Чтение онлайн

Работала я в грязной серой конторе, забитой чахлыми растениями и горами хлама. Предполагалось, что я выверяю рекламные тексты для фирмы канцелярских принадлежностей. Работа гнусная, делать нечего, зато никаких умственных усилий не требует, а платят побольше, чем в «Макдоналдсе», — потому я там и торчала. Передо мной, набычившись и подозрительно принюхиваясь, сидели секретарши. Если учесть, что все мои обязанности заключались в чтении, а им приходилось печатать и отвечать на телефонные звонки, то понятно, почему я их так бесила, — готова поклясться, что слышала, как секретарши начинали точить свои длинные ногти, стоило мне переступить порог. Хотя чаще всего они меня просто игнорировали. Но даже секретарши не могли не заметить, как четыре дня подряд я, печальная и задумчивая, болтаюсь у замызганного, намертво запертого окна, взираю на холнборнский виадук и сжимаю в руках открытку.

— Что случилось, душечка?

Ширли, королеве секретарш, было под сорок, она обладала статной фигурой и волосами, выкрашенными в два цвета.

Фран плюнула на меня в отвращении, а Аманда сказала бы: «Ой, цветик, ты хочешь принять его обратно… Тебе, конечно, виднее, но ведь он из мужской школы, а у них такая репутация…» Словом, я отчаянно жаждала излить кому-нибудь душу.

— Я… э-э… Это мой парень. Бывший парень. Гм. Он ушел десять месяцев тому назад, уехал в Америку, не сказав мне ни слова, а теперь возвращается, и я не знаю, как быть.

— Дети есть?

— Нет, конечно. — «Дети»! Как будто я мелкая буржуа. И вообще обидно: неужели выгляжу такой старухой?

— А как у него с деньгами?

— Думаю… не очень.

— Ну и пошли его куда подальше. Все просто, верно? На что он сдался — только под ногами путается, да еще смеет так с тобой обращаться!

Разумно.

— Вы бы так поступили? — спросила я.

— Я так поступаю каждый раз, когда Стэн меня достает. Но он же сам понимает, как он меня любит. Так что он каждый раз на карачках приползает обратно. А я, уж поверь, заставляю его платить.

Я была сбита с толку.

— Значит, можно не посылать его подальше — только заставить платить?

— Как твоей душе угодно.

— Верно. Точно. Спасибо.

Ничего себе! Да я вещи из химчистки забрать никак не раскачаюсь, а тут выдумывай, как лучше поступить с ублюдком, который разорвал мое сердце на клочки, поплясал на них всласть и запросто довел меня до того, что ночь с Николасом стала казаться замечательным развлечением.

Я приготовила кофе из трех разных сортов, которые удалось соскрести с донышек чужих банок, а потом проверила голосовую почту. Чудесное изобретение — избавляет от необходимости каждый раз брать трубку и разговаривать с кем попало на работе. Стало быть, и поручить мне тоже никто ничего не может. Мне оставили пять сообщений. Похоже, становлюсь популярной. Я немного воспрянула духом.

Первая мысль — звонил Алекс. В конце концов, со времени его отъезда я не делала марш-бросков вверх по служебной лестнице, и он знал, где меня найти. Так я и думала потом каждое утро, начиная с этих выходных. И сейчас так разволновалась, что проглотила кофе, не распробовав вкус (существенное достижение).

— Привет, Мелани, дорогулечка, так чудесно было повидать вас обеих тем вечером. Кажется, после моего ухода вы собирались еще покутить!

Грандиозно. Аманда. «Ля-ля-ля, я выхожу замуж за человека, которого люблю, рожу пятнадцать обожаемых детишек, и мы будем долго и счастливо жить в доме, выкрашенном в цвета рода Филлипсов».

Остальное я перемотала. С утра пораньше такое явно не пойдет.

— Мел.

Фью! Фран. Она и подскажет, что делать.

— Я тщательно все обдумала. Принять его обратно — верная смерть для тебя. И перезвони мне… Надо прикинуть, идем ли мы отмечать сучью помолвку этой Филлипсихи.

Вот, значит, о чем было сообщение Аманды. Неужели придется терпеть и ее саму, и ее отвратных надутых приятелей, потом надраться настолько, чтобы можно было с ними разговаривать, а дальше, возможно, и пуститься с ними во все тяжкие — и завершить тем самым круг позора? Хотя… вечеринка — это всего лишь вечеринка, какой бы она ни оказалась унизительной.

Бип.

— Мелани, да, с добрым утром… гм-м… У вас случайно нет той откорректированной брошюры, которую я вам давал месяца полтора тому назад? Ребята из отдела маркетинга клянутся, что у них ничего нет, но вряд ли ведь она все еще у вас. Я вам попозже перезвоню. До свидания.

Мой босс Барни был чертовски вежливым и деликатным человеком, из тех, что видят в людях только хорошее. А люди считали его ископаемым и плевать на него хотели. Я в отчаянии уставилась на свой стол. Все эти бумажки, лежавшие здесь уже полтора месяца, наверняка успели покрыться плесенью.

Бип.

— Мелани, это Флави из отдела маркетинга. Мелани, нам только что звонил твой босс, но я действительно не думаю…

Бип. А я, Флави, думаю, что у меня сейчас есть дела поважнее, ясно? Полный эмоциональный кризис, например, и все тому подобное.

Осталось одно сообщение. Вот бы угадать — повезет или нет?

Бип.

— Мел! Классная ночка на прошлой неделе получилась! Круто, да?

По скорости, с которой мой живот ухнул вниз, я поняла, как же сильно мне хотелось услышать голос Алекса. Конечно, лишь для того, чтобы сказать ему пару ласковых. Или послушать, как он будет передо мной пресмыкаться. Кстати, а откуда у Николаса этот номер? Наверняка Линда постаралась. Она мстила мириадами подобных мелочей за то, что я не мою посуду.

— В общем, я тут прочно застрял с ребятами, у нас назревает еще одна бухгалтерская гулянка. Они, конечно, психанутые, и я, пожалуй, мог бы вырваться в субботу вечером…

Николас, чурбан ты эдакий, четверг на дворе. Не то чтобы у меня были какие-то другие планы, просто я ни при каких условиях не скажу «да»!

— …Или в пятницу, например. Смотались бы в какое-нибудь классное местечко. Слушай, звякни мне, 555-8923, спроси Ника — меня здесь все знают! Гы! Гы! Чао!

Чао? Внезапно я рухнула в такую депрессию, в какую не впадала за всю свою жизнь. Уж за последний месяц — точно. Вот к чему я пришла. Прозябаю на дерьмовой работе, хожу на помолвки своих знаменитых подружек, живу с соседкой, убежденной, что лучший партнер в мире — это пылесос, пью жидкую грязь вместо эспрессо и встречаюсь с мужчиной, который говорит «чао», — и все это мне суждено, пока я не стану безобразной старухой, которая вообще ни с кем не сможет встречаться.

Я запрыгнула на стол, расселась среди гор бумаги, как среди подушек, и протянула руку, чтобы выключить голосовую почту.

«Пришло новое сообщение», — объявил механический голос.

Я уже знала — от кого.

Я нажала цифру 2. В голове неотступно крутилось: «Он возвращается, он возвращается, он возвращается…»

Бип.

— Мел, привет, это я, как у тебя дела? — Голоса людей в отдалении. Я чувствовала, как широкая, ленивая улыбка расплывается на его лице — и на моем тоже. — Сейчас четыре утра, и мы как раз болтаемся в… Черт, а где мы?