Чтение онлайн

Прекрасны и я, и дровишки, и грядки в гурьбе,

И ты, и птенцы, и ростки, и капли, и дети.

Свеча робко пятнает вечер.

Архаистична тетрадь в клетку.

Пишу письмо – и себе перечу.

На три слова – одна виньетка.

На три буквы послав деда,

Пишу: "Спасибо, принес снега.

Добряк-дед, ты любви ведал,

Такой, что режет ножом негу?

И если ведал – поймешь, дедка,

И я прошу, ибо нет силы,

Под секс бокалов, под смех меткий,

Под рык курантов – чтоб отпустило.

Где мои были ума предтечи?

Где мои были анестезии?

Об этом годе мужик встречен.

Похож на хаски. Виски седые.

Виски седые, в глазах – ярко,

В глазах – сине, в словах – льдисто.

А мне от льда от того – жарко,

В моем сердце – тупой приступ.

Он мной играет? Да я не знаю!

Но так смотрит, что вмиг счастье.

По телу платья текут каваем…

Но убегаю. В его власти!

Своим посохом вскользь стукни,

Дурман мой отколдуй вольно!

Себе в помощь метель аукни -

Чтоб отпустило. Любить больно?
–

Я и не знала, дедок, прежде.

Оков легкость. Жизнь под сурдинку.

Моя семья – мой приплод нежный,

Мой муж славный, моя рутинка.

Готовь, дед, свой чудесный посох

Попробуй, дед, не треснуть внятно!

Хочу от мужа – простых вопросов.

Хочу рутинку! Верни обратно!"

Свеча вечер теплом пятнает.

Январь скоро. Свеча ближе.

В окне снежно. Письмо кидаю

В огонь слабый. Пускай лижет.

Что июнь? В тривиальном графике:

Плавит битумы, нежит пионы,

Не торопит дорожные траффики,

К водоёмам зовёт закалённых.

Только мне водоёмов не надобно,

И не надобно дней леденцовых.

Мне б такого на травах снадобья,

Чтоб ты не был мне сном и основой.

Я тебя так давно не слышала -

Две недели ленного лета.

Голос твой тихой гладью вышила,

Прицепила к душе амулетом.

Я тебя так давно не видела -

Две недели июнь мне – дерюгой,

Образ твой – мне нещедрым выделом,

Горстью зёрен, незрелой мукой.

Я тебя так запомнила, глупая,

И глаза, и слова, и повадки -

Что мне дни – медлительной группою,

Что бредёт в толкотне, в беспорядке.

Убедиться б в тебе воочию!

Ниже света и лета ниже

Муравьи мельтешат многоточьями

В палой хвое, неяркой да рыжей.

Нет тебя – как бы летом выжить?

…Никогда б – ни видеть, ни слышать.

Никогда. Сверху светом брызжет.

Начало лета. Суету

Село сменило. Детство в льготе:

Сто одуванчиков в цвету,

Четыре яблони в дремоте.

Два года брату: он лобаст,

И толст, и слушает команды.

Он осторожен и горазд

Таскать баранки контрабандой.

Баранки грузит в самосвал,

Везёт; движению помеха:

Вчера отряд врагов напал,

На трёх колесах трудно ехать!

А на качельках я одна,

Брат занят транспорта ремонтом.

Взлетаю: неба вышина

И лес, прижатый к горизонту.

Кряхтит поодаль дряхлый дом,

Свистит в ушах качелей спешка.

…Мы скоро в лес с отцом пойдём,

Найду рябую сыроежку;

Малинник скуп, как никогда,

Дикарь, шипит, стреножит ножки.

Я сунусь, смелая, туда -

И потеряюсь понарошку.

Мне нагоняй: а если зверь,

А если топь, а если вечер?

…И вечер – щёлк щеколдой дверь;

Зеваю. Сон широкоплечий

И навсегда: вихрастый сад,

В пруду кораблик правым галсом,

Клубника, пыль, трусливый брат -

Дурак, качелек испугался!

Рисковый лес, щенок ничей,

Велосипед, шалаш из дранок,

Дорога жёлтых кирпичей

Среди разбросанных баранок.

А много ли в мае надо?

Типировать лоск тюльпанов,

Просить у пыли пощады,

Планировать отпуск пряный.

Найти футболку со сфинксом -

От прошлого отпуска ренту,

Гордиться прорехой в джинсах -

Причастна к гранжу и тренду!

Ворчать – от зноя устала,

Дождей б доставкой курьерской!

И ливней ждать разудалых,

И гроз, озонами дерзких.

Упасть на рябую лавку,

Смотреть, как серьёзно, взросло

Теснят контактами травку

Газонокосилок торсы.

Показывать гадов ползучих

Сынку – зоология в травке!