Скриптер

Объективное местное время:

месяц май, второе число, 21.00–21.25

По улицам Москвы, лязгая гусеничными траками, приминая влажный асфальт широкими рифлеными колесами, фыркая сизоватыми дымками выхлопов, с северо-запада, от Ходынского поля, катила одним сплошным потоком тяжелая военная техника.

Все шло по расписанию, составленному в высоких инстанциях. Подготовка к проведению военного парада по случаю предстоящего празднования Дня Победы началась заблаговременно, еще в феврале. По своим масштабам, по уровню организации, по количеству привлеченной техники и воинского контингента, планируемые на 9 мая мероприятия должны превзойти все, что показывала, что демонстрировала новая Россия в прежние годы.

Более того. Майский военный парад нынешнего года по задумке организаторов способен будет затмить грандиозные парады прежней эпохи. Даже в лучшие свои времена вторая супердержава планеты не привлекала для демонстрации оборонительной мощи столь большое количество военной техники, столь многочисленный воинский контингент. Двести с лишним единиц техники, преимущественно, самой современной! И это не считая тяжелых транспортных самолетов, «белых лебедей», «Стрижей», «Витязей» и вертолетов, которые примут участие в воздушном параде!.. Двадцать пять тысяч военнослужащих различных родов войск готовы пройти в парадном строю по брусчатке Красной площади – вдвое больше, чем приняло участие в параде минувшего года.

Чем именно продиктовано решение руководства страны осуществить столь масштабное и затратное мероприятие для большинства простых смертных оставалось тайной. Да и само большинство, скорее всего, об этом попросту не задумывалось, ибо каждый занят своими насущными делами. Возможно, что-то должно проясниться уже непосредственно 9-го мая. В день, когда первые лица страны будут произносить свои речи, адресуясь как к соотечественникам, так и к зарубежным «партнерам».

Но это дело пусть и недалекого, но будущего. Сегодня еще только второе мая; идет предпоследняя по счету репетиция военного парада в честь Дня Победы. Часовая стрелка замерла на римской цифре IX, минутная на XII; куранты только что исполнили мелодию «Славься» из оперы Глинки.

По обширному иллюминированному пространству главной площади страны разнеслись бравурные звуки фанфар… Публика, допущенная на репетицию, занявшая примерно половину мест на временной трибуне по обе стороны от огороженного декорацией Мавзолея, оживилась; послышались аплодисменты. Сводный оркестр заиграл «Прощание славянки», мелодию, традиционно открывающую официальную часть Парада Победы.

Несмотря на прохладную погоду и вечернее время, несмотря на то, что многие центральные улицы начиная с шести часов вечера перекрыты для движения, – а может быть, именно поэтому – за проходом колонны наблюдало большое количество народа, как москвичей, так и гостей города. Некоторые даже взяли с собой детей. Как та пара молодых людей, что заняли наблюдательные места на углу Тверской и Глинищевского переулка, неподалеку от Тверской площади с памятником основателю Златоглавой.

Впереди военной колонны, приближающейся по чуть наклонной Тверской, необычно пустынной, свободной от транспорта на всем пространстве до Манежки, следует «гаишная» машина, пульсирующая проблесковыми маячками. За ней катят два открытых военных «газика»; на одном укреплено красное знамя, над вторым полощется российский триколор. И уже вслед за ними, по две машины в ряд, дистанция между рядами двадцать метров, сотрясая воздух слитным гулом движков, к проезду на Красную площадь устремилась колонна военной техники – в голове ее движутся, фыркая выхлопами дизельных двигателей, знаменитые Т-34 с гвардейскими эмблемами на башнях.

Несколькими минутами ранее откуда-то из глубины тихого Вознесенского переулка выехал синий микроавтобус с тонированными стеклами. Транспорт покатил не к Большой Никитской, как следовало бы ожидать, но проехал в соседний Леонтьевский и повернул направо, к арочному проезду.

Двое мужчин в штатском, коротавшие время в салоне припаркованного на другой стороне переулка джипа BMW-Х5, многозначительно переглянулись. Водитель завел двигатель; черный внедорожник выехал с тротуара на проезжую часть и покатил, держась совсем близко, вслед за микроавтобусом. Второй мужчина, устроившийся в кресле пассажира, включил видеокамеру. В ушную раковину вставлен микродинамик; в нем только что прозвучал голос оператора Центральной:

– Третий пост, доклад принят!

– Какие будут инструкции, Центральная?

– Находитесь в постоянном визуальном контакте, пока они не вернутся обратно на свой объект! Не спускайте с них глаз ни на секунду!

– Вас понял, Центральная! Сопровождаем объект. Отбой связи.

Старший, капитан госбезопасности Зимин, продолжая снимать на камеру через лобовое стекло следующий впереди транспорт, негромко произнес, адресуясь водителю:

– Все слышал, Сотник?

– Слышал, – отрывисто бросил тот. – Странно только, что они поехали в эту сторону! Проезд-то здесь перекрыт наглухо.

Водитель микроавтобуса притормозил под аркой у выставленного полицией ограждения (в качестве такового служат секционные металлические щиты). Сотник хотел остановиться у него по корме, но коллега жестом показал, что они должны встать не позади, а рядом с «фольксвагеном». Горловина Леонтьевского переулка в этот час, кстати, была свободна от транспорта – такое случается здесь довольно редко.

– У них, наверное, новенький за рулем, – полушепотом сказал Зимин. – Тупит мужик конкретно… Как будто для него только сейчас открылось, что Тверская перекрыта! А ты что думаешь по этому поводу, Сотник?

– Маловероятно, чтобы водитель не знал о «перекрытии».

– По-любому, напрасно он сюда сунулся! Хотя…

– Есть варианты?

– У них могут быть и свои резоны, чтобы так себя вести. Вот только мы этого не узнаем.

– А почему бы не поставить на прослушку их каналы связи? Неужели это так сложно? Тем более, для нашей конторы?!

– Извини, Сотник, я как-то упустил из виду, что ты у нас без году неделя. – Зимин как-то невесело рассмеялся. – Вот если ты пару месяцев продержишься… да, хотя бы столько! Вот тогда будешь считаться в нашем спецотделе ветераном.

– И что это мне даст?

– Помимо хорошей зарплаты? Гм… Кое-что поймешь, кой чего увидишь и узнаешь из того, чего не видят и не знают простые смертные. Как ты распорядишься обретенными знаниями и навыками, что и как в твоей жизни поменяется, это уже другая тема.

– Тогда переформулирую вопрос. Что именно такого я узнаю, о чем не ведал до перехода в Спецотдел? Если, конечно, продержусь на новом месте службы не пару дней, а, скажем, два месяца?

– Много чего. Например, что не следует задавать лишних вопросов.