Чтение онлайн

– Может, теперь объяснишь мне, Джо? – предложил он, придав лицу как можно более серьезное выражение. – Что ты имел в виду, говоря, что президент считает меня своим талисманом? К тому же, должен тебе заметить, Уэйкфилд никогда не производил на меня впечатления суеверного человека.

– Возможно, он не так суеверен, как его команда, – признал телеоператор. – Но вообще этот слух пошел с тех пор, как ты посетил съезд, на котором Уэйкфилд был выдвинут официальным кандидатом от партии. Все знают, что ты нечастый гость на таких мероприятиях.

– Но я был на обоих съездах, – припомнил Такер, озадаченный тем, что его присутствию на том съезде придали именно такое значение.

– А еще ты был и на первых президентских дебатах, когда Уэйкфилд фактически положил на лопатки Сая Камингза. – Джо замолчал, а на его лице появилось лукавое выражение. – Ты помнишь, когда ты в последний раз приходил на церемонию в Белый дом?

Такер задумчиво покусал трубку, перебирая в памяти не такие уж частые посещения Белого дома. Вспомнив, кивнул:

– Я приходил, чтобы собственными глазами увидеть пышность и размах, с которыми Уэйкфилд принимал нового премьер-министра Израиля.

Тогда президент США получил от него заверения в том, что Израиль будет продолжать поддерживать курс американской внешней политики. В те дни в прессе чаще всего цитировали высказывание Уэйкфилда о том, что Джордж Вашингтон создал довольно скромный прецедент, перебросив доллар через реку Потомак, потому что с тех пор правительство США перебрасывает через океан миллиарды.

– И ты наверняка помнишь, – продолжил Гробовски, – что не прошло и двух дней, как поступило важное сообщение о том, что Израиль и Палестинская автономия заключили новый мирный договор?

Такер встряхнул головой, от недоумения одна его бровь поползла вверх.

– Это ничего не значит, всего лишь чистой воды совпадение. И не имеет ко мне никакого отношения.

Гробовски стоял с дорожной сумкой, в которую аккуратно упаковал видеокассету и камеру.

– Совпадение это или нет, но в команде Уэйкфилда есть люди, которые верят: если ты где-то поблизости – это хороший знак. А верна ли эта примета, мы узнаем, когда станут известны результаты выборов, – усмехнулся Гробовски. – Увидимся! – бросил он, отсалютовав Такеру и Филу Эйкинсу.

Такер попрощался, рассеянно подняв руку, затем сразу, не обыскивая, как обычно, карманы, достал спичечный коробок. Все еще погруженный в размышления, он вынул спичку, чиркнул ею по шероховатой полоске, поднес огонь к трубке.

– А интересный получился бы заголовок, – пробормотал Фил, глядя на Такера веселыми глазами. – Грейди Такер – кроличья лапка, приносящая удачу Уэйкфилду.

Вынув трубку изо рта, Такер криво усмехнулся:

– Знаешь, Фил, я никогда не мог понять, почему люди считают, что кроличья лапка приносит удачу, зная при этом, что произошло с бедным кроликом.

Корреспондент из Ассошиэйтед Пресс рассмеялся и покачал головой:

– Ладно, мне пора, Такер. Мне есть о чем написать. Счастливо!

– И тебе тоже.

Такер снова сунул трубку в рот, зажав ее зубами, и бросил последний взгляд в направлении Белого дома: президент и его дочь как раз приблизились к ступеням Южной галереи. Мгновение спустя они скрылись из поля зрения Такера за спинами сопровождавших их агентов спецслужб и административного персонала.

Отвернувшись, Такер опустил руку в карман и нащупал там печенье для собаки.

– Пора и мне уходить отсюда, – тихо сказал он сам себе сквозь зубы, сжимающие трубку. – Молли, должно быть, уже рвется на прогулку.

Неторопливым шагом он направился к воротам. В девяти метрах от них Такер заметил пожилого хорошо одетого джентльмена, который привлек его внимание, приподняв трость с набалдашником. Вынув трубку изо рта, Такер машинально накрыл ее ладонью и замедлил шаг, кивнув в ответ на приветливую улыбку незнакомца.

– Извините за беспокойство, сэр, но, может быть, вы сможете мне помочь. – Джентльмен стоял перед Такером, опершись на трость обеими руками.

– Постараюсь, – пообещал Такер, с любопытством глядя на человека, борода которого казалась ослепительно белой на фоне темной кожи. Незнакомец был плотного телосложения и маленького роста: его черная фетровая шляпа едва доставала до середины грудной клетки Такера.

– Я узнал, что в Белом доме проводятся экскурсии, но туристический центр закрыт.

– В зимние месяцы, – подтвердил Такер. – в Белом доме еще проходят экскурсии со вторника по субботу, правда, только по утрам. В общем, у вас есть два варианта: вы можете обратиться к местному представителю или сенатору и узнать у них, смогут ли они достать вам пропуск; или вам нужно подойти к Юго-восточному входу. Но, кажется, там нужно быть до десяти утра.

– Юго-восточный вход до десяти утра, со вторника по субботу, – вслух повторил незнакомец, словно заучивал информацию наизусть. – Спасибо огромное, сэр. Вы мне очень помогли, – поблагодарил джентльмен и в знак признательности коснулся своей шляпы.

– Ну что вы, – улыбнулся Такер, глядя вслед незнакомцу, живо перебирающему коротенькими ножками.

Джоселин с нетерпением ждала, когда отец вновь присоединится к ней, чтобы удовлетворить свое любопытство.

– А кто был тот человек, с которым ты только что разговаривал? – спросила она, подавляя желание снова взглянуть в сторону Такера.

– Грейди Такер. – Отец посмотрел на нее с упреком, давая понять, что ей следовало бы знать такого человека.

– Грейди Такер, – повторила Джоселин, начиная что-то припоминать. – Ты имеешь в виду того самого Такера – автора популярной политической колонки?

– Именно его, – кивнул отец.

На этот раз Джоселин даже вытянула шею, чтобы получше рассмотреть мужчину. Колонку Такера публиковали без фотографии автора. Вместо нее печатали рисунок руки, сжимающей трубку, из которой вился дымок.