Шрифт:
Глава первая
Когда я сошел на станции Сан-Рафел, мое внимание привлекла блондинка в купальном костюме, соломенной шляпе величиной с тележное колесо и темных противосолнечных очках, линзы которых по размеру не уступали жареному пончику. Ее тело, покрытое золотистым загаром, было выставлено напоказ.
Блондинка не спеша садилась в «кадиллак» и, надменно приподняв брови, смотрела на толпившихся мужчин.
Шагавший рядом носильщик толкнул меня легонько локтем:
– Если ты любишь пялить глаза на девчонок, приятель, лучшего места, чем наш город, тебе не найти. Один пляж чего стоит!
– И много здесь таких, как она? – спросил я, чувствуя себя не совсем в своей тарелке. – В наших краях особа женского пола быстренько бы угодила в тюрьму, попробуй она появиться в таком виде.
– У нас их кишмя кишит, – равнодушно отозвался носильщик. – Это Сан-Рафел, здесь всякое бывает. Но не надейся понапрасну, приятель: чем больше показывают эти шлюхи, тем меньше от них получишь. Они знают только одно – деньги. Ну как, берем такси?
Я сказал, что берем, и, вытащив носовой платок, обтер лицо.
Была половина двенадцатого, и солнце палило нещадно. Из дверей вокзала вытекал людской поток и дробился возле застывших в ожидании такси, автомашин, запряженных лошадьми экипажей. Желавших отдохнуть в этом курортном городе было так много, что я с опаской подумал, догадался ли Джек заранее заказать для меня номер в гостинице.
Подъехало такси, и носильщик погрузил мои вещи.
– «Адельфи-отель», – сказал я шоферу и, забравшись в машину, принялся снова обтирать платком лицо.
Такси минуты через три свернуло на ведущий к морю широкий бульвар. По обеим сторонам его виднелись нарядные магазины, пальмы и полицейские в тропической форме. Повсюду бросались в глаза шикарные «кадиллаки». По всему чувствовалось, что в городе живут богатые люди.
Я разглядывал в окно пешеходов. Большинство женщин были одеты по-пляжному: в пижамах, купальных костюмах или лифчиках и шортах. Иногда попадались хорошенькие девушки, но в основном это были располневшие дамы среднего возраста.
Проследив за направлением моего взгляда, шофер высунул голову из окна и сплюнул:
– Как на мясном рынке в субботу, а?
– Точно подмечено! – ответил я. – А я никак не мог взять в толк, что это мне напоминает.
– Паршивый город! – продолжал между тем шофер. – Чтобы тут жить, надо ворочать миллионами, не иначе. У нас на квадратную милю больше миллионеров, чем в любом другом городе.
Я начал тревожиться, достаточно ли захватил с собою денег: занять что-либо у Джека было делом, по существу, безнадежным.
Мы удалились от моря. Обогнув невысокий холм и выехав на сравнительно спокойную улицу, обсаженную апельсиновыми деревьями, такси вскоре остановилось возле гостиницы.
Внешне «Адельфи-отель» выглядел довольно убого. Джек всегда выбирал такие гостиницы – неказистые на вид, но с отличной кухней. У него был нюх на отели, где хорошо кормят.
Заплатив доллар шоферу и отдав багаж подошедшему коридорному, я вошел внутрь и оказался в просторном и, к удивлению, чистом вестибюле, где на полу рядом с плетеными стульями стояло несколько медных кадок с высохшими пальмами.
Клерк за конторкой дежурного администратора – лысеющий толстячок с шелковым галстуком и двойным подбородком – расплылся в улыбке.
– Вы заказывали номер заранее, сэр?
– Лу Брэндон, – отрекомендовался я. – Я просил своего друга мистера Шеппи позаботиться об этом.
– О да, мистер Брэндон. Вы будете жить рядом с ним. – Он нажал на кнопку звонка. – Отведите мистера Брэндона в номер двести сорок пять, – сказал толстячок коридорному и вновь улыбнулся мне. – Мистер Шеппи занимает номер двести сорок семь. Надеюсь, вы останетесь довольны обслуживанием в нашей гостинице. Все, что в наших силах… любая мелочь…
– Благодарю, – прервал я его. – Мистер Шеппи у себя?
– Нет. Он ушел примерно час назад. – Клерк понимающе улыбнулся. – С молодой леди. Я полагаю, они сейчас отдыхают на пляже.
Я ничуть не удивился, услышав, что Джек успел завести знакомство. Женщины были его слабостью, и из-за них он частенько отлынивал от работы.
– Когда вернется, передайте ему, что я приехал. Я буду у себя.
– Не беспокойтесь, мистер Брэндон.
Допотопный лифт с трудом дотащился до третьего этажа. Мой номер по размеру оказался не больше клетки для кроликов, воздух был раскален, как в огнедышащей печи. Не обнаружив в своем новом жилище никаких особенных достоинств, я понадеялся лишь, что плата за него не будет чересчур велика.
Коридорный несколько раз поднял и опустил жалюзи, включил и погасил свет и, убедившись, к своему удивлению, что все исправно, удалился.
Позвонив по телефону, я попросил принести бутылку виски и немного льда. После этого разделся и залез под душ. Пока я стоял под струей холодной воды, самочувствие было превосходным, но стоило вернуться в спальню, как я начал отчаянно потеть.
Отхлебнув глоток виски, я собрался было снова отправиться в ванную, когда раздался стук в дверь.
Обернув вокруг талии полотенце, я открыл замок и увидел перед собой массивного мужчину с красным обветренным лицом и веснушчатым носом, на который, по-видимому, кто-то в прошлом невзначай наступил. Гость бесцеремонно протиснулся в дверь. И внешний вид, и манеры ясно говорили, что ко мне явился блюститель порядка.
– Брэндон? – спросил он голосом, похожим на грохот щебенки, перемалываемой в шаровой мельнице.
– Да. В чем дело?
Он вынул бумажник и показал удостоверение:
– Сержант Кенди, отдел по расследованию убийств. Вы знакомы с Джеком Шеппи?
Я почувствовал, как внезапно у меня похолодела спина. Шеппи не впервые попадал в переделки с фараонами. Полгода назад за нанесение побоев полицейскому инспектору он на десять дней угодил в тюрьму, а несколькими месяцами раньше был оштрафован примерно за ту же провинность. Нельзя сказать, чтобы Джек водил дружбу с полицией.