Стук ее сердца

Малуа. Самоа

Наши дни

Две минуты.

Взрывчатка заложена под задней верандой дома. Заряд установлен.

Агент Арт Бенкман скользнул за зеленую изгородь, окружавшую дом и бассейн. Оставалось только немного подождать.

На этот раз никакой ошибки. Еще одной оплошности начальство не потерпит. Оно ясно дало понять: Блэк должен быть уничтожен. Слишком уж многое известно этому монстру.

Час назад Пол Блэк вошел в дом. Арт Бенкман видел это собственными глазами. Время выбрано отлично. Кроме этой твари в доме находится только одна женщина, прислуга, занимающая заднюю спальню бунгало. Свет в ее окне погас два часа назад. Сейчас она наверняка уже спит.

Что ж, спокойной ночи.

И прощай!

После такого взрыва живых не останется. Об этом он позаботился.

Одна минута.

Пламя от взрыва наверняка взметнется до верхушек качающихся над крышей пальм.

– Я таки достал тебя, Блэк, – прошептал агент Бенкман. – Гори в…

Боль.

Он повернулся и увидел того, кто вонзил ему в спину острый как бритва узкий кинжал.

Блэк? Пол Блэк? Но как? Откуда? Он должен быть в доме.

Но нет, он здесь. Бенкман видел перед собой знакомое смуглое лицо. Лицо дьявола…

– Кто тебя послал? – спросил Блэк. – Кто сказал тебе, что я здесь?

Он уже обшарил карманы Бенкмана и вытащил бумажник и письмо, полученное два дня назад по электронной почте. Пробежав сообщение глазами, Блэк усмехнулся.

– Коротко и ясно. И ты, как и положено хорошему агенту, слепо выполняешь приказ, да? Нет, нет, можешь не отвечать. Ты мне теперь не нужен.

– Я должен убить… – прохрипел Бенкман, – должен…

– Умереть, – закончил Блэк и без видимых усилий, словно ребенка, поднял агента на руки и понес к дому. – Это все, что ты должен. Как насчет кремации, не возражаешь?

– Нет! – Бенкман забился в панике, превозмогая боль. – Не оставляй меня здесь. Сейчас все…

– Взорвется? – Блэк бросил его на пол в большой комнате. – Примерно через сорок секунд. – Он посмотрел на Бенкмана сверху. – Почему бы тебе не попытаться выбраться из дому через стеклянную дверь, а? На террасу. Успеешь – может быть, выживешь. – Блэк повернулся и вышел из дома.

Мерзавец.

Бенкман перевернулся и на четвереньках пополз к стеклянной двери.

Как же больно!

Кровь толчками выливалась из раны.

Силы уходили.

Он слабел… умирал…

Нет, не все еще кончено. Он успеет. Доползет до двери… выберется из этого треклятого дома…

Медленно… слишком медленно…

Вот и стеклянная дверь. Теперь надо выбраться на веранду. Он уже почти перевалился через порожек…

И увидел Блэка. Тот стоял у садовой ограды и наблюдал за ним. С улыбкой.

Потом поднял руку и постучал по часам.

Слишком поздно, понял Бенкман. Не успеть. Время вышло.

– Не оставляй меня здесь! – выкрикнул он из последних сил. – Вытащи…

Дом взлетел на воздух, и Бенкмана поглотил ад.

– Вот отчет, сэр. Позвонить в Атланту и передать ей?

Винейбл хмуро взглянул на отчет, который положил перед ним агент Дэвид Харли. Похоже, с этим расследованием еще придется помучиться. И зачем только он во все это ввязался?

Ответ Винейбл знал сам. Они оба – Джо Квинн и Ева Дункан – ему нравились и к тому же не раз помогали ЦРУ в трудных ситуациях. Когда Кэтрин Линг попросила его, пользуясь служебным положением, подергать за кой-какие ниточки и получить отчет по делу о смерти Бонни, дочери Евы, он подумал, что сможет вернуть должок.

Теперь от прежней уверенности почти ничего не осталось. Все касавшееся смерти дочери Ева воспринимала с особой чувствительностью.

– Что-то не так? – озабоченно спросил агент Харли. – Я работал с тремя источниками. Все проверено. Да и Кэтрин Линг обычно очень аккуратна.

«Харли, конечно, и сам подошел к делу с полной ответственностью, – подумал Винейбл. – Новичок, но работает с желанием, добросовестно».

– Нет, уверен, вы все проверили и перепроверили. – Он пожал плечами. Харли встречался с Кэтрин Линг только раз, но она буквально сразила его. Впрочем, не его одного. Большинство мужчин реагировали на Кэтрин подобным же образом. Она была не только одним из лучших агентов ЦРУ, но еще и потрясающей красавицей, наполовину европейкой и наполовину азиаткой, одной из самых роскошных и экзотичных женщин, которых только видел Винейбл. – Кэтрин, конечно, точна и аккуратна, но это не значит, что она не может, сама того не сознавая, спровоцировать взрыв. В поисках информации она идет напролом и останавливаться не намерена.

– Ева Дункан… – осторожно произнес Харли и взглянул на отчет. – Я о ней слышал. И фотографии видел. Черепа, кости и все такое. Что-то вроде судебного антрополога, да?

– Я бы посоветовал вам относиться к ней с бoльшим уважением. Не что-то вроде. Ева Дункан – судебный антрополог в полном смысле этого понятия. На мой взгляд, лучший в мире судебный антрополог. Все полицейские управления страны мечтают привлечь ее к работе по тем делам, в которых фигурировали скелетные останки. Человек, полностью преданный профессии.

– Ну, не совсем полностью, – улыбнулся Харли. – Я прочитал отчет. Она уже несколько лет живет с любовником, полицейским детективом Джо Квинном. Так что в личной жизни мисс Дункан определенно предпочитает живое теплое тело этим самым скелетным останкам.

– Квинн – хороший парень, – сказал Винейбл. – Надежный. Чертовски крут. Бывший «морской котик». Так что относитесь к ним с уважением, чтобы жалеть потом не пришлось. Вместе они с тех самых пор, как дочь Евы похитил серийный убийца. Девочке было семь лет, и Еву это несчастье совершенно подкосило.

– Понимаю. Такое может сломать кого угодно. Девочку убили?

– Почти наверняка да. Хотя тело так и не нашли, а убийцу не арестовали. Собственно, поэтому Ева и решила выучиться на судебного антрополога. Чтобы возвращать домой других пропавших детей. Но за убийцей Бонни она продолжает охотиться все эти годы.

– У меня жена беременная, должна вот-вот родить сына. Даже не представляю, что бы я делал, случись такое с ним.

– Вы бы его искали. Как Ева Дункан. Как Джо Квинн.

– А вы-то сами, агент Винейбл? У вас есть дети?