Собери себя сам 3

— Аста ла виста, бэби, — сказал я.

И выстрелил.

Рука отсоединилась от плеча, обдала меня потоком пламени, резко понеслась вперёд и влетела в меха. Раздался взрыв. Я стоял слишком близко, взрывная волна откинула меня назад и впечатала в стену. Перед глазами пошли помехи: похоже, от многочисленных повреждений модули начали глючить. Надо бы поскорее их заменить.

Я всматривался вперёд, но из-за дыма и облака пыли не мог ничего разглядеть. Что там с экзором? Он ещё жив?

Ответом мне стали оповещения от Системы:

Легендарный враг «Боевой мех Tartaros» убит.

Награда:

2000 ФМХ.

50 ФВ.

1 ФВЧ (фрагмент вечности).

О, новые фрагменты. Что-то они зачастили — уже вторые за день.

Следом пошёл другой тип оповещений, который я не видел уже очень давно.

Проводится анализ побеждённых врагов.

Проведённое в мире время…

Количество убитых врагов…

Уровень силы убитых врагов…

Анализ завершён.

Вердикт: количество побед признано достаточным для повышения ранга.

Вам присвоен новый ранг — золотой.

Ниже шли перечисления новых фич, но я пока не стал их читать. Хотелось убедиться, что экзор мёртв. Мало ли, что за него выдали награду. Хочу своими глазами увидеть его труп. Механоида вообще корректно называть «трупом»? Он ведь и не был живым.

Я шагнул вперёд, но вдруг ноги подкосились, и моё лицо встретило пол. Органы чувств заглючило ещё сильнее, я почти ослеп и оглох. Плохо дело, неужто меня так сильно повредило?

Э/Э — 0/300.

Ах, так вот в чём дело. Но постойте, у меня ведь было две с лишним сотни! Хотите сказать, один выстрел рукой-ракетой выжрал их полностью?! Ничего себе у этой руки запросы.

А ведь она жрёт энергию даже в пассивном режиме. Так я никогда не смогу встать на ноги. Я поспешно отсоединил руку. Она отделилась от плеча и упала на пол. Сразу пошёл процесс зарядки.

Э/Э — 1/300.

Э/Э — 2/300.

Чувства стали возвращаться в норму, я снова мог видеть и слышать. А когда энергия восстановилась до пяти, смог подняться на ноги. Хорошо, что она так быстро восстанавливается.

Пройдя через облака дыма, я наконец увидел Тартароса. Искорёженный боевой мех лежал на полу. Его руки и ноги отвалились, плечевые ракетницы тоже. Корпус был измят и обуглен, его тёмно-зелёный окрас сменился на чёрный. Никаких признаков жизни Тартарос не подавал.

Вдруг я почувствовал вибрацию на груди. Что это — очередной глюк моих сенсоров? Но опустив взгляд, понял, что нет — это вибрировал амулет на моей груди. Тот самый, подаренный Криэлис. Ещё через секунду из него раздался знакомый женский голос, приглушённый, как при разговоре через рацию:

— Ты победил его?

— А я про тебя уже и забыть успел, — усмехнулся я. — Да, я победил.

— Поздравляю.

— Только меня смущает пара моментов.

— Спрашивай. У нас есть пара минут.

— Легендарный враг «Боевой мех Tartaros» убит. Почему Система так его назвала? Не экзор, не бог, а «боевой мех». А ещё его цвет — тёмно-зелёный. Я ведь точно помню, что тот Тартарос, который напал на меня в Занморхе, был багровым. А тот, который напал на тебя в замке… Я тогда подумал, что просто показалось из-за разницы в освещении, но нет — он был малиновым.

Я уже догадывался об ответе, но до последнего надеялся, что ошибаюсь. Что Криэлис сейчас развеет все мои сомнения и посмеётся над тем, каких глупостей я себе навыдумывал.

— А разве ты сам ещё не понял? То, что ты победил — удалённо управляемый боевой мех. Ты встречался с тремя разными, а сегодня даже смог убить одного. Но у Тартароса их ещё много.

У меня нервно дёрнулся глаз (хотя казалось бы, он механический).

— Много — это сколько?

— Как минимум сотня. Но твои главные враги — не мехи, а сам Тартарос. Он намного сильнее.

— Приехали, блин… Так всё это время за мной охотилась железка на дистанционном управлении? И почему я узнаю об этом только сейчас?

— Я думала, ты давно понял, — ответила Криэлис. И почему-то мне послышался её смешок. Думала она, как же…

— Ладно. Смог победить одного — смогу победить и сотню. У меня со всеми врагами так. Но чтобы дело пошло быстрее, проясни-ка мне пару вопросов.

— Наше время на исходе — в амулете заканчивается мана. Ты наверняка получил с меха что-то ценное. Придумай, как обратить это против Тартароса. Напоследок скажу одну вещь: экзоры не так много знают о пустых, особенно о таких, как ты — достигших высокого уровня. Сейчас им неизвестен весь твой арсенал и спектр способностей. Пользуйся этим.

После этих слов амулет перестал вибрировать, потоки маны в нём тоже успокоились.

— И это всё? Весь твой невероятно ценный совет? — спросил я на всякий случай — вдруг ответит. Но никто не отозвался. Ответом мне было лишь потрескивание повреждённой электроники вокруг.

Ладно, чёрт с ним. Я ещё раз посмотрел на останки Тартароса (точнее, как только что выяснилось, его машинки на радиоуправлении). И заметил, что возле головы мигала лампочка. Да ладно, мех ещё жив? Нет — за него ведь уже дали фрагменты.