Шрифт:
* * *
Когда-то одной из звездных ночей странствующий поэт решил заночевать в пещере. Он даже и не мог предположить, что оказался в логове дракона – драконом там и не пахло. Он развел костерок и сел у входа спиной к огню, обратив задумчивое лицо к звездам. А потом чуть слышно принялся декламировать.
Только серебро да черный цвет остались мне.Что ж, пусть будет ночь и я рассыплю звезды,Все тени распростерли крылья стелясь по земле,И прятаться от их когтей уж слишком поздно.Пусть в темном вихре шелестит уснувшая листва,И в свете звезд распустятся ночные лепестки,Наступит тишина – во мраке не нужны слова,Лишь аромат цветов и чувство колдовской тоски,Неуловимые и нежные прикосновеньяМорских ветров, трав, земли и вод всех рек,Когда на мир опустится забвеньеИ время навсегда свой остановит бег.Он обернулся к костерку, чтобы подкинуть хвороста и увидел во тьме два огромных светящихся зеленых глаза. Из тьмы вырвалась тонкая струя пламени и огонь в костре вспыхнул ярче без помощи хвороста. – Дракон? – удивился поэт, словно спрашивал самого себя. – Будь как дома, приятель, – произнес шипящий голос. – Вовсе не хотелось тебя прерывать, но было довольно любопытно послушать твои стихи. – В самом деле? Что ж, спасибо. Хотя довольно странно. Я укрылся в пещере, услышав от людей жуткие истории о драконе, который летает по ночам и наводит страх на всю округу. А теперь я думаю, что попал прямо к нему. – Ты прав, других драконов здесь нет. Впрочем, я не имею ничего против поэтов, – заметил дракон. – Я думал о тебе, – проговорил поэт, стараясь разглядеть его во тьме, но кроме глаз ничего не было видно. – После всех этих россказней в уме возникли даже некоторые строки.
Его сила – страх других,Чья-то отвага для него – восхищеньеВодопада скидывающего хрупкую лодочку в пропастьСиянье в золоте – сиянье на осколках звезд упавших с небаА блеск камней бесценных – застывший навек свет солнца на росе, что мигом испарилась.И в этом созерцанье – суть существования и вечность...– Да ты философ. Хотя, может быть, просто проницателен. Ты попал прямо в яблочко. – Я рад, что угадал. Когда я прочел эти строки людям, то едва не поплатился жизнью. Они считают тебя кровожадным разорителем и стали преследовать меня. Благо наступила ночь и они поспешили укрыться в домах, боясь твоего нападения. Из тьмы послышался негромкий хриплый смешок. – Могу поклясться, что ты из тех, кто предпочтет умереть от страшных зубов дракона, чем от рук невежественной толпы. Трудно признавать, что люди могут учинить такое и не способны понять твои высокие мысли. Тебе бы хотелось видеть их достаточно умными, чтобы стихотворные откровения твоей души приводили их в трепет. А как тебе такое?
Поднимаясь к горным вершинамА потом и над нимиПод розовым крылом закатаНа нежном покрывале облаковОседлав легкий ветерЯ мчусь по радугеК сияющим звездамЧтобы увидеть красоту мира с вышины...На лице поэта помимо рыжих отсветов костра отразилось изумление. – Не хочешь ли ты сказать... – По-твоему, стихи могут сочинять только люди? А драконам положено только рычать. Впрочем... Не все люди одинаковы, так же, как и драконы...