Стихотворения

6lib.ru – Электронная Библиотека

Название книги: Избранные стихотворения

Автор(ы): Ницше Фридрих

Жанр: Философия

Адрес книги: http://www.6lib.ru/19888-izbrannie_stihotvorenia.html

Ницше Фридрих Вильгельм

Фридрих Вильгельм Ницше

Одинокая любовь

Одинокий колос, колос, а не нива, И любовь к подруге, страсть, а не любовь; Называть любовью страсть несправедливо, Кровь угасит мысли, мысль угасит кровь. Даже чувство дружбы как-то сиротливо Я любить желаю всех, иль никого; Одинокий колос, колос, а не нива Дружба недостойна сердца моего. Я всегда чуждаюсь страстного прилива Чувство к одному я прогоняю прочь Одинокий колос, колос, а не нива Дружба, сладострастье есть не день, а ночь. Мне противны звуки одного мотива, Полюбивши друга, я забуду всех Одинокий колос, колос, а не нива… Дружба над любовью есть глубокий смех.

Мудрость

Череп! Мудрость глядит из зияющих впадин глазных, Тихо гниющая лобная кость говорит без тумана: Нет наслаждения правдой в волненьях пустых, Нет красоты и ума вдохновений в пожаре обмана. Ряд обнажённых зубов, искривлённых тоской, Грустно смеётся над тем, что мы славим и нагло позорим… Избранных эта насмешка зовёт на покой Без упоения призрачным счастьем, иль видимым горем… Правда – в недвижном одном замираньи, в гниеньи одном! Тайна – нирвана; получит блаженство в ней ум безнадёжно-бессильный… Жизнь – есть святое затишье, покрытое сном… Жизнь – это мирно и тихо гниющий от света могильный Череп.

Идеал

Тем идеал священен и велик, Что мы достичь его вершин не в силах, Но юноша, и дева, и старик Перестают томиться им… в могилах. Как радуга сияет идеал: Мы знаем все, что радуга виденье, Но идеал так мощно б не блистал, Когда свои мы поняли стремленья… Он навсегда б, как метеор, угас, Когда б мы все пришли к его вершине: И вера в жизнь и свет исчезла в нас, И мы все умерли б, тоскуя о святыне.

Из дневника

Чем погибает безвозвратней Мой дух, прикованный к страстям, Тем мысль смелей и необъятней Стремится к вечным небесам. Так пальма, корни отрастая, Чем глубже ранит землю в грудь, Тем выше ветви простирая, Яснее видит звёздный путь.

Расплата

Топчи моё имя в грязи! Позорь и бесчестье прощая. Любовь пусть замучит меня! Топчи моё имя в грязи, Я юность твою погубил, извлёк из обителей рая, Топчи моё имя в грязи и смертью меня зарази! Казни красотою своей, бросаясь на грязное ложе… В объятьях безумных ночей казни красотою своей, И тело богини моей на падаль пусть будет похоже! Казни красотою своей и смейся над жертвой страстей! Я всё, всё прощаю тебе, прости же меня, дорогая, Забудь оскорбленья мои, я всё, всё прощаю тебе, Любовь пусть замучит меня, и ревностью страшной сгорая, Я всё, всё прощаю тебе, как злой и коварной судьбе…

Презренье

Если ты презираешь себя, То гордишься собою ты вечно, Так огонь пожирает, губя Всё без жалости, что ж человечно Не погибнешь шутя и беспечно. Презирая себя, я всегда Уважаю за это мышленье… Презирать и не мыслить беда, Расточать же разумно презренье Подвиг в жизни мирской без значенья.

Из дневника

Дай отстояться вину, Слабое сердце в плену, Крепче запутай в тенета. Дух твой тогда воспарит, Будет им мир позабыт, Будет далёко забота. Сердце не любит свободы, Рабство от самой природы Сердцу в награду дано. Выпустишь сердце на волю, Дух проклянет свою долю, С жизнью порвётся звено!

Кошмар

Ко мне опять вливается волною В окно открытое живая кровь… Вот, вот ровняется с моею головою И шепчет: я – свобода и любовь! Я чую вкус и запах крови слышу… Волна её преследует меня… Я задыхаюся, бросаюся на крышу… Но не уйдёшь: она грозней огня! Бегу на улицу… Дивлюся чуду: Живая кровь царит и там повсюду… Все люди, улицы, дома – всё в ней!.. И не слепит она, как мне очей, И удобряет благо жизни люду, Но душно мне: я вижу кровь повсюду!

Милосердие

Никто из нас не прав, – когда не замечает, Как ранит та рука, которая щадит, Как угнетает мысль, как грубо удручает, Взяв милосердие за самый верный щит. А этот щит плодит, лобзая преступленье, Насилье и порок и слабому грозит, У истины берёт и мудрость, и значенье, Нет, милосердие не добрый – злобный щит! Он преступлению развязывает руки, Дамокловым мечом он честности грозит, Смеётся над добром, когда наносит муки, Да, милосердие есть ненадёжный щит!

Полночь

Мне душно… Пропасть время поглотила… Не умерщвлён ли я бесстрастной тишиной?! Земля мертва, как будто, все могила Насильно отняла, что билося со мной. Сон или смерть?! Потухшими глазами На всё глядит луна, печальна, как мертвец, И есть ли жизнь на ней, объятой небесами? Сатурн надел на всё забвения венец! Быть может, умер я и взор мой – привиденье, И странствует душа в неведомых мирах, В ней всё слилось – и вечность и мгновенье, И мрак, и свет – в один безумный страх. Нет, я дышу; я чую сердце живо, Я слышу мира вздох, он вырвался, как луч, Полночный час смеётся так игриво И говорит, как мир таинственный могуч.

Страсть

Чувственность загубит Все ростки любви… Страсть любовь забудет, Вспыхнет пыль в крови. Ты мечтою жадной Юности не тронь, Иль огонь нещадный. Чувственный огонь Мужество расплавит В пламенной крови, Пепла не оставит От твоей любви.

Из дневника

Для мук раскаянья мне дайте преступленья, Иль я умру от грозной пустоты… В груди моей темно, как в капище сомненья, Где язва – мысль и жадный червь – мечты. Не осуждай меня, мои порывы злости: Я раб страстей и грозный бич ума… Душа моя сгнила, и вместо тела – кости… Не осуждай! Свобода есть тюрьма. Для мук раскаянья мне дайте преступленья Иль я умру при свете тёмных туч… В моей крови кипит безумство озлобленья, Дыханьем жжёт коварный демон-луч.

Бессилие

Заснула жизнь в объятиях заботы Мой ум молчи! Кругом всё спит, живут враги дремоты Одни ключи. Душа моя, как ключ, всё хочет биться Во тьме ночной. Как песнь любви она всегда дивится Себе самой! Огонь любви! Как жажду я сиянья Твоих очей! Стихийный миг могучего желанья В груди моей. Но солнце – я и в свете, как в эфире, Всегда один… Когда б, о ночь, блистать в твоей порфире Из мрака льдин. Когда б я мог и смел, о, мрак, сразиться С твоим венцом! Когда б звезда могла в меня влюбиться, Лобзать огнём… О, если б мне из той груди волшебной Весь выпить свет, То мир покрыл фатой целебной Её привет. Но тщетно я стремлюсь с священной страстью К тебе, о ночь! Душа моя, влекома тайной властью, Отходит прочь. Она болит и ноет от заботы: Мой ум молчи! И вторят ей среди дремоты Одни ключи…

Рабы

Я надел добровольно вериги, Стал укором проклятой семье… Жизнь, как пошлость бессмысленной книги, Я отбросил: подобно ладье Я плыву по беспутному морю, Без сочувствия счастью и горю. Нет спасения в косности мира Безнадёжных и жалких рабов… Есть остатки с безумного пира Я не в силах… О, сколько умов Ожидающих тщетно свободы Погубили безмолвия годы. Рабство хуже кошмара и казни, Жизнь под гнётом оков – клевета! В сердце львином смиренной боязни Нет и не было… Мысль – суета. В царстве силы, где внешность пророка Обвиняет за дерзость порока. О, исчадие тьмы безнадёжной! Вы не звери, вы хуже – рабы! Ваши души во тьме безмятежной Спят в цепях. Лишь удары судьбы Вас разбудят, как рёв океана, В час величья грозы – урагана. Лицемеры! Зачем Вам пророки? Злой мороз ненавидит цветы! Вы – позорно и нагло жестоки К проявленью свободы… Мечты, Умертвите вы рабским дыханьем, Заразивши пророков лобзаньем.