Страж
Шрифт:
Страх и боль, вот те чувства, которые я испытывала - они были настоящими и достаточно осязаемые так, что я могла их почувствовать на вкус. Все остальное притупилось, я была отсоединена от остальных человеческих эмоций, я не понимала почему.
Понимание этого вызвало взрыв страха, который принес долю тревоги, я понимала, что это, как страх и опасение были как две горошины в стручке, это имело смысл, если я чувствовала одно, я могла чувствовать и другое.
Мое сердце колотилось как отбойный молоток, ладони были влажными к тому времени, как закончились похороны и солнце стояло над головой. Толпа начала двигаться назад в сторону Университетского городка. Там был праздник в память о погибших и основная часть группы отправилась туда. Маркус ушел, присоединившись к Лиане. Солос разговаривал с Вэлом, Люк и Дикон шли впереди с Оливией.
Я резко выдохнула и только теперь заметила, как медленно мы шли, было большое расстояние между нами и толпой впереди.
Шнур загудел во мне. Может быть это из-за уровня моей тревоги или еще чего-нибудь, но звуки усилились. Крики птиц были пронзительными. Листья шуршали как тысячи скомканных бумажных листов. Солнце стало ярче, разговоры в толпе стали громче. Боги, давление пришло из ниоткуда, сдавливая мою грудь - святое дерьмо, стало трудно дышать - будто кто-то зажал меня в тиски. Резкое горячее покалывание прокатилось по моей спине и растеклось в голове.
Что-то определенно было не так со мной, и это не была разновидность панической атаки. В голове кружилась повторяясь одна мысль: почему я не чувствую ничего, кроме этого? Где горе? Почему в моей груди пусто и холодно, я не была не сердита, не напугана? Но в последнюю ночь, когда я была в объятиях Айдена, онемение не чувствовалось так плохо, будто крышку открыли еще немного. Я была нормальным очень эмоциональным человеком. В любой день я испытывала сотню различных эмоций, это как пробовать разные сорта мороженого.
Это не было правильно или нормально, это ужасало меня.
Внезапно я остановилась, Айден тоже. Держа меня за руку, он оглянулся на меня через плечо.
–
Алекс?
Моя грудь болела.
–
Я ничего не чувствую.
Глядя на меня, он наклонил голову на бок, нахмурил брови.
–
Что ты имеешь ввиду?
Я положила руку на грудь.
–
Я не могу ничего почувствовать здесь.
Айден начал отпускать мою руку, но я цеплялась изо всех сил.
–
Что происходит?
–
Я не знаю.
Я сделала неглубокий вдох.
–
Я ничего не чувствую кроме - кроме страха и боли. Все остальные чувства молчат. Я не могу плакать - я не плакала даже, когда видела мою маму.
Шок промелькнул на его красивом лице.
–
Ты видела свою маму?
–
Смотри!
Паника скребла меня своими гнилыми когтями.
–
Я даже не рассказала тебе об этом и я расскажу тебе все. Я даже не думала об этом, правда. Я как механизм. Все как механизм.
Беспокойство сменило удивление, он подошел ближе.
–
Ты думаешь это Сет?
Я покачала головой так быстро, что кончики моих волос хлестнули меня по щекам.
–
Он не говорит со мной.
–
Но это не значит, что это не он, - рассуждал он и гнев добавился к беспокойству.
–
Это не имеет смысла. Что он получает от этого? Опять же, это должно иметь смысл.
Я высвободилась, убирая волосы с лица.
–
Что, если я сломалась? Что, если я всегда буду так чувствовать?
Что
–
–
Эй. Притормози, Алекс.
Айден обхватил мои щеки.
–
Ты не сломана. Ты не будешь всегда чувствовать себя таким образом. Ты прошла через столько безумных вещей. Понадобиться время, чтобы все это обработать. Сделай глубокий вдох. Давай, сделай глубокий вдох. Вдохни и медленно выдохни.
Я схватила его за запястья, я едва могла обхватить его пальцами, и сделала то, что он сказал.
–
Хорошо. Я дышу.
–
Хорошо.
Серебро в его глазах было всем моим миром.
–
Дыши со мной.
Я продолжала дышать и начала двигаться. Я не знаю почему я сделала то, что сделала потом. Может быть если бы я не чувствовала этого, я бы напилась шесть раз с воскресенья. Поднявшись на цыпочки, я поцеловала Айдена.
Да, совершенно не подобающее поведение после похорон.
Но я его поцеловала.
Мне нужно было почувствовать что-то отличающееся от онемения, боли и гнева, хоть немного. И когда Айден поцеловал меня в ответ, я почувствовала так много эмоций, у меня закружилась голова от них.
Айден слегка поднял голову.
–
Ты чувствуешь это?
–
Да, - выдохнула я, дрожа, когда слегка касалась его губ.
Он криво улыбнулся.
–
Я надеялся, что ты скажешь нет и у меня был бы повод поцеловать тебя снова.
Мои пальцы вцепились в его руки.
–
Тебе не нужен повод.
Мне не пришлось долго ждать. Его губы накрыли мои снова, невероятно нежный захват послал через меня еще одну дрожь. Он был медленным и мягким, заставляя мое сердце перевернуться. Покалывание в шее ожило и вернулось, распространилось в животе и ниже, но было другим по ощущениям. Я чувствовала Айдена - я чувствовала любовь в его руках и я не хотела потерять это чувство.
Отчаяние сохраняло онемение и холод, темное чувство страха, я прижалась к нему, практически наступая на его ботинки. Он был намного выше меня, но мы заставили все работать. Ну, Айден заставил. Он сжал руки вокруг моей талии, я поднялась на цыпочки. Он удерживал большую часть моего веса, я запустила пальцы в его волосы и обняла его за шею. Тепло прокатилось по моим венам; я ощущала себя также, когда Сет передавал мне свою энергию. Так, когда я открыла глаза и ожила. Знаки поднялись на поверхность и распространились по моей коже.