Стальной кошмар
Шрифт:
– Да, наконец-то. Я чуял это нутром.
– Можно его связать и бросить в канаву, а потом облить бензином. Вот будет здорово!
– обрадовалась Илза.
– Огонь бы тут очень подошел, - согласился инвалид.
– Но я вряд ли смогу вынести зрелище пламени, пожирающего его. Воспоминания, Илза. Нет, только не огонь. Я должен видеть, как он умрет.
Тогда Харолд Смит понял, что ему придется побороться за жизнь. Пусть он рискует получить пулю в лоб, но не сдастся без борьбы.
Смит резко поднялся и оттолкнул от себя инвалидное кресло, едва увернувшись от замаха стальной клешни.
– Мне стрелять? Стрелять?!
– истошно завопила Илза, размахивая пистолетом.
– Нет, только оглуши его.
Рукоятка пистолета обрушилась на лысеющую голову Смита, но замах был не очень силен, так что пистолет лишь поцарапал Смиту кожу на лбу.
Смит потянулся к пистолету, но Илза всей тяжестью навалилась на него, и они рухнули на инвалидное кресло.
– Держи его!
– скомандовал старик.
Голова Смита откинулась назад, и он, словно в перевернутом отражении, увидел, как старик приближается к нему, сопровождаемый леденящим душу стрекотом бормашины.
Стальная клешня взяла Смита за горло, наполнив уши жужжанием. От прилива крови лицо Смита вздулось, барабанные перепонки лопнули, избавив его от звука дроби, которую ноги сами выбивали на полу.
Сквозь кровавую пелену, словно заполнившую собой весь фургон, он видел склонившееся над ним жуткое лицо старика и горящие недобрым светом черные глазки.
Наконец красная пелена полностью закрыла взор Харолда Смита, и он лишился чувств.
– Черт побери!
– В чем дело, Илза?
– Похоже, он обмочился.
– Что ж, бывает.
– Но зачем это делать на меня?!
Илза отодвинулась от скрюченного тела.
– Потом переоденешься. А сейчас надо уезжать.
– Хорошо. Давайте я закреплю кресло.
– Сперва следует избавиться от трупа.
– А вам что, он не нужен?
– Нет.
– Даже как сувенир? Я думала, мы снимем с него кожу или что-нибудь в этом роде.
– Возможно, но только не с него. Это не тот человек.
– Но он же сказал, что его зовут Харолд Смит. Я сама слышала.
– - Это не тот Харолд Смит.
– Не может быть! Опять не тот? Вы уверены?
– У этого голубые глаза, а у того Смита они были серые.
– Черт, - сказала Илза и принялась пинать труп ногой, пока он не вывалился из дверцы фургона. Затем девица задвинула дверь.
– А я думала, это он.
– Какая разница! Подумаешь, одним Смитом меньше. Уверен, он был пустым местом, по которому никто не станет скучать. А теперь поехали!
Глава вторая
Его звали Римо, и он строил дом.
Он вбивал последнюю сваю. Бревно уходило в землю на четверть дюйма с каждым ударом его кулака. Он работал без инструментов: они были ему попросту не нужны. Он был один, стройный молодой человек с необычно широкими запястьями. На нем были просторные летние брюки и черная майка. На лице с высокими скулами застыло выражение полного покоя.
Римо оглядел сваи. Какой-нибудь прораб при помощи точных приборов установил бы, что четыре столба образуют геометрически правильный прямоугольник и находятся все на одном уровне, но Римо и так это знал.
Следующим пунктом будет настилка полов. Надо, чтобы пол находился на порядочном расстоянии от земли, по меньшей мере, дюймах в восьми. В Корее все дома строят на сваях, чтобы защититься от змей и дождя.
Римо всегда мечтал о собственном доме. Мечтал даже тогда, когда жил в служебной квартире в Ньюарке, штат Нью-Джерси. Он только-только поступил на работу в полицию и получал двести пятьдесят семь долларов шестьдесят центов в неделю. А до этого он как сирота находился на попечении государства и жил в приюте святой Терезы. А после того, как его уволили из полиции и даже казнили, последовала череда комнат, гостиничных номеров и временных квартир.
Ему и в голову не могло прийти, что когда-нибудь он станет вот так, собственными руками, строить свой дом на каменистой земле Синанджу.
Двадцать лет назад Римо отправили на электрический стул по ложному обвинению в убийстве, но он не погиб. Ему предложили на выбор: либо работать на КЮРЕ, сверхсекретную организацию по борьбе с преступностью в США, либо лечь в приготовленную для него могилу. Альтернатива была совсем простой, и Римо согласился стать сотрудником КЮРЕ. Его отдали в обучение престарелому корейцу по имени Чиун, главе легендарного Дома наемных убийц, с помощью которого Римо превратился из простого смертного в Мастера Синанджу, борьбы, превосходящей по мощи все школы боевых искусств.
В какой-то момент Римо стал в большей степени уроженцем Синанджу, нежели американцем. Он сам не понял, как это произошло. Оглядываясь назад, вспоминая прошлое, Римо не мог даже точно определить год. Он знал только, что когда-то давным-давно переступил черту.
И вот теперь Римо наконец вернулся домой, в деревню Синанджу, расположенную на берегу Западно-Корейского залива.
Шедший по проложенной вдоль берега тропинке престарелый азиат в светло-голубом кимоно остановился в некотором отдалении и принялся наблюдать, как Римо пытается соорудить настил для пола. Свежий морской ветерок играл редкими волосами старика и раздувал жидкую седую бородку.
Наконец Мастер Синанджу приблизился.
– Что ты делаешь, сын мой?
– Строю дом, папочка, - ответил Римо, оглянувшись через плечо и вновь возвращаясь к работе.
– Сам вижу. Но зачем ты его строишь?
– Для Ма Ли.
– А-а, - протянул Чиун, нынешний Мастер Синанджу, боевого искусства, и правитель одноименной деревни.
– Значит, готовишь свадебный подарок?
– Вот именно. Дай-ка мне вон ту доску.
– Что-что?
– Дай мне доску.
– Дай мне доску что?