Шрифт:
В последние годы, видно обеспокоенные нашими земными событиями, пришельцы осмелели. Мало им Великого Гусляра, принялись кружить над Брюсселем, Бангладешем и Выхино-Владыкино.
В западном, зажравшемся мире многие относятся к пришельцам без интереса, а нам они внушают надежды. Нам нужна валюта, нам нужен ширпотреб, нам нужны спонсоры. Например, вчера по телевизору передавали объявление: «Уважаемые дамы, господа и товарищи! Ассоциации матерей-одиночек и девушек-идеалисток ищут спонсоров, обладающих скромными запасами конвертируемой валюты. Предложения инопланетян рассматриваются с интересом. Отечественных рублей или купонов не предлагать».
…Корабль пришельцев опустился якобы отдохнуть и для мелкого ремонта на старой лесосеке за озером Копенгаген, как раз когда Корнелий Удалов собирал там лисички. Удалов поздоровался, а пришельцы предложили ему сыграть с ними в карты, для отдыха. Играли в «дурака»; они втроем, а Корнелий – один. И, надо сказать, Удалову притом подливали.
Сначала Удалов проиграл корзинку с лисичками, но это еще полбеды. Потом Удалов проиграл пиджак, хороший, почти новый. К тому времени Удалов вошел в азарт, достал бумажник и выгреб из него все свои деньги, которые откладывал на спиннинг, но все не мог купить – то спиннингов нет, то снова подорожали. Но пришельцы на деньги играть не согласились.
– Что мы с твоей мелочью на Альдебаране делать будем? – спросили они. И даже засмеялись. – Давай играть на твои брюки.
Тут уж Удалов заартачился. Он человек солидный, ему домой через весь город идти.
– Тогда, – сказал главный пришелец, – сыграем на недвижимость.
– Ну какая у меня недвижимость, – вздохнул Удалов.
– Давай играть на Землю. Ты Землю ставишь на кон, а мы – наш космический корабль.
Удалов вошел в азарт. И согласился.
Ему бы подумать, зачем пришельцам Земля со всеми ее людьми и природными ресурсами. А он:
– Раздавай карту!
Ну и проиграл.
Потом опечалился и спросил:
– Зачем вам наша родная Земля?
– А она нам нужна, чтобы ее поработить. Мы заставим вас гнуть на нас спину, мы обесчестим ваших женщин, мы подчиним себе вашу экономику и вывезем ваши природные богатства, завалив вас в ответ дешевым, никому не нужным ширпотребом.
– А выкупить назад ее у вас можно? – спросил Удалов.
Пришельцы посчитали на своем компьютере и ответили:
– Если ты к завтрашнему вечеру достанешь сто сорок три тысячи рублей с копейками, возвратим тебе Землю. А нет – не обессудь. У нас все по-честному.
Тут начало темнеть, пришельцы улетели, чтобы засветло успеть на свою базу на обратной стороне Луны, а Удалов поехал домой. Без грибов, без пиджака, и еще проиграл Землю в карты.
Приехал домой туча тучей. А Ксения учуяла запах спиртного и увидела отсутствие пиджака. Ей бы догадаться, что произошла трагедия, а она говорит:
– Опять заместо рыбалки бегал к этой Римке? Лысый уже, а как был козлом, так и помрешь.
– Нет, – отвечал Удалов. – Дело куда хуже. Я Землю пришельцам в карты проиграл.
Ксения рассердилась на такую ложь, стала бить посуду, но Удалов понимал: Ксюша-то побуйствует и успокоится, а ему надо завтра сто сорок три тысячи рублей достать.
– Ксюша, – спросил Удалов, – а что у нас на книжке?
– А ты не знаешь? – сказала Ксюша и саркастически расхохоталась. – Ветер гуляет у нас на книжке, не на что ребенку велосипед купить. Так что неоткуда взять нам денег ей на драгоценности!
– Ты все о том же, – вздохнул Удалов и пошел к соседу, профессору Льву Христофоровичу Минцу, великому изобретателю.
Профессор отдыхал: давал сам себе сеанс одновременной игры в шахматы на двенадцати досках.
– Погоди, – сказал он Удалову, – кажется, наметился вечный шах.
– Некогда годить, – сказал Удалов. – Над планетой нависла беда. Я проиграл Землю в карты.
– Кому? – спросил профессор.
– Пришельцам.
– Откуда?
– Черт их знает. Зеленые, в военной форме.
– Ну что ж, – сказал Минц, ставя себе мат на шестой доске. – Я давно хотел тебя спросить, Корнелий, ты кто будешь по национальности?
– Местный.
– Странно. Если бы ты был евреем, я бы понял: сначала продали Христа, потом Россию, теперь – Землю. Но от русского человека я такого не ждал.
– Я в азарт вошел, – признался Удалов. – Если я завтра к вечеру сто сорок три тысячи не наберу, они нас поработят.
– Значит, это не пришельцы, – сказал Минц и поставил себе мат на восьмой доске. – Пришельцы умеют считать. Они отлично знают, что Земля стоит дороже, чем сто сорок три тысячи. Во много раз.
– А кто же они?
– Переодетые хулиганы. Из Вологды.
– Настоящие, – возразил Удалов. – Метр ростом, три ноги, глаз посреди лба, ну как в такого переоденешься?
– Нет. Это авантюра. И не вмешивайся ты в нее.
– Так не дадите взаймы? Я верну при первой возможности.
– Не из чего тебе такую сумму отдавать. Лучше иди спать.
– Неужели вам Землю не жалко?
– Мне ее еще вчера жалко было. Может быть, к лучшему, если ее захватят пришельцы?
– Что вы говорите, Лев Христофорович! Ведь они же не скрывают, что поработят нас, обесчестят наших женщин, расхитят наши природные ресурсы.
– Что-то не вижу разницы, – сказал профессор и сыграл с собой вничью на третьей доске.
Удалов попрощался и пошел на первый этаж, к Саше Грубину. «Все-таки хороший человек Минц, образованный, – думал он, – а еврейская национальность сказывается. Ему все равно – порабощенные мы или нет. А русскому сердцу порабощение недопустимо!»
Так он и сказал Саше Грубину, когда отвлек его от изобретения вечного двигателя.
– У меня денег нет, – сказал на это Саша, запустил пальцы в свои патлы и начал бегать по комнате, сшибая приборы. – Но если бы были… не знаю, дал ли бы я их тебе.