Снайперский удар
Шрифт:
После возвращения в расположение и чистки оружия уже поздно вечером Паша вышел из казармы и направился домой. В кармане вдруг он нащупал кусок бумаги, а когда извлек под свет дорожного фонаря, разглядел визитку казачьего генерала.
– Точно! – вслух сказал Паша и, набравшись смелости, позвонил.
– Алло, – ответила трубка.
– Сергей Иванович, – сказал Паша. – Я Павел Шабалин, помните, командир снайперской роты… я вам винтовки зимой пристреливал…
– Да, Павел, – ответила трубка. – Помню… чего хотел?
– Хотел нагло попросить о помощи, – сказал Паша и, понимая момент, добавил: – … товарищ генерал-лейтенант…
– Что случилось? – Голос собеседника изменился с осторожного до снисходительного.
– Мы уезжаем… э-э-э… в страну песков… ну, вы понимаете…
– Не совсем…
– В Саратов…
– Так, в город Саратов, и что?
– Ну, не в тот Саратов, который город, а который южнее…
– Не понимаю.
– В Сирию мы едем, воевать, – плюнув на секретность, сказал Шабалин.
– Ну, надо же, как я сразу не догадался? Какую вы хотите от меня помощь?
– Может, слишком нагло будет…
– Говори.
– Вы нам патронов 338-го калибра не подкинете, сколько сможете? Я получил винтовку «манлихер», а патроны к ней чуть не каждый на счету, и на складах их нету… а винтовка очень хорошая… и точная, почти как у вас…
– Ты сейчас где?
– Возле бригады.
– Я тут недалеко, сейчас подъеду. Жди!
– Хорошо.
Шабалин прошел через КПП и присел на лавочке автобусной остановки. Ждать долго не пришлось. Черный «Гелендваген» остановился через дорогу. Паша подошел к машине.
– Садись, – сказал ему водитель.
Шабалин сел в машину. Поздоровались.
– Тебе когда надо?
– Завтра мы улетаем… утром.
– Магазины уже закрыты, а утром ты уже улетишь. У меня с собой есть две пачки – сорок патронов. Хватит?
– Вполне, – кивнул Паша, обрадованный даже такому результату, мысленно прикидывая стоимость оказанной услуги.
«Генерал» протянул ему две увесистые пачки охотничьих патронов, и вдруг Паша понял их абсолютную бесполезность – у них другая навеска пороха, другой вес пули и баллистический коэффициент – под них нужно специально пристреливать винтовку. А самое главное – пули таких патронов не имеют стального сердечника, а значит, они бесполезны против бронежилетов. Наверное, разочарование было написано у него на лице, так как «генерал» спросил:
– Что не так?
Паша сбивчиво рассказал ему о возникшей проблеме.
– Забирай, – сказал «генерал». – Все равно тебе они нужнее окажутся. Я, может, раз в год стреляю, а тебе пригодятся. И возвращайся назад живым.
– Спасибо, – Паша от души поблагодарил собеседника.
Внезапная тревога, как и ожидалось, была сыграна строго по плану, озвученному однокашником по военному училищу. Прибыв в расположение, Паша достал из сейфа плановую таблицу действий при получении сигнала «Тревога» и некоторое время контролировал действия подчиненных, но парни знали «свой маневр» твердо, и поправлять никого не пришлось. Вскоре появился командир бригады, который довел до Шабалина приказ на боевое применение на «незнакомом полигоне», согласно которому половина роты во главе с Шабалиным убывала в пункт доподготовки и ожидания, после которого им и предстояло убыть туда, где, как ни крути, решалась судьба всего мира.
– А там тебя встретит полковник Федяев, – хмуро посмотрев на Пашу, сказал комбриг. – Он уже там… недолго он на Спутнике просидел…
Автоколонной рота, вернее часть роты – всего тридцать человек, прибыла на аэродром, где им предстояло загрузиться в огромный транспортник «Ил-76». «Горбатый» уже стоял с открытым чревом. Восемь тонн груза и три десятка морских пехотинцев перекочевали в самолет.
– Ну, бывай, – Паша пожал руку сержанту-контрактнику, старшему автоколонны, ибо никто из командования бригады провожать его на аэродром не поехал.
– Вы там осторожнее, – попросил сержант. – Берегите людей…
– Постараюсь.
Створки грузового люка закрылись. Паша сел на откинутое сиденье, ухватился рукой за какой-то поручень и вдруг с совершенной ясностью и тоской подумал, что зря развелся по молодой глупости пару лет назад. Где-то далеко-далеко отсюда детским сном спит его шестилетний сын Егор, а папка вот он, движимый приказом, уезжает на войну.
– Я не знаю, когда вам дадут добро на вылет. – Майор быстрой походкой шел по городку, и Паша едва поспевал за ним. – Скажите спасибо, что на довольствие вас поставили без документов!
Рота уже двое суток чалилась в брезентовых палатках центральной снайперской школы в условиях полной неопределенности. Никто не мог толком сказать, сколько времени они еще тут пробудут, кто руководит всем этим бардаком и кто хотя бы может дать разрешение на выход отсюда – с территории Центра. Ибо там, в Москве, что была в часе езды, Пашу ждало несколько однокашников по училищу, более удачно сложивших свою военную карьеру и теперь проходящих службу в арбатском военном округе.
– А где начальник школы?
– Там, – отмахнулся майор.
– А его зам?
– В отпуске.
– Здесь вообще кто-то решает вопросы? – Паша дернул майора за рукав, и тот остановился.
– Кто-то решает. А вот цепляться за меня не надо! – Он грозно посмотрел на старшего лейтенанта, пытаясь вызвать в нем испуг и чинопочитание. – Вы сами должны твердо знать, кто ваш куратор!
– Своих кураторов я знаю, – сказал Паша. – Но у нас на въезде забрали все телефоны, и я не могу сообщить ему о сложившемся положении!
– Это не мои проблемы!
Майор резко повернулся и чуть не побежал, показывая свою занятость.
Шабалин остановился и осмотрелся. Навстречу шел капитан в модном «мультикаме» и улыбался.
– Паша, ты чего разбушевался? – крикнул он издали.
Конец ознакомительного фрагмента.