Чтение онлайн

Я потерлась головой о его плечо. Почему-то мне показалось, что он и сам не уверен в том, что говорит. Да, поведение Штефана прекрасно вписывалось в гипотезу о привороте, но оно могло объясняться и тем, что его действительно не было в аэрре. Гипотеза тем и плоха, что требует доказательств, а их у нас не было.

– Я не столь переменчива, – попробовала я успокоить Дитриха. – Как-то так получилось, что я раньше никогда не влюблялась.

– А вдруг вошла во вкус?

Он невесело улыбнулся, словно сам не знал, шутка ли это. Нет, нужно срочно что-то исправлять. Я подумала и поцеловала его. Не знаю, исправит ли это хоть что-то, но мне самой необходимо хоть ненадолго потерять голову, отрешиться от неприятностей, которых с каждым днем становилось все больше. Казалось, под моими ногами зыбкая болотистая почва – шагни не туда, и трясина тут же сомкнется над головой, не дав даже сделать последний вздох. И этим последним вздохом были сейчас для меня поцелуи Дитриха. Сама мысль, что я могу остаться без него, неимоверно пугала, не меньше пугало и осознание этого. Я привыкла жить одна, и эта странная зависимость от мужчины делала меня слишком беззащитной. Я оторвалась от его губ и уткнулась в плечо.

– Почему ты не вышла за Эггера? – внезапно спросил он.

– Не знаю. Мне казалось, что я его очень люблю, но что-то глубоко внутри не хотело навсегда связывать с ним жизнь, – ответила я. – Я видела, что его обижаю, но ничего не могла с этим поделать. Я даже квартиру сняла, хотя он предлагал мне переехать после Академии сразу к нему, и не ждать конца лета, чтобы пойти в Храм.

Дитрих вздохнул и чуть отстранился.

– Надо соглашаться на предложение Карла, – неожиданно сказал он. – Со всех сторон надо. Не думал, что соглашусь, но придется.

– Это то, о чем он хотел поговорить наедине с тобой?

– Да.

– Тебе не хотелось соглашаться?

– Я обещал подумать, – улыбнулся он. Обреченность окончательно исчезла из его взгляда. – Линда, ты очень расстроишься, если с нашим партнерством ничего не получится?

Он выслушал Карла. Выслушал меня. Подумал и принял решение. Неудивительно, что не в мою пользу – сколько мы друг друга знаем? Всего ничего. Что ж, это было ожидаемо. Почему-то все мужчины в моей жизни не любят решать мои проблемы. Отец устранился сразу после нового брака. Штефан сбежал, когда погибла наставница. Теперь мне грозит очередное разбирательство в Сыске. Неудивительно, что и Дитрих собирается со мной расстаться.

– Я начала об этом подозревать, – невесело усмехнулась я. – Можешь за меня не переживать, у меня есть выбор, куда пойти работать, – приду домой, распечатаю конверты и выберу самое выгодное предложение, – тут мой взгляд упал на несчастный лист, который так и не получил обещанный горшок. – И фикус я заберу, хорошо?

– Э нет, – неожиданно ответил он. – Фикус мы договаривались усыновлять вместе.

– Что поделаешь? Не получилось, – ответила я.

Хотелось расплакаться, но я сейчас на это не имела права. Вот приду домой, тогда дам себе волю. Осталось только вещи собрать. Да сколько здесь моих вещей? Пару книг и кружка. Возьму сейчас, чтобы больше сюда е возвращаться. Надеюсь, Дитрих поертвует мне колбу, чтобы я смогла забрать лист. Я подошла к столу и выдвинула ящик…

– Линда, ты согласишься выйти за меня замуж? – неожиданно сказал Дитрих. – Прямо сейчас выйти?

– Что? – удивленно повернулась я к нему. – Но я подумала…

– Я понял, что ты подумала, – ответил он. – Но фикус я тебе доверить не могу, сама понимаешь. Поэтому у тебя есть выбор – или ты сразу за меня выходишь и мы присматриваем за ним вместе, или какое-то время его навещаешь, а выходишь за меня потом. Но лучше сразу. Это снимает ряд проблем.

– Каких проблем?

– Не финансовых, – честно ответил Дитрих. – Я не слишком выгодная партия, не то что твой Эггер.

– Он не мой, – машинально поправила я. – С точки зрения выгодности тот, кто находится под следствием, сильно проигрывает тому, кто на свободе.

– Разве что, – усмехнулся Дитрих. – Но ты мне так и не ответила.

– Это слишком неожиданно, – сказала я. – Мне кажется, у твоего предложения есть какая-то подоплека.

– Конечно, – невозмутимо ответил он. – Мне не нравится спать на полу в офисе, я надеюсь оттяпать половину твоей кровати.

– Я серьезно, – невольно рассмеялась я.

– Какие уж тут шутки, – ответил он. – Сама бы попробовала. Кстати, хочешь на ночь поменяемся, чтобы ты ощутила всю прелесть сна на полу и всю серьезность моих намерений?

– Дитрих, – укоризненно сказала я. – Разве можно шутить такими вещами?

Он притянул меня к себе и сказал:

– Можно. Жизнь без шуток очень скучна. Итак? Целуемся и в Храм?

Я уперлась ладонями ему в грудь. Мне хотелось, просто ужасно хотелось ответить ему согласием, но… Что там инора Вернер говорила о технике безопасности?

– Почему такая срочность?

– Ответ, что я тебя люблю, устроит?

Я покачала головой. Нет, слышать мне это было необычайно приятно, но я хотела сначала понять, зачем это ему нужно именно сейчас.

– Я хочу услышать правду.

– То, что я тебя люблю, – чистая правда, – заявил он.

– Не так давно ты сказал, что понимаешь Штефана, который хотел затащить меня в Храм, но сам так сделать не можешь, – напомнила я. – Потому что у тебя ет определенности в будущем.

– То есть ты мне отказываешь, потому что у меня нет определенности в будущем? – спросил он.

– Я тебе не отказываю, – возразила я. – Просто хочу понять, почему ты так торопишься.

– Меня манит половина твоей кровати. Так сильно, что я больше не могу с этим бороться… Я честно пытался, но это сильней меня…

– Дитрих!

– Я хочу услышать сначала твой ответ, – невозмутимо сказал он.

На мои гневные взгляды он никак не реагировал, чуть поднял вопросительно бровь и сделал вид, что ждет. Ждет моего ответа. Я недовольно фыркнула, хотелось забрать свои вещи, как собиралась и уйти. Но тогда с него станется мне ничего не объяснить…

– Линда, просто подумай, хочешь ли ты этого, и ответь.

Хочу ли я выйти замуж за частного детектива без денег и перспектив в будущем? Да, хочу. Я столько глупостей уже наделала, что одной больше, одной меньше – какая разница? Пусть голова упорно твердит, что это неразумно, но не могу же я… бросить на произвол судьбы фикус? Это будет бесчеловечно.

Но я молчала. Мне казалось, что это будет нечестно по отношению к Дитриху, пусть даже он и пытается меня убедить, что собирается решить вопрос с ночевками за мой счет. Дело было совсем не в том, что ему надоело спать на полу в офисе, как он ни пытался меня убедить в обратном. Я сказала бы «да», прямо сейчас сказала бы, если бы от ответа зависела только моя жизнь. Но если ему от этого будет плохо?