Чтение онлайн

Затем, в самом конце 1946 года, я получил письмо от другого водителя «кайтэна», живущего в Токио. Он отправился домой сразу же после того, как адмирал Нагаи отдал нам приказ покинуть базу на Оцудзиме. Теперь он был студентом Токийского университета.

«Было просто чудесно вернуться домой и снова приступить к занятиям, Ёкота, — писал он. — Оккупационные власти уже закончили свое расследование. Никому вообще не предъявлено никаких обвинений, так что проблем у тебя в этом плане не будет. Я вполне счастлив, как, надеюсь, и ты. Студенческая жизнь столь же чудесна, как она была тогда, когда я прервал свои занятия и пошел на флот».

Затем в своем письме он принялся распекать меня. «Почему ты не хочешь отказаться от своих фантастических идей, Ёкота? — писал мой друг. — Ты не можешь отказаться от жизни и существовать как мертвец. Ты должен вернуться в страну живых людей. Перед тобой лежит долгая жизнь. За те годы, которые тебе предстоит прожить, ты захочешь стать человеком, который сможет помочь Японии возродиться после поражения. Для этого необходимо образование. И это первый шаг к успешной жизни. Некогда ты хотел умереть ради Японии. Неужели же теперь ты не захочешь упорно учиться и работать, чтобы помочь возродить ее? Возвращайся домой и берись за учебу!»

Я перечитывал это письмо множество раз. И много раз ловил себя, что постоянно размышляю о том, что сказал мой друг. К середине января 1947 года наша группа, первоначально состоявшая из одиннадцати человек, сократилась до полудюжины. Пять человек уехали, решив для себя начать новую жизнь. Чем больше перечитывал то письмо, тем больше я чувствовал себя так, словно снова нахожусь в Хикари, готовясь выйти на задание в своем «кайтэне». Все те же былые сомнения стали опять беспокоить меня. Я снова и снова мучил себя различными вопросами. Прав ли я, решившись посвятить себя земледелию? Действительно ли я хочу провести всю жизнь, работая в поле? Или же этот мой поступок в чем-то подобен написанию того духовного завещания, которое я некогда отказался написать, будучи водителем «кайтэна», поскольку понял, что просто пытаюсь произвести на окружающих впечатление отважного парня? Скрылся ли я от мира потому, что хочу этого, или же я просто поступаю иным образом лишь во имя своей «особости»?

В течение трех месяцев со дня получения этого письма я исследовал свою душу до дна и нашел ответ. Я снова собрал свои немногие вещи, попрощался со своими старыми товарищами и зашагал к железнодорожной станции. В начале апреля 1947 года я входил в здание Иокогамского университета, решив, подобно многим миллионам моих соотечественников, начать строить новую жизнь. Война, которая завершилась для нашего императора около двадцати месяцев тому назад, теперь окончилась и для его подданного Ютаки Ёкоты.