Шрифт:
НОВОСЕЛЬЕ
«Невесел ты!» — «Я весел был,—
Так говорю друзьям веселья, —
Но радость жизни разлюбил
И грусть зазвал на новоселье.
Я весел был — и светлый взгляд
Был не печален; с тяжкой мукой
Не зналось сердце; темный сад
И голубое небо скукой
Не утомляли — я был рад…
Когда же вьюга бушевала
И гром гремел и дождь звенел
И небо плакало — грустнел
Тогда и я: слеза дрожала,
Как непогода плакал я…
Но небо яснело, гроза бежала —
И снова рад и весел я…
Теперь, как осень, вянет младость.
Угрюм, не веселится мне,
И я тоскую в тишине,
И дик, и радость мне не в радость.
Смеясь, мне говорят друзья:
„Зачем расплакался? — Погода
И разгулялась и ясна,
И не темна, как ты, природа“.
А я в ответ: —Мне всё равно,
Как день, все измененья года!
Светло ль, темно ли — всё одно,
Когда в сем сердце непогода!»
ПРИПИСЫВАЕМОЕ ГОГОЛЮ
<АКРОСТИХ.>
Се образ жизни нечестивой,
Пугалище монахов всех,
Инок монастыря строптивый,
Расстрига, сотворивший грех.
И за сие-то преступленье
Достал он титул сей.
О, чтец! имей терпенье,
Начальные слова в устах запечатлей.
<ИЗ ПОЭМЫ «РОССИЯ ПОД ИГОМ ТАТАР».>
Раздвинув тучки среброрунны,
Явилась трепетно луна.
ИТАЛИЯ
Италия — роскошная страна!
По ней душа и стонет и тоскует.
Она вся рай, вся радости полна,
И в ней любовь роскошная веснует.
Бежит, шумит задумчиво волна
И берега чудесные целует;
В ней небеса прекрасные блестят;
Лимон горит и веет аромат.
И всю страну объемлет вдохновенье;
На всем печать протекшего лежит;
И путник зреть великое творенье,
Сам пламенный, из снежных стран спешит;
Душа кипит, и весь он — умиленье,
В очах слеза невольная дрожит;
Он, погружен в мечтательную думу,
Внимает дел давно минувших шуму.
Здесь низок мир холодной суеты,
Здесь гордый ум с природы глаз не сводит;
И радужней в сияньи красоты,
И жарче, и ясней по небу солнце ходит.
И чудный шум и чудные мечты
Здесь море вдруг спокойное наводит;
В нем облаков мелькает резвый ход,
Зеленый лес и синий неба свод.
А ночь, а ночь вся вдохновеньем дышит.
Как спит земля, красой упоена!
И страстно мирт над ней главой колышет,
Среди небес, в сиянии луна
Глядит на мир, задумалась и слышит,
Как под веслом проговорит волна;
Как через сад октавы пронесутся,
Пленительно вдали звучат и льются.
Земля любви и море чарований!
Блистательный мирской пустыни сад!
Тот сад, где в облаке мечтаний
Еще живут Рафаэль и Торкват!
Узрю ль тебя я, полный ожиданий?
Душа в лучах, и думы говорят,
Меня влечет и жжет твое дыханье, —
Я в небесах, весь звук и трепетанье!..
КОЛЛЕКТИВНЫЕ ШУТОЧНЫЕ СТИХОТВОРЕНИЯ
И с Матреной наш Яким
Потянулся прямо в Крым.
Все бобрами завелись,
У Фаге все завились —
И пошли через Неву,
Как чрез мягку мураву.
Да здравствует нежинская бурса!
Севрюгин, Билевич и Урсо,
Студенты первого курса,
И прочие курсы все также.
Без них обойтиться как же!?
Не все они теперь в Петербурге:
В карете в Стамбул уехал один, другой в Оренбурге,
А те же, что прочих здоровьем пожиже,
Всё лето водами лечились, а зиму проводят в Париже.
Женились одни и в сладком дремлют покое,
Учители в корпусе двое,
Известный лгунишка бумаги в юстиции пишет, —
(Чорт его колышет!) [1]
Артистов, поэтов меж них есть довольно,
Читаешь, сердцу становится больно.
А те, что в гусарах, не храброго люди десятку —
Коней объезжают в манеже, гнут короля и десятку.
КОММЕНТАРИИ
НОВОСЕЛЬЕ
По свидетельству Петра Ивановича Мартоса, учившегося в Нежинской гимназии высших наук в одно время с Гоголем, стихотворение было написано Гоголем в Нежине и под названием «Новоселье» помещено в 1826 г. в школьном рукописном журнале «Метеор», который издавал Мартос. Сохранившийся беловой автограф стихотворения дает другое название — «Непогода». Неизвестно, какая редакция стихотворения — сохраненная Mapтосом или дошедший до нас автограф — является более поздней. Однако, так как автограф, по которому стихотворение печаталось до сих пор, не дает полного текста стихотворения (в нем вырезаны средние 9 строк), в настоящем издании стихотворение печатается по тексту письма Мартоса, а разночтения автографа даются в отделе «Вариантов».
1
На этот раз Иван Григорьевич (Пащенко) никак не ложился под стих. (Примечание А. С. Данилевского.)
Дошедший до нас автограф стихотворения был, невидимому, переписан Гоголем еще в нежинские годы и подарен его ближайшему другу — А. С. Данилевскому. Об этом свидетельствует приписка Данилевского на рукописи: «Я нашел эти стихи, к сожалению, разорванные, они еще писаны в Нежине на школьной скамейке. А. Данилевский».
По автографу стихотворение напечатано впервые Н. С. Тихонравовым в книге «Сочинения Н. В. Гоголя. Дополнительный том ко всем предшествовавшим изданиям сочинений Гоголя». Вып. I, M., 1892 («Библиотека для чтения», приложение к журн. «Царь-Колокол», III), стр. 3–4. Полный текст стихотворения найден Н. И. Арнольдом и опубликован им в «Литературном наследстве», т. 58, стр. 713–774.