Смертельный расчет

Чердак был заперт до дня смерти моей бабушки. В тот ужасный день я нашла ее ключ и отперла его, чтобы найти ее свадебное платье, так как у меня была сумашедшая идея похоронить бабушку в нем. Я смогла лишь шагнуть внутрь и убежала, оставив дверь не запертой. Теперь, два года спустя, я снова открывала эту дверь. Петли заскрипели так зловеще, как будто была ночь Хеллоуина, а не солнечное утро среды в конце мая. Как только я переступила порог, широкие половицы заскрипели у меня под ногами. Меня окружили темные силуэты и слабый затхлый запах старых давно забыты вещей.

Когда десятилетия назад к дому Стакхаусов был пристоен второй этаж, он предназначался для спален, но примерно треть была отведена под хранение старых вещей, после того как самое многочисленное поколение Стакхаусов сильно поредело. С тех пор как после смерти наших родителей мы с Джейсоном переехали жить в этот дом, чердачный этаж всегда был закрыт. Бабуля не хотела убираться тут за нами, если бы мы решили, что чердак - прекрасное место для игр.

Теперь дом принадлежал мне, и ключ на резинке висел у меня на шее. Осталось только трое Стакхаусов - Джейсон, я, и сын моей покойной кузины Хедли - мальчик по имени Хантер.

Открыв дверь, я нашла в темноте цепочку-выключатель и дернула за нее. Лампочка осветила хлам, собранный моей семьей за многие десятилетия.

Мой кузен Клод и двоюродный дедушка Дермот зашли следом за мной. При этом Дермот издал какой-то странный звук, то ли громкий выдох, то ли он просто фыркнул, а Клод вообще выглядел очень мрачно. Я была уверена, что он уже пожалел о своем предложении помочь мне с уборкой на чердаке. Но больше помочь мне было некому, и я не собиралась дать ему улизнуть. Сейчас, Дермот везде ходил за Клодом, так что мне досталось сразу двое помощников по цене одного. Я не могла предугадать, сколько мы сможем тут находиться. Мне неожиданно пришло в голову, что уже утро и скоро будет жарко настолько, что на второй этаж будет невозможно подняться. Моя подруга Амелия помогла поставить окно в одной из спальных комнат, чтобы там было не так душно, но тратить деньги на окно для чердака мы конечно не стали.

– Что мы будем со всем этим делать?
– спросил Дернот. У него были белоснежные волосы, а у Клода темные, в общем они представляли собой отличную пару "кофе с молоком". Однажды я попыталась выяснить у Клода его возраст, но оказалось, что он уже и сам не имеет ни малейшего понятия. Фейри не следят за ходом времени, как люди, но мне кажется, что Клод был старше меня как минимум на век. Он был ребенком по сравнению с Дермотом, мой дедушка думал, что старше меня на семьсот лет. Ни одной морщинки, ни одного седого волоска, совершенная кожа.

Так как они были фэйри в большей степени, чем я (я лишь на одну восьмую), мы все выглядели ровесниками - хорошо за двадцать. Но через несколько лет это изменится. Я буду выглядеть старше своих "древних" родственников. И хотя Дермот выглядел в точности, как мой брат Джейсон, я поняла, что накануне заметила у Джейсона "гусиные лапки" в уголках глаз. У Дермота же невозможно было заметить никаких признаков старения.

Заставив себя вернуться в настоящее, я сказала: "Предлагаю перенести все вещи вниз в гостиную. Там намного светлее и будет легче разобраться что оставить, а что выбросить. После того как мы всё вынесем с чердака я смогу здесь прибраться, а вы двое уедете на работу." Клод владел стрип-клубом в Монро, куда и ездил каждый день, ну а куда Клод, туда и Дермот. Как обычно...

– У нас есть три часа, - сказал Клод.

– Тогда за работу!
– сказала я, с лучезарной улыбкой на лице. Это было моим обычным выражением лица.

Примерно час спустя, у меня появилось еще несколько мыслей, но было уже поздно отлынивать от дела. (Наблюдать как Клод и Дермот занимались уборкой сняв рубашки гораздо интереснее.) Моя семья жила в этом доме с тех пор, как Стэкхаузы осели в приходе Ренард. Если точнее, то уже больше ста пятидесяти лет. Мы храним свои вещи.

Гостиная быстро заполнялась вещами. Там были ящики с книгами, сундуки полные одежды, мебель, вазы. Семья Стакхаус никогда не была богатой, видимо поэтому мы хранили все вещи. Мы думали что найдем применение чему-угодно, неважно насколько оно было сломано. Но после того, как невероятно тяжелый деревянный стол был перенесен по узкой лестнице с чердака вниз, даже двум фейри потребовался отдых. И мы все вместе присели на крыльце.

Парни сели на перила, а я опустилась на качели.

– Мы можем просто свалить всё это в кучу во дворе и сжечь, - предложил Клод. И он не шутил. Его чувство юмора было в лучшем случае странным, но обычно его не было вообще.

– Нет!
– я старалась, чтобы это прозвучало не так раздраженно, как я ощущала.
– Я понимаю, что все эти вещи не несут в себе какой-то ценности, но если остальные Стакхаусы думали, что они должны там лежать, то я хотя бы должна пересмотреть все это.

– Дражайшая внучатая племянница, - сказал Дермот, - Боюсь, что Клод говорит дело. То, что этот хлам "не особо ценный" еще мягко сказано.
– Стоит услышать, как разговаривает Дермот, и поймешь, что его сходство с Джейсоном совершенно поверхностное.

Я сердито уставилась на фейри.
– Конечно, для вас двоих большая часть из этого была бы мусором, но для людей она может представлять кое-какую ценность, - сказала я.
– Я могу позвонить в театральный кружок в Шривпорте, узнаю, захотят ли они забрать одежду или мебель.

Клод пожал плечами.
– Это избавит нас от части хлама, - сказал он.
– Но большинство материала не годится даже на тряпки.
– Мы вынесли некоторые коробки за крыльцо, когда в гостиной уже было не развернуться, и он ткнул в одну из них пальцем. На этикетке говорилось, что внутри были занавески, но я могла только догадываться, как они изначально выглядели.

– Вы правы,- согласилась я. Я поднялась на ноги, не слишком энергично, и стояла с минуту, покачиваясь. Дермот зашел в дом и вернулся со стаканом персикового чая с большим количеством льда. Он тихо протянул его мне. Я поблагодарила его и печально уставилась на все эти старые вещи, которыми кто-то когда-то дорожил.

– Ладно, разведем костер, - сказала я, уступая здравому смыслу.
– За домом, где я обычно жгу листья?

Дермот и Клод осуждающе посмотрели на меня.

– Хорошо, прямо здесь на гравии, - сказала я. Последний раз, когда моя подъездная дорога посыпалась гравием, стоянка перед домом, обрамленная деревьями, тоже получила свою долю.
– У меня бывает не так много посетителей.

К тому времени, как Дермот и Клод покончили с душем и переоделись на работу, на стоянке образовалась приличная гора бесполезных вещей, ожидающих предания огню. Стакхаусовские жены запасались дополнительными простынями и покрывалами, но большинство находилось в таком же плачевном состоянии, что и занавески.

К моему глубочайшему сожалению, многие книги были покрыты плесенью и изгрызены мышами. Вздохнув, я добавила их в кучу, хотя от самой идеи сжигания книг мне делалось тошно. Но сломанная мебель, прогнившие зонты, запачканные коврики, старинный кожаный чемодан с большими дырами... никому больше не понадобятся эти предметы.