Чтение онлайн

— Вы меня шантажируете, — стиснув зубы, выдавила из себя Зенка.

— Естественно, — утвердительно кивнула головой герцогиня. — Я хочу, чтобы ты знала: я намерена избавиться от тебя, чего бы это мне ни стоило.

— Крестный не позволит вам обращаться со мной подобным образом.

— Принимая предложение королевы, герцог не сомневался, что ты с радостью отнесешься к идее стать королевой, — сказала герцогиня. — Но теперь он понял, что не может справиться с тобой, и попросил меня воздействовать на тебя.

Терпение Зенки кончилось.

— Я вас ненавижу! — воскликнула-она. — Мне так хорошо жилось в Шотландии до того, как там появились вы. Вы сделали мою жизнь невыносимой, но я даже представить себе не могла, что вы готовы на все, лишь бы от меня избавиться. Вы не оставили мне выбора! Что бы я сейчас ни сделала, все равно окажусь в аду!

— И это говорит будущая невеста, — усмехнулась герцогиня.

— Я многое могла бы добавить, — отрезала Зенка. — И если вы все-таки заставите меня выйти замуж за этого человека, я превращу его жизнь в ад. Как он смеет думать, что я стану его невестой из-за того только, что это укрепит позиции наших стран!.. Он настоящий варвар и невежа!

Услышав эти слова, Кэтлин громко расхохоталась.

— Ты всегда была чертовкой, Зенка, и если то, что говорят о короле Миклоше, правда, вы будете подходящей парой. Очень жаль, что я не смогу присутствовать при том, как вы будете раздирать друг друга на части.

— Я не дала согласия выйти замуж за короля, — продолжала сопротивляться Зенка, в душе понимая, что проиграла.

— Тогда начинай готовиться к отправке в монастырь, — саркастически улыбнулась герцогиня. — Представляю, как замечательно ты будешь выглядеть, когда лишишься своей рыжей гривы.

Глаза герцогини сузились, в голосе появились злые нотки.

— Пожалуй, монастырь подошел бы тебе более всего. Ты всегда доставляла неприятности, и будет лучше, если тебя изолируют от общества — и от меня.

Зенке хотелось вцепиться в герцогиню и заставить ее прекратить издевательства, но она заставила себя сдержаться и только крепко сжала кулаки.

— Оставьте меня одну, — еле слышно прошептала она.

— С удовольствием! — воскликнула герцогиня. — Я передам твоему крестному, что ты начала готовиться к предстоящей свадьбе и благодаришь его и королеву за проявленную заботу.

Шурша юбками, Кэтлин подошла к двери, но на пороге обернулась и сказала:

— Я обязательно помогу тебе выбрать приданое и сделаю это с огромным удовольствием.

Дверь за герцогиней захлопнулась, и из груди Зенки вырвался стон. Она заметалась по комнате, швыряя все, что попадалось под руку. Слетели с туалетного столика и рассыпались на мелкие кусочки фарфоровые подсвечники, жалобно пискнули и остановились сброшенные с камина часы.

Девушка огляделась по сторонам. Бить больше было нечего. Она подошла к кровати красного дерева и попробовала сорвать балдахин, но он не поддался.

Зенка беспомощно опустила руки. Силы внезапно покинули ее, она рухнула на кровать и разрыдалась.

Почти всю ночь Зенка провела без сна, пытаясь придумать, как избежать ужасной участи, свалившейся на нее как снег на голову.

«Если бы только у меня был возлюбленный, — думала она, — я бы обязательно сбежала».

Но у нее не было знакомых молодых людей ее возраста. Герцогиня предпочитала принимать у себя в доме друзей мужа, как правило, пожилых и степенных джентльменов. Ей они говорили комплименты, а на Зенку почти не обращали внимания, либо считая ее ребенком, либо опасаясь сказать что-либо лишнее и вызвать неудовольствие особы королевской крови.

— Как мне быть? Что делать? — спрашивала себя в темноте Зенка и не находила ответа.

Хотя она не могла простить герцогине жестокого отношения к себе, Зенка хорошо знала, как расправляются с непокорными. Из книг ей были известны судьбы многих женщин и девушек, заточенных в монастырь за то, что они осмелились ослушаться своих мужей и родителей. Для Зенки не могло быть ничего более ужасного, чем оказаться запертой в четырех стенах. Ей вспомнились степи Венгрии, ветер, бьющий в лицо, горячий конь и сладкое чувство свободы…

«Теперь всему этому пришел конец», — горько подумала она.

Зенка прекрасно понимала, насколько жесткой и регламентированной является жизнь королевы, но она смогла бы вынести что угодно, если бы рядом был любимый человек, а не ненавистный король Миклош.

Зенке вспомнилось все сказанное о нем Вильгеминой, и она решила, что скорее всего он напоминает ужасного и горбатого короля Ричарда II. Возможно, он казнит ее, если она вдруг нечаянно нанесет ему какую-нибудь обиду.

«Нет, такого не может быть, — поразмыслив, все-таки решила Зенка. — В конце концов, мы живем в девятнадцатом веке».

Однако ее горячая кровь закипала при одной мысли, что ей придется подчиняться и угождать нелюбимому.

— Я не покорюсь! — воскликнула Зенка и, чувствуя, что не заснет, поднялась и подошла к окну.

На Ганноверской площади было тихо и темно, и, задумчиво глядя вдаль, Зенка вспомнила свою няню-каранийку, которую звали Шефрония. Шефрония была очень милой и доброй женщиной, Зенка обожала ее, и они расстались только тогда, когда она подросла и ей потребовалась гувернантка.

Судя по рассказам Шефронии, Карания была самым замечательным местом на всем земном шаре, но ведь простая жизнь крестьян и полная условностей жизнь королевы сильно отличаются друг от друга.

Девушке внезапно стало страшно при мысли о том, что ее ждет впереди, но гордость тут же взяла верх, и Зенка поклялась, что никогда, ни при каких обстоятельствах не подчинится человеку, за которого ее вынуждают выйти замуж.

— Я его ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! — повторяла Зенка.

— На следующее утро за столом речь шла о пустяках, но Зенка несколько раз чувствовала на себе злорадный взгляд герцогини. Когда завтрак закончился, герцог собрался с духом и неуверенно сказал: