Шрифт:
Посвящается Виктории Сергеевне Барсуковой.
«Мировой пожар в крови.
Господи, благослови.» (А.А. Блок). Поэма «12»
Предисловие
1.
Здесь веет семнадцатым годом.
Мне в щель проникают ветра.
Под серым, как сталь небосводом,
Меня наполняет вода.
Идеи восстания чужды
Мне были уж очень давно.
От сырости влажной и вьюжной
Укрыться мне здесь суждено.
И все фотографии, письма
Сожгли, не вернуть время вспять.
Качаемся на коромысле,
Готовясь свинец получать…
2.
Мне дед свои письма поведал,
О чём предстояло прочесть,
Стремясь уберечь нашу честь,
Вопреки всем невзгодам и бедам.
Часть первая (из сохранившихся дедовых писем)
До чего же бледны эти хмурые лица.
Чёрная тень охватила столицу.
Ники прошёлся пером по бумаге.
В войсках не осталось той прежней отваги.
Дума утратила своё назначение,
Народ же утратил своё подчинение,
Под пули попал офицерский состав,
Комитетами создан был новый устав.
В «светлое завтра» люди поверили,
Новая власть вызывала доверие,
Керенский, ставший кумиром народа,
Всё больше и больше твердил о свободе.
Но быстро народ раскусил эту ересь,
Речи министра пропитаны серостью,
В семечках тонут улицы города…
Нет больше хлеба – нас выморят голодом.
«Война до победы!!!» – кричали плакаты,
Спорят Советы и демократы,
Армия рухнула, как и империя –
С триумфом шли немцы намеренно.
Вмешался Корнилов во всё это дело.
Надо сказать – поступил крайне смело,
Стремившись поставить режим диктатуры,
Дабы поправить у власти структуру.
Казалось, спасенье Великой России.
Да будет стабильность, правитель всесильный!!!
Керенский с данным смириться не мог –
Власть потерять не хотел новый «Бог».
Лавр Корнилов был арестован,
Министрами новый указ продиктован,
Власть всё трудней и трудней удержать –
Никто свой портфельчик не хочет терять.
Народ ещё верил в возможность собрания,
Дабы покончить с абсурдом страдания,
Сущность дальнейшую определить –
Под коим трактатом наш люд будет жить.
Вскоре в баталии бой обновился –
Сей большевик впредь к нему подключился.
Керенский понял – его слабость видна,
Судьба его действий предрешена.
Большевики набирали влияние,
Власть у министров в дурном состоянии,
Сил не хватает посты удержать,
Многие думают: «Как бы сбежать?»
Штурм начался по сигналу «Авроры»,
Красные силы к бою готовы –
Наголо шашки, штыки обнажились,
Под знаменем красным они в Зимний вломились.
Министры повержены, правительство пало,
Красная власть в страну прибывала,
Всюду цензура была установлена,
Жестокость сей власти была обусловлена.
Жизнь социальная не изменилась,
Скажу даже больше – усугубилась.
Если хотите конкретно так знать –
Все несогласные стали страдать.
Многие с красными не стали мириться,
Стремившись скорее освободиться.
Формироваться стали движения,
Дабы врагу нанести поражение.
Юнкера и князья, господа генералы,
Власти Советской не принимали,
Судьба той России определена –
Её ожидает большая война.
Часть вторая (сон)
1.
В дрожь бросает лишь осознание,
Я впадаю в небытие.
Сон тревожный не дал мироздания,
Только лишь помог впасть в забытье.
Я пустующий пал, словно камень,
На кровать. И шептала она,
Неизвестная мне в этих далях
Покровительница сего сна.
2.
Адреналин в крови зашкалил,
Мне нервы сильно расшатало,
И всё кругом в миг запылало,
А тень сошла на нет.
3.
Удары, нас смывая, шли,
Как волны, всплески.
Своей дороги не нашли
Мы в дивном месте.
Лишь стоны слышатся, бордель
Наполнен шумом.
Блудница прыгнула в постель,
Поймав безумье.
По головам нас бьют и бьют
Все эти танцы.
Улыбку держим за уют на реверансах.
И, уронив бокал вина,
Упав со сцены,
В нас в ночь вселяется сполна
Крылатый демон.
Открылась дверь в Эдемский сад
И, этой ночью
Идём в штыки на Петроград
По красной точке.
Табачный дым давным-давно
Наполнил бронхи.
Ударам было решено
Раздаться громко.