Чтение онлайн

Завистники — а таковые есть у всех — поговаривали, что, дескать, генерал Мацумура попал на столь ответственный пост исключительно благодаря влиятельным покровителям и пришел, как говорится, на готовенькое.

Дыма без огня не бывает. Доля правды в том, что утверждалось злыми языками, действительно была.

Предшественником Мацумуры являлся знаменитый Кендзи Доихара — «дальневосточный Лоуренс», как его называли газеты. И называли так не только из-за пристрастия к броским ярлыкам. Генерал Доихара и в самом деле был весьма заметной фигурой в мире разведки.

В 1931 году Доихара возглавил мощный центр японской разведки в Маньчжурии — харбинскую военную миссию, а когда в сентябре того же года японские войска вторглись на маньчжурскую территорию, отправился в Тяньцзинь, где сумел похитить Генри Пу И, прозябавшего в безызвестности потомка последней китайской династии, переправить его в Маньчжурию и провозгласить императором Маньчжоу-Го. Затем — лихорадочная работа по формированию марионеточного правительства, в которое вошли в основном китайские чиновники, в свое время завербованные тем же Доихарой.

В награду за эту операцию, проведенную хитроумно, дерзко и ловко, полковник Доихара получил звание генерал-майора и пост начальника управления специальной службы Квантунской армии.

На новом посту он широко проявил свои организаторские способности. Подбирал и готовил кадры шпионов и диверсантов для подрывной работы в различных провинциях Китая, в Монголии и Советском Союзе. Совершал продолжительные вояжи по Китаю, инспектируя деятельность резидентов разведки на местах. Организовывал новые военно-политические диверсии.

В сложной обстановке Дальнего Востока он, знавший все тонкости, чувствовал себя как рыба в воде.

В начале 1936 года японцам понадобилось отвлечь внимание китайского правительства от своей двусмысленной, а вернее, явно недвусмысленной деятельности в Северном Китае.

И Доихара немедленно отправился в противоположный конец страны — в Южный Китай. Еще не высохли чернила на его докладной записке в генеральный штаб, а там уже вспыхнула война против нанкинского правительства, и спровоцировал эту войну он, генерал-майор Кендзи Доихара.

И это успешно выполненное задание не осталось без награды: вскоре Доихара был произведен в генерал-лейтенанты и, получив под свое начало 14-ю дивизию, покинул Маньчжоу-Го, уступив насиженное место прибывшему из Токио генерал-майору Мацумуре.

Трудно, когда твоим предшественником был такой ас шпионажа, как Кендзи Доихара. Успешно проведешь операцию — слышишь: «Доихара провернул бы это дельце хитроумнее!» А если неудача — опять ехидный шепоток: «Нет Доихары, потому и провал!»

Впрочем, Мацумура ничуть не сомневался в своих способностях и был глубоко убежден, что он именно тот человек, которому суждено затмить славу «дальневосточного Лоуренса».

«Выбьемся и мы в генерал-лейтенанты!» — не без достоинства кивнул сам себе.

Еще с минуту он разглядывал свое лицо, мутно отражающееся в стекле, прикрывавшем письменный стол. После протянул палец к кнопке звонка и, чуть помедлив, нажал ее. Дверь скрипнула, и у порога замер, щелкнув каблуками, капитан Кураки.

— Какие новости, капитан? — не глядя на своего адъютанта, сухо спросил генерал. — Надеюсь, ничего серьезного?

Капитан тотчас постарался придать своему лицу выражение крайней озабоченности.

— Должен вас огорчить, господин генерал-майор, — мрачно отчеканил он. — Прошлой ночью на линии Ванцин — Тумынь произошло крушение: бронепоезд, направлявшийся в район боевых действий, столкнулся с локомотивом, который должен был его эскортировать...

— Случайность? — нахмурился генерал.

— Никак нет! — вытянулся Кураки. — Если принять во внимание, что локомотив, который в соответствии с инструкцией шел впереди бронепоезда, не мог вдруг ни с того ни с сего взять да и помчаться ему навстречу. Как полагает майор Замура, звонивший из Ванцина, мы имеем дело не со случайным крушением, а с диверсией.

— Что еще установил Замура?

— Локомотив и бронепоезд столкнулись в туннеле. Кроме того, произошел взрыв, следствием которого был обвал. Причина взрыва выясняется. — Адъютант умолк.

— Это все? — глухо проронил начальник управления.

— Так точно, все! — на почтительном выдохе ответил адъютант.

— Пригласи сюда Унагами, Кудо, Фугуди и Судзуки. И уведомь майора Замуру по возвращении: я жду его у себя.

Офицеры, первыми названные Мацумурой, не заставили себя долго ждать, что же касается майора Замуры, то он появился, когда совещание было в самом разгаре.

— Садитесь! — милостиво разрешил генерал вытянувшемуся по стойке «смирно» майору и, не дав ему как следует отдышаться, нетерпеливо бросил: — Докладывайте!

Майор вытащил из папки блокнот и, ощущая себя явно неуютно под пристальным взором генерала, нервозно постукивавшего носком сапога по паркету, принялся перебирать листы. Потом, отвесив Мацумуре учтивый полупоклон, начал:

— Крушение бронепоезда — результат диверсионного акта. Заранее спланированного и хорошо подготовленного. Диверсанты обезоружили охрану и, прибегнув к какой-то хитрости, овладели локомотивом, который в целях проверки безопасности дороги двигался перед бронепоездом...