Чтение онлайн

— Мелкогривка! — прорезался из общего гула дрожащий от возмущения голосок. — Спасибо, хоть не Крохобока! Я больше не мелкая! Неужели я не заслужила более солидное имя?

Коты весело замурлыкали, а Трилистница подошла к дочке и ласково лизнула ее в стоящее торчком ушко.

— Для меня ты навсегда останешься крошкой, — проворковала она.

Но материнские слова не успокоили маленькую белую кошечку. Листвяная Звезда ясно видела, что в то время как братья Мелкогривки были в восторге от своих новых имен, в глазах их сестры поселилось горькое разочарование.

Она спрыгнула со скалы, прошла сквозь толпу котов и остановилась перед взъерошенной Мелкогривкой.

— Имя может быть маленьким, а дух — силен и велик, — негромко сказала она. — Придет время, и имя Мелкогривки прославится в племени, и потомки твоих соплеменников будут с гордостью повторять его.

Мелкогривка робко подняла глаза на предводительницу.

— Ты, правда, так думаешь?

Листвяная Звезда серьезно кивнула.

— Все зависит от тебя, Мелкогривка. Ты можешь прославить свое имя великими поступками, которые навсегда останутся в памяти племени. Имя не имеет никакого отношения к пути, который ты изберешь.

— Я сделаю все, чтобы быть настоящей воительницей! — горячо воскликнула Мелкогривка.

Листвяная Звезда погладила ее кончиком своего хвоста.

— Я знаю.

Пока они разговаривали, четверо котят Пчелоуса и Меднолистой со всех сторон обступили свою мать.

— А мы! А мы тоже хотим быть оруженосцами! — объявил Крапивничек.

Меднолистая погладила его хвостом.

— Всему свое время, милый, — промурлыкала она. — Но не сейчас. Вы еще слишком малы.

— Нет, не малы! — выпалила Сливка, бросаясь к матери. — Нам уже много-много лун! Целых две и еще одна!

— Три! — подтвердил Крольчонок.

— А оруженосцами становятся только в шесть лун, — ласково напомнила им мать.

Сливка уныло понурила голову.

— Это очень долго! — заныл Крольчонок. — Мы не хотим столько ждать!

— Да, не хотим! — поддержал его до сих пор молчавший Ручеек. — Мы хотим прямо сейчас начать учиться быть воинами!

Меднолистая посмотрела на Листвяную Звезду поверх пушистых голов своих малышей.

— Ну что с ними будешь делать? — насмешливо и удрученно воскликнула она.

Листвяная Звезда пошевелила усами.

— Три луны пролетят так быстро, что не заметишь, — сказала она. — Очень скоро мы передадим эту ораву в лапы наставников, пусть они с ними мучаются!

Меднолистая тяжело вздохнула.

— Ох, скорее бы! Жду не дождусь, когда это случится.

Но в ее взгляде, обращенном на четырех котят, светилась такая бесконечная нежность, что Листвяная Звезда спрятала улыбку.

Крапивничек поднял голову и запищал:

— А вот Сливка утром столкнула меня в реку! И я был мокрый на церемонии!

— Врешь ты все! — возмутилась Сливка. — Ты сам пихался и сам упал! Поделом тебе!

— Хватит, — прикрикнула Меднолистая. — Если я услышу еще один писк от кого-нибудь из вас, вы оба будете до вечера сидеть в детской!

Сливка надулась и сердито посмотрела на своего брата.

— Это нечестно, — давясь слезами, мяукнула она, со всех лап бросаясь к Трилистнице. — Почему меня все обижают? Трилистница, Крапивничек все врет, что я его пихнула! Он сам толкался. Он хотел показать мне прием, но у него ничего не получилось, и он свалился в реку. Я тут не при чем!

— Я знаю, милая, — проворковала Трилистница, ласково приглаживая языком растрепавшуюся шерстку Сливки. — Не плачь, никто тебя не винит. Все бывает, каждый может оступиться или упасть. Ничего страшного не случилось, Крапивничек целехонек.

Листвяная Звезда с нескрываемым восхищением посмотрела Трилистницу. Куда подевалась та ленивая, вздорная и эгоистичная бродячая кошка, которая когда-то видела в Небесном племени лишь защиту для себя и своих котят? Просто не верилось, что сейчас перед ней была все та же Трилистница! Теперь она стала настоящей матерью всем котам Небесного племени, котята и взрослые воины шли к Трилистнице за советом, утешением и поддержкой. Этой кошке не дано было стать хорошей воительницей или охотницей, зато она превосходно поддерживала порядок в детской и с удовольствием опекала котят и королев.

«Без Трилистницы бедняжка Меднолистая ни за что бы не справилась со своей оравой», — с улыбкой подумала Листвяная Звезда.

— Пойдем, — сказала Трилистница, собирая четверых котят вокруг себя. — Давайте вернемся в детскую, и я расскажу вам про Огнезвезда и великую войну с крысами.

— Ура! — завопил Ручеек, сверкая глазенками. — Это моя любимая история!

Когда Трилистница с котятами удалились, Листвяная Звезда еще раз с гордостью обвела глазами свое племя. Остроглаз, сидя на солнышке, неторопливо вылизывал свою темно-рыжую шерсть. Трое новых воителей взволнованно жались друг к дружке, а их бывшие наставники направились к куче дичи, чтобы как следует подкрепиться после пережитых волнений.

Цветоглазка махнула хвостом Пчелоусу.

— Пойдем, позанимаемся боевой подготовкой с учениками.

— Скорей! — взвизгнула Полыннолапка, бросаясь вверх по склону. Ее брат Мятнолап бросился следом, подняв целое облако пыли. Наставники степенно двинулись за непоседами-оруженосцами.

Листвяная Звезда не смогла сдержать довольного вздоха. Ее племя пережило суровую пору Голых деревьев, а кровавая битва с крысами давно стала далеким воспоминанием.

«Но я никогда не забуду Ливня», — грустно подумала предводительница. Серый кот, отец Полыннолапки и Мятнолапа, добровольно отправился сражаться за Небесное племя, спасшее его подругу от мучительной смерти от рук обезумевшего Двуногого. Он не вернулся из битвы, став первым воином, отдавшим жизнь за Небесное племя.

Листвяная Звезда вновь обратилась мыслями в то далекое время, когда это песчаное ущелье населяло совсем другое племя, оставившее отметки своих когтей на стенах нынешней воинской палатки. Молодой предводительнице очень хотелось побольше узнать о своих предшественниках.

Последним наследником этих давным-давно рассеявшихся по миру котов был Небосклон, старый серый кот, прозванный Лунатиком. Многие из котов, составлявших ныне славу и гордость Небесного племени, еще совсем недавно травили бедного старика, называя его чокнутым за упрямую преданность чему-то, что было выше их понимания. Но лишь благодаря несгибаемой воле Небосклона слабый огонек памяти о Небесных котах не погас в череде бесконечной смены лун, и дотеплился до прихода Огнезвезда, сумевшего раздуть его в сильное жаркое пламя.