высадил их на нужном адресе, где они пересев в другую машину, забрав сумки из багажника, уехали дальше.

Легчайшее задание, думал я, стоя на мойке самообслуживания и смывая грязь.

Будет глупо, если на грязной машине появятся чистые номера.

Перекинув номера, я посмотрел на часы, время близилось к обеду, есть мне не хотелось, поэтому, запустив поиск клиентов, я отправился работать.

Дождь, это праздник для такси, клиентов было в разы больше, чем в солнечный день.

Молодые девушки, рвущиеся за покупками, взрослые женщины и мужчины в костюмах, которые спешили на обед из ближайших офисов. Туристы, которые хотели оказаться на Бродвее. Мой список клиентов перевалил за десяток, когда, высадив очередного клиента, ко мне подбежал рыжий ирландец.

— Свободен? Выручай! Два счётчика заплачу! До ирландского квартала.

— Прыгай, — кивнул я на заднее сиденье и дёрнул за рычаг, классического счётчика,

Который измеряет пройденное расстояние, при скорости двадцать пять километров в час и умноженный на сорок центов за километр. То есть, если даже стоишь на месте в пробке, он продолжает свой отчёт.

— Блин, пробки…Чёрт, чёрт, чёрт! — нервничал сзади мой пассажир.

Когда мы начали замедляться перед небольшой пробкой у светофора.

— Торопитесь? — задал я дежурный вопрос.

— Да не тороплюсь, просто…

Его прервал сильный удар в заднюю часть моей машины, клюнула головой, я оглянулся назад, как раз чтобы увидеть как из джипа, влетевшего в нас, вышло трое и достав автоматы, открыли огонь. Оставляя следы пуль на бронированном стекле.