Светотень, Вербицкая Ирина

Светотень

на обложку

Вербицкая Ирина

Шрифт:

04.05.1996

Зарисовки

Ветер северный умчался. Ветер с юга прилетел, Мечется — с цепи сорвался! Ветер! Что за «беспредел»?! Вдруг затих. Листва замолкла. Птичьи голоса слышней. Дождь! Стремительный и колкий В прядях ивовых кудрей…

01.07.1996

Ветер северный — к дождю, К серости и сырости… День за днем я Солнца жду Будто бы в бескрылости… Южный ветер — быть грозе! В небе — гром и молнии! Арией Кармен — Бизе — Сердце переполнено!

01.07.1996

Жизнь многолика и многоголоса…

Жизнь многолика и многоголоса… Она светла! Живут и будут жить великороссы! Сгорев дотла, Из пепла (О, «Солярис!») возрождаюсь. «Барьер» [1] ?! Беру! В горниле страсти сталью закаляюсь В миру!

03.09.1996

В Ночь Мёртвой Луны

Фильмы «Солярис» и «Барьер»

Кольца с руки не снять — Как — будто приросло. Вновь до зари не спать, Святое ремесло! Всю ночь о чём жалеть? Чего всю ночь желать? От боли каменеть. Лишь тенью обладать! Невыносимый сон — Убийственная явь! Встречай меня, Харон! И в безвозвратность правь!

07.11.1996

Из безнадежности уже С надеждой взглядом не ищу я Ни Сирано, ни Беранже… — Аминь! «Аминь». — Не «Аллилуйя!» Несбыточна моя мечта. Уже не жду сужденной встречи. И у распятия Христа Теряю дар последний — речи.

07.11.1996

Крик пронзительный беззвучный Ночь немая не услышит: Список судеб длинный, скучный. Даже ветер еле дышит. Равнодушно звёзды светят, Новолунием томимы. И никто мне не ответит, Почему мы нелюбимы?

07.11.1996

Эта осень — туманная, теплая…

Эта осень — туманная, теплая. Удивительных дней благодать. Зелень в травах сквозь листья поблеклые. Ветра влажного пепельна прядь. В дымной сырости все растворяется. В смутной серости прячу лицо. Затаенно судьба улыбается: Грозди звезд упадут на крыльцо.

10.11.1996

Обескровлена, разбита…

Обескровлена, разбита. Пала — не подняться. У разбитого корыта. Мне ли улыбаться? Вечер, мудренее утро! Будут свет и ясность. В жизни просто все и мудро. Раззадорь, опасность! Чтоб над бездной пробудиться! Чтобы кровь играла! Море радуг — сквозь ресницы. Я ли проиграла? Нет ни слез, ни чувства боли. Я окаменела Глыбой океанской соли — Болью без предела. Непривычно мне, летучей, Пылкой, невесомой, Удивительно везучей И всегда бессонной Каменеть и беспробудно Тяжестью томиться. Зреет знание подспудно: Снова стану птицей! Позади тоску оставлю, Горечь и бессилье. Солнце жаркое восславлю, Расправляя крылья! Рождена подругой ветра! Поступь иноходца! Метр за метром — километры… Быть первопроходцем! Сизый вечер. Зимний холод. Сквозь узор на стеклах Месяц облаком расколот. Небо в звездах блеклых. Всё к утру преобразится. И пройдет усталость. А пока что вечер длится. Я ли улыбалась?

18.01.1997

Четырехстенное пространство

Четырехстенное пространство Удавом душит, хоть умри! Сжигает душу ветер странствий — Посланник Моря и Зари, Угасшей в муках. Зыбки тени. Навек уходит этот миг. Не пасть России на колени! Взорвем поэзией тупик!

29.04.1997

Не нашедшие себя

«Ибо нет и не будет ответа…»

Федерико Гарсиа Лорка

«Нелюбимый серо-грязный цвет

За окном так истерично плачет…»

Не нашедшие себя, Не нашедшие. Никаким к себе путем Не пришедшие. В замкнутом кругу проблем — Сплошь нестоящих. В лабиринте жестких схем — Упокоящих. Серый сумрачный рассвет — Пресс депрессии. Жизнь как омут, жизнь как бред. — Слякоть. Месиво. Безопорность, пустота, Сердца выжатость. Обреченность и тщета. Свежевырытость Зазывающих глубин — Сырость зябкая. Вспышка боли: клином — клин! Темень хваткая. Серый сумрачный рассвет. Осень стылая. Недописанный сонет… — Что ж ты, милая!!!

01.10.1997

«Снег идет…»

За тишину, слепую безмятежность. За легкий снег, танцующий с утра. Чтоб полной чашей пить земную нежность, За тихий омут старого двора. Чтоб не звало безбрежное пространство И нежило домашнее тепло. Чтобы во всем царило постоянство, Чтобы былое снегом замело. Чтобы потом опять начать сначала. Пробиться юным трепетным ростком. Чтоб всей Вселенной было сердцу мало! Чтоб снова тесен стал родимый дом.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12