Спастись от мужа
Шрифт:
Но стоили эти красавицы баснословных денег.
– Генри, какой хочешь подарок на день рождения? – спросил меня Карл, приятель по секс-развлечениям.
– Хочу трахнуть девственницу, – не задумываясь, ответил я.
Сказал – воображение тут же нарисовало крохотную дырочку, в которую я буду настойчиво прорываться, а рот наполнился слюной. Дьявол! Я вспомнил это ощущение, когда ты натягиваешь членом девственную плеву и смотришь прямо в глаза девчонке. Они распахиваются, мгновенно темнеют от боли и наполняются слезами. Она крутится под тобой, пищит, как зверушка, а ты не даёшь ей передохнуть ни на секунду и рывком наполняешь целиком.
Непередаваемые эмоции! Как маньяк наблюдает за угасанием жизни, которая уходит из глаз умирающей жертвы, так и я наслаждаюсь каждым моментом.
Абсолютная власть над телом и чужой жизнью – это наркотик, глоток воды. Но, увы! Ты только войдёшь в экстаз, только начнёшь кайфовать, как все закончится, и снова ищешь способ удовлетворить себя.
Друзья подарили мне Мари. Я предвкушал горячую ночь в дорогом отеле, но все планы изменились, как только я увидел свою игрушку.
Она вошла в вип-кабинет вместе с другими девушками. Мой подарок, моя милая одноразовая вещица. Что будет с ее жизнью, меня не интересовало. Потеряет со мной девственность, потом начнет обслуживать по полной программе других богатых мужчин, пока не износится. Эти девушки очень быстро теряют свежесть и статус.
Нас предупредили, что это первый выход хостес к клиентам. Девушки были растерянными, от них исходил запах страха, который будоражил каждую клетку моего тела. Я полной грудью вдыхал этот аромат и видел, как оживлялись друзья. Они чувствовали то же самое.
Девушка села рядом и взглянула миндалевидными шоколадными глазами. В них мелькнула насмешка, и у меня внутри что-то перевернулось. Люблю таких дерзких. Сломать, подмять под себя, лишить воли – это было как раз то, чего хотела моя душа.
Я тут же положил руку ей на грудь, притянул к себе и поцеловал. Она вывернулась и укусила меня за губу.
– Ах, ты… шлюха! – вырвалось у меня.
– Schwein! (свинья) – выпалила она по-немецки и схватила со стола вилку.
Я вскочил. Она тоже. Мы стояли, сверля друг друга взглядами. У меня в груди полыхал пожар, а висках билась мысль: «Эту сучку надо примерно наказать. Но не здесь. И не сейчас».
Друзья упали на диваны от смеха. Девушки побледнели от страха.
– Тебе эту стерву еще укротить надо, чтобы трахнуть, – чуть не подавился коньяком Карл. – Отличный подарок! Как раз в твоем вкусе.
Я усмехнулся: разозлиться по-настоящему не получилось.
Незнакомка была красоткой. Таких каждый мужчина провожает взглядом, а потом мастурбирует в ванной перед зеркалом, вызывая в памяти соблазнительный образ. Она притягивала к себе как магнит. Хотелось прикоснуться, вдохнуть запах, провести языком по бархатной коже, попробовать ее на вкус.
Умелый макияж еще больше подчеркивал прелести незнакомки. Казалось, она была охвачена божественным сиянием, как ангел. Я даже головой потряс, прогоняя наваждение. Карл вложил в мою руку бокал шампанского, я подал ей. Она пригубила напиток и сказала:
– Danke schon (спасибо большое). Я Маша. А вас как зовут?
Она улыбнулась, и на щеках заиграли ямочки. Я тут же не удержался и засунул в одну палец, проверяя ее глубину.
Все засмеялись. Обстановка стала непринужденной. Вмиг безымянный живой подарок из секс-игрушки на ночь превратился в личность.
– Я Генрих, – ответил ей, чем удивил себя и друзей: никогда не называю своего настоящего имени девушкам хостес.
С этого дня все и завертелось.
Мари была чертовски обаятельной куколкой. Куда бы мы ни приходили, вокруг нас собирались люди. Она с каждым днем все лучше говорила по-немецки, мило улыбалась, и я захотел растянуть удовольствие.
Дьявол! Что творилось со мной, я не знал, но лишение девственности отодвинулось сначала на один день, потом на два, а в голове закрутились новые мысли.
– Ты что делаешь, Генри? – спросил через неделю Карл. – Отправь девку обратно.
– Не хочу.
– Влюбился, что ли?
– Нет. Не знаю. Просто, пока не хочу. Интересная штучка.
– Да, таких, как она, полно!
– Ты подарил мне эту.
– Давай делиться.
– Нет. Сам ещё не наигрался. А вдруг я на ней женюсь!
– Зачем? – Карл посмотрел на меня как на умалишенного. – Разве твои родители допустят такой брак?
– Я взрослый человек и сам буду решать, с кем мне жить и спать! – разозлился я, и все вопросы отпали.
Давление друзей, знакомых и родителей становилось все сильнее, а Мари все привлекательнее. Расставаться с ней совершенно не хотелось.
– Слушай, ты как собака на сене, – злился на меня Карл. – Сам девчонку не трахаешь и нам не даешь. Поделись рабыней.
И тогда я решил жениться. Это был благовидный предлог, чтобы оставить девчонку при себе и не делить ее ни с кем. В глубине сознания зрели и другие мысли. Приобретая рабыню в вечное пользование, я мог распоряжаться ею по своему усмотрению.
Во время свадьбы я сходил с ума от нетерпения. Мари тоже поглядывала на меня и тянула к лестнице. Моя ягодка созрела. Пора насладиться ее изысканным вкусом…
Глава 3. Мари
– Пойдем, майне либе? – приглушенно спросил муж, и мы, оставив гостей внизу, стали подниматься по лестнице. Нам вслед захлопали, я покраснела. – Ты готова?
Пальцы Генриха подрагивали. Я не понимала, почему в такой ответственный момент он волнуется больше меня. Ещё в «Зазеркалье» я готова была продать свою девственность по самой высокой цене. Уж лучше получить за неё хоть что-то, чем лишиться чести в какой-нибудь подворотне из-за сопливого пьяного мальчишки, как это случилось с моей сестрой.
– Да, сгораю от нетерпения.
Генрих усмехнулся и вёл меня в спальню. Я огляделась и восторженно воскликнула:
– О, дорогой! Тут так красиво! Я тебя люблю.
Брачную ночь муж обставил как настоящий праздник. По всей спальне горели свечи, на шелковом покрывале алело сердце, выложенное красными розами. На сервировочном столике в ведерке со льдом стояла запотевшая бутылка шампанского и поднос с аппетитными канапе. В вазе из драгоценного богемского стёкла лежал швейцарский шоколад.