Чтение онлайн

– Нет, – категорично сказал Басаргин. – Российские данные я предпочитаю хранить в России.

– Тебя, я вижу, не надо учить, – усмехнулся Тобако. – Точно так же делаем и мы с Доктором. Как ни суди, а Интерпол – не самая подверженная влиянию нашей страны организация. Но подверженная влиянию других сил, которым все открывать не следует. Мы все – российские офицеры, хотя и отставные, и присягали только России. У нас нет гарантии, что кто-то из Интерпола не передаст твои файлы по диаспорам в МИ-6 [3] или в ЦРУ. И любому иностранному разведчику будет легче опираться на какие-то известные данные, чтобы получить поддержку на нашей территории. Я рад, что ты сам дошел до этого.

– А в прошлой операции... – начал Александр, но договорить ему не дал телефонный звонок.

– Слушаю.

– Капитан Басаргин?

– Уже капитан запаса... Я слушаю вас.

Александр не случайно сделал такое уточнение. По привычке им еще будут пытаться командовать, и он был готов к тому, чтобы отстоять свою независимость от российских спецслужб, вопреки тому, о чем они только что говорили с Тобако. В этом сложность новой работы – остаться своим со своими и в то же время превратиться в хорошего международного полицейского.

– Генерал Астахов вас беспокоит, – поправка не смутила генерала из штаба «Альфы».

– Здравия желаю, товарищ генерал. Мне сообщили, что вы меня разыскивали, только я просил полковника Баранова, чтобы мне позвонили после девяти. До этого я занят.

Александр опять умышленно заменил привычное уставное «доложили» на «сообщили», чтобы отодвинуться от бывшей службы и показать свою независимость, следовательно, подтвердить возможность не подчиняться чужим приказам, которые по инерции еще могут идти. И даже позволил себе показать недовольство звонком генерала, прозвучавшим раньше времени.

Но и это генерала тронуло мало, из чего Басаргин сразу сделал вывод, что вопрос в самом деле срочный.

– Вам ничего не говорит имя Зураба Хошиева?

– Говорит. Я знаю этого человека еще по первой командировке в Чечню. Встречались и во второй командировке, но он тогда уже не служил в милиции. Последствия ранения, потом еще в дополнение какие-то тейповые неприятности. Смена руководства в республиканской милиции, вы знаете, как это у них бывает, и новые люди вытеснили старых.

– Нам необходимо немедленно с вами встретиться.

Александр недовольно поморщился.

– Я освобожусь через полчаса, товарищ генерал. Закажите на меня пропуск.

– Немедленно!

– В таком случае приезжайте ко мне.

– Это отпадает. Вы нужны именно здесь, чтобы побеседовать с Хошиевым.

– Он задержан?

– Да.

– Вот как?.. Я постараюсь освободиться быстрее. Закажите пропуск.

– У вас разве нет пропуска?

– Уже нет. Я сдал все документы.

Он положил трубку и посмотрел на Андрея.

– По какому поводу понадобился?

– Они задержали моего бывшего осведомителя. Я с ним в Чечне плотно работал. Бывший младший лейтенант милиции, участковый. Потом, после милиции, помогал мне в отдельных вопросах. Зураб Хошиев... Этот Зураб желает, как я понял, говорить исключительно со мной. Только не могу взять в толк, отчего такая торопливость. Я говорю, что освобожусь через полчаса, генерал требует немедленно прибыть.

– Может, привычка генеральская – получать все сразу?

– Сомневаюсь. Астахов не хам. Он себе даже дачу, говорят, собственными руками строил.

Тобако усмехнулся важной характеристике.

– Да, странный, должно быть, генерал. Я с ним не знаком. Поезжай. Я пока посмотрю твой «сейф». Не забудь «ключ» к «сейфу» оставить.

Александр продиктовал тринадцать цифр. Первые тройкой, остальные парами. Не потому, что так лучше запоминается, а потому, что между ними следует набирать дефис.

– Я поехал.

– Ты не договорил... Что ты про прошлую операцию хотел спросить?

– Доктор тогда специально звонил тому полковнику из ГРУ, чтобы предупредить о нашем интересе? [4]

Андрей усмехнулся.

– А это ты, аналитик, сам решай... И учись у старших товарищей, пусть даже и подчиненных тебе.

Басаргин достал из сейфа пистолет, проверил обойму, дослал патрон в патронник, щелкнул предохранителем и убрал оружие в подмышечную кобуру.

– Это правильно. Теперь оружие следует всегда при себе держать, – поддержал его Тобако и показал свою кобуру, распахнув полу пиджака.

– Давай, земляк, будем искать... Вот твоя станция метро. – Ахмат свернул к бордюру и остановился, не выключая двигатель. – Куда дальше прикажешь? Вспоминай, вспоминай...

Ему всегда нравилось управлять людьми так, чтобы они об этом не догадывались. В этом была некая таинственная, не всем доступная сила. И сейчас он управлял братом с сестрой именно так. Они не осознавали, что он управляет ими, и потому были перед ним слабы. Но побеждает только сильный. А Ахмат настроен на победу. Он и сам отлично знает, куда ехать дальше. Но нельзя это показывать, иначе вся его задумка провалится.

Нури голову не подняла. Она и не помнит. Не в том была, надо полагать, состоянии, когда Ширвани привел ее сюда.

Ее брат осмотрелся.

– Мы с другой стороны из метро выходили. Сейчас... Сейчас... А потом... Туда... – уверенно рукой показал. Ахмат отметил, что для деревенщины Ширвани хорошо ориентируется в городе. И зря, может быть, его считают недоумком. Может быть, он такой, как у русских в сказках – Иванушка-дурачок... Тогда с ним надо быть осторожнее. Впрочем, будь Ширвани с хитрецой человек, он не оставил бы свои документы у Гали Барджоева. Но присмотреться к нему стоит, и осторожность соблюдать тоже стоит.