Чтение онлайн

Что касается взорванного чуть ли не на рабочем месте Гатова, то к нему можно было бы предъявить массу претензий. По поводу, само собой, приватизации и величины сумм, за которые приобретались те или иные здания городского фонда. Вернее, не величины, а ничтожности этих сумм в некоторых конкретных случаях.

Разумеется, Гатовым могли быть недовольны многие — и те, кто не получил вожделенного куска в виде недвижимости, и те, кому дорогу перебежал более богатый или более влиятельный конкурент.

«Однако, тенденция», — сказал бы чукча, изучая статистику нашей «заказухи» за последнее время. Конечно, с Москвой не сравнить. Но, поверьте, для нашего города это был перебор.

И очередной месяц тоже не оказался исключением. Власти стали нервничать, начальник управления внутренних дел на всякий случай лег в больницу, местная печать недоумевала и сетовала на недостаточное финансирование этих самых органов, а печать центральная разразилась двумя злобдневными статьями о положении дел с преступностью в нашем доселе спокойном регионе.

Оба материала тоже были заказными, как и убийства, о которых они повествовали, — такой печальный каламбур. Первый метил в губернатора, второй был написан бывшим местным журналистом из областной газеты, который обиделся на то, что ему не выделили квартиру, обещанную четыре года назад при поступлении на работу, затем женился на москвичке и совместил разгромный материал о нравах местной милиции с переездом в престольную.

Масла в огонь центральная пресса, конечно, подлила, но реальность продолжала оставаться по-прежнему такой же неопределенной, как и до появления статей, — расследования не продвигались.

Правда, касательно господина Гатова власти не могли просто так отмолчаться — как-никак свой, — и вскоре появилось сообщение, что в соседней области во время перестрелки с милицией погиб бандит, который находился в розыске в связи с делом Гатова.

А что там было на самом деле — никто, разумеется, доподлинно не знает, но власти на этот раз как бы выполнили свой долг и намекнули, что этот бандит и есть убийца. А раз его уже нет в живых, то можно как бы и не очень волноваться.

Но когда убрали Железнова — это произошло две недели назад, — деловые круги всерьез заволновались. Эта смерть могла многое изменить в существующем раскладе сил в данное время и в данном месте.

Железнов был главой крупнейшей в регионе фирмы по поставкам оргтехники, имел сеть магазинов в городе и соседних областях, он также прибрал к рукам три радиостанции и два местных телеканала.

Затем он стал депутатом областной Думы, и в городе тихо поговаривали, что на будущих выборах в Госдуму Железнов без проблем получит необходимое количество голосов. А те, кто говорил еще тише, прибавляли, что если даже он вдруг провалится, то его пристроят на хорошее место в администрации президента.

Дело в том, что Железнов в свое время оказал очень большую услугу одному нижегородскому (собственно, если быть точной — горьковскому) человеку. Тот Железнова не забыл и, когда оказался в Москве в непосредственной близости к демократическому престолу, всячески проталкивал Железнова наверх. Пока это удавалось только в плане экономическом, но не за горами была и политическая карьера — вопрос стоял только о сроках.

И вот Железнова убивают. Причем убивают как-то очень просто, без шума и взрывов, без автоматных очередей и выстрелов из винтовки с оптическим прицелом. Можно сказать, убивают по-домашнему.

Даже сказать как-то неудобно… В общем, его загрызла собака.

Обстоятельства убийства — а это было именно убийство — были более чем скандальными и сильно ударили по репутации нашей области.

Когда господин Железнов стоял возле своего новенького «Бугатти» и беседовал с южнокорейской делегацией бизнесменов, приглашенных на открытие роскошного супермаркета в сети магазинов Железнова, внезапно из подворотни на противоположной стороне улицы выскочила овчарка и, подбежав к Железнову, бросилась на него и вцепилась в горло. Охрана ничего не могла поделать: пока один пытался оттащить псину от босса, а другие искали удобную траекторию для выстрела, чтобы, не дай Бог, не поранить шефа, овчарка умудрилась прокусить Железнову сонную артерию.

Если бы даже секьюрити и сработали более технично, все равно ничего нельзя было поправить — собака-убийца точно знала, на кого именно она должна броситься и что должна прокусить.

А пресечь ее движение через улицу никто и не подумал: мало ли что, ну бежит себе собака и бежит, сейчас наверняка хозяйка с поводком появится.

Хозяйка застреленной овчарки-камикадзе, естественно, не появилась…

Южные корейцы покачали головами и уехали в состоянии, близком к шоку.

В администрации хватались за голову и стучали кулаками по столам.

В милиции протрезвевшие ради такого случая генералы орали на подчиненных.

В местных газетах долго думали, как следует подавать смерть бизнесмена такого уровня при таких обстоятельствах, чтобы никого не задеть.

В деловых кругах до основания стирались кнопки карманных калькуляторов — после смерти Железнова подсчитывали миллиардные убытки.

Братва только разводила руками и клялась, что она тут ни при чем и очень даже скорбит по поводу безвременной кончины Железнова, — и у информированных людей не было основания ей не верить.

После того как все понемногу пришли в себя, возник естественный вопрос: а зачем? Зачем потребовалось убивать Железнова таким необычным способом? В том, что это было убийство, никто не сомневался — просто так собаки на коммерсантов не кидаются. И тем более не прокусывают у них сонные артерии.

Разумеется, псину кто-то долго натаскивал и в нужное время сказал ей «фас». Наверняка во время дрессировки использовалась какая-то одежда Железнова — собака должна была узнать жертву по запаху.