Чтение онлайн

Через минуту Рустам был уже в седле. Собрав свою тысячу, он двинулся в путь.

Неслись татары по степи, словно вихрь. На заставе заметили их, отправили гонца в город с вестью, что враги ордой идут...

Горожане в панике. Варвару бросили в подземелье: не до казни, самим бы спастись. А та уже и не дышит почти. Жители заперли все городские ворота и приготовились защищаться до конца.

– Как в город войдём, никого не щадить. Детей только не трогайте, - распорядился Рустам.

Монголы подожгли ворота, начали стены крушить. Карабкались по ним, как муравьи. На них сверху горячее масло лилось да смола, камни падали и брёвна, а они, знай себе, лезли напролом. Гибли одни, на их место заступали другие.

– Это Господь покарал нас за жестокость такую, - тихо говорила одна женщина другой, подтаскивая камни.

– Ужо отпустили бы с миром эту девку к татарам, и не было бы беды такой. А теперь кто защитит нас? Осерчал на нас Боженька.

Услыхал поп такие речи, да как набросится на женщин.

– - Что удумали?! Да отсохнут языки ваши в собственных выях! Испытывает Господь веру вашу огнём и мечом. Хочет покарать всех неверных и сумливающихся! Только сильные духом спасутся, а пособники сатаны сгинут с лица земли русской во веки веков!
– кричал поп и тыкал пальцем в испуганных женщин.

Но не спасли город ни грозные речи священников, ни самоотверженность жителей. На городской стене пал от монгольской стрелы и князь Димитрий. До последнего он со своей дружиной держал оборону с южной стороны. Уж и кровью истекал и задыхался, а всё не сходил со своего места. Но вторая вражеская стрела оборвала его жизнь.

Много дней держали оборону жители, но прорвалось в город ханское войско. Всё заполонили захватчики, направо и налево рубили кривыми саблями и пускали стрелы во все стороны. Ох, лютовал Рустам. Ярость, как пелена, застила ему глаза. Наконец ворвался он в купеческий терем, отыскал няньку в погребе, схватил её за ворот.

– - Где Варвара?!
– заорал Рустам.

А та визжит от страха и криком кричит, ничего сказать не может.

– - Она жива? Говори, чёрная душа!

– - Там, в монастырской темнице...
– махала рукой перепуганная старуха.

– - Веди! А не то разрублю на месте!

Сломали дверь в подземелье. Тюремщиков Рустам собственными руками зарубил. Перепуганный монах вжался в стену и плюхнулся на колени, не переставая причитать и целовать крест.

– - Где?
– хан пнул монаха в грудь.

– - Т-там... Там, за дверью, - пролепетал тот, подскочил и отомкнул ключом замок на засове.

Рустам ногой распахнул темницу. Варвара висела на цепях.

– О, Всемогущий!
– простонал Рустам и, разрубив цепи, подхватил девушку на руки. Опустился с нею на земляной пол и дотронулся до её щеки.

– - Варенька, это я, Рустам. Открой глаза.

Та застонала, глаза чуть приоткрыла и слабо улыбнулась.

– Рус-там, - она хотела дотронуться до него, но сил не хватило, и рука бессильно повисла.
– Увези меня... отсюда...далеко-далеко, - тихо сказала девушка.

– - Увезу...

– - На белом... коне, - прошептала она и обмякла.

– - На белом... Варенька, очнись!

Но увы. Девушка неподвижно лежала с закрытыми глазами. Рустам разом сник. Погладил её по лицу и, уткнувшись в ещё тёплую девичью грудь, зарыдал.

Нянька, бежавшая следом, доплелась до монастырской темницы, заглянула в подвал и, увидев, что Варвара испустила дух, завыла пуще прежнего:

– А-а-ай, погубили! Будь ты проклят, монгол вонючий, ирод проклятый! Погубили мою девочку! Извели душу невинную! Ты сгубил её! Ты, вражья душа!

Рустам не обращал внимания на выкрики старухи.

– За что её? За что?
– плакал он, гладя девушку по лицу.
– Звери! Свою же... Свою ведь... За что?

Савватеевна, расхрабрившись, подлетела к нему.

– За то, что к тебе, проклятому, сбежать надумала. Тосковала по тебе, ироду!

– - Иди прочь... Прочь!
– заорал он.

Двое монголов уволокли старуху, оставив Рустама наедине с телом девушки.

– - Опоздал... Ай, опоздал! Сразу надо было увозить, ведь видел всё... Они издевались над тобой. Над своей же...

Город в огне. Слышались крики, стенания и монгольская речь. Рустам брёл по сгоревшим улицам с мёртвой Варварой на руках. Выйдя за город и, став на колени среди чистого поля, предал тело земле.

Мимо него проходили обозы с награбленным добром, брели люди, уводимые в рабство. Некоторые из них оглядывались на Рустама и виновато опускали головы. Монгольское войско возвращалось обратно в свою степь. Только молодой полководец сидел среди поля и смотрел в синее небо, ожидая ответа свыше. Потом резко поднялся, подал знак, чтобы подвели коня, и с суровым каменным лицом стал догонять своих...

1993 год.

Н а краю

Занималось чудесное осеннее утро. Небо было ещё синим. Светило солнце, с моря дул тёплый ветер. От высохшей травы горы стали жёлтыми. Только кое-где на их вершинах и у подножия зеленели сосны. Геленджик готовился к зиме.

По тротуару, выложенному цементной плиткой, торопливо шла девушка невысокого роста. Перебежав дорогу, она скрылась за узорчатыми металлическими воротами офиса проектно-строительной компании.

– Извините, вы не подскажете, где найти директора?
– обратилась Ирина к одному из служащих.

– На втором этаже, в правом крыле, дальний кабинет, - ответил парень.

Поблагодарив, девушка направилась разыскивать приёмную.

Некоторые стены внутри офиса были из небьющегося стекла, поэтому хорошо просматривались большой кабинет инженеров-проектировщиков и отдельное помещение машинисток. Дальше находился компьютерный зал и приёмная.

– Здравствуйте, - поприветствовала Ирина секретаршу.
– Я по объявлению в газете...
– начала было объяснять девушка.

– Вы раньше печатали?
– сразу последовал вопрос.