Чтение онлайн

— Д-д-да, я готова.

В лицо дохнуло могильным запахом тела, которое столетиями обманывало смерть, — Об учёбе больше не беспокойся. Я сделаю его сильнее, быстрее и ... немного умнее, но он может начать вести себя странно. Не вздумай его ни о чем расспрашивать, лишишься не только слез или жалкой жизни. Сунешь нос куда не следует и от всего рода Скотининых не останется и следа.

Явление 1.

(Земля, ближнее Подмосковье, областное бюро судебно-медицинской экспертизы

За канцелярским столом сидит сухой и поджарый мужчина в возрасте)

Смена проходила нервно и не совсем как обычно. Шесть часов подряд заполнять протоколы вскрытий — это, как говаривал санитар Стасик, не баран чихнул. От усталости покачивало, вторые сутки на ногах. На чистом адреналине провел экспертизу одиннадцати останков, заполнил кипу бумаг, размером с том советской энциклопедии и вот, в сон потянуло.

Добавил громкости ящику, висящему под потолком. Телевизор захрипел, — «По официальным данным Министерства внутренних дел число жертв пожара, вспыхнувшего в торговом центре, достигла шести человек».

Ага, шести. Одиннадцать у меня, четверо в областной морг, и ещё десяток по другим больницам. Пожар, дело не хитрое, только половина обожжённых с огнестрелом. Оба санитара отсутствовали, один по уважительной причине, вот тут на полочке, по запчастям разложен.Второй сачкует в грудной хирургии, обширный инфаркт у него, видите ли. Лаборант вообще отмазку глупую придумал — свадьба у него.

Щелчком отправил окурок на другой конец кабинета. Бычок мелькнул едва заметной искрой, нырнул в кофейную банку и нагло вылетел обратно. Старею или нервы шалят?

Если собираешься дразнить матерого хищника и берёшь его за яйца… К чему это я? Точно, пора немного отвлечься.

— Руслан Аркадьевич, добрый день! Это Борис, причина череды неприятностей, преследующих вас последнее время.

— Что, опять ты? Ты от кого, от Прохора?

— Руслан Аркадьевич, напомню наши прошлые беседы. Один из ваших сотрудников, заключенный исправительной колонии «Вологодский пятак» позвонил моему клиенту, представился сотрудником безопасности Сбербанка и обманом вынудил сообщить реквизиты банковской карты. Сумма, которая была списана, по вашим меркам не большая, но деньги предназначались для лечения близкого человека. По вине вашего, так сказать, подчиненного мой клиент не смог собрать необходимую сумму, и близкий ему человек умер. Руслан Аркадьевич, я вас ни в коем мере не побеспокоил по такому пустяку, как наказание виновного. Самостоятельно позаботился, чтобы его во сне закололи заточкой. Я попросил вас осознать ответственность и рискованность вашего бизнеса и в качестве моральной компенсации перечислить в любую благотворительную организацию сумму в пятьдесят тысяч рублей.

Собеседник с рычанием перебил, — Я тебя говно жрать заставлю...

— Руслан Аркадьевич, не отвлекайтесь, вы не выполнили мою просьбу, и неделю назад сгорела машина, в которой ваш помощник обменивал денежные средства на криптовалюту. Также возросла сумма компенсации до пятидесяти двух тысяч.

— Я же тебя найду, я же тебя…

Голос в трубке продолжал звучать ровно и уверенно, – Умные люди понимают, что пустые угрозы — это слабость. Давайте разовьем эту мысль, ведь даже не пустая, любая угроза — это тоже слабость, как и демонстрация намерений. Обратимся к истории, Блез Паскаль утверждал: «Силой и угрозой водворяют в сердце человека не веру, а ужас». Допускаю, что вам не известно, кто такой Паскаль, но кумир людей вашего круга, Дон Корлеоне проповедовал важный принцип: «Никогда не произносите те слова угрозы, которые вы в дальнейшем не сможете исполнить на деле».

— Думаешь, это тебе с рук сойдет?

— Руслан Аркадьевич, угрожать с вашей стороны — это взять обязательство оказать на меня некоторое воздействие. Поверьте, брать дополнительные обязательства в вашем положении — не совсем разумная идея. Вы опять проигнорировали мою просьбу, у вашей жены началось воспаление и ей пришлось удалить грудные импланты. Вместо сочной четверки теперь вам придется играть с милыми ушами спаниеля, разумеется, после того как все заживет.

— Что, блядь, это тоже ты? Да кто ты такой, сука?

— Руслан Аркадьевич, в первую нашу беседу я пояснял, что не отвечаю на глупые, наивные и риторические вопросы. Понимаю ваше желание затянуть разговор, чтобы отследить этот номер, но поверьте, эта ниточка никуда не приведет. Сумма компенсации возросла, теперь вместо пятидесяти двух, благотворительная организация ожидает пятьдесят четыре тысячи.

— Какие, нахрен, пятьдесят четыре, ты мне убытков на десяток миллионов принес.

— Напоминаю, Руслан Аркадьевич, если вы снова проигнорируете просьбу, через неделю вас ожидает новый сюрприз.

Закончив глумиться над генеральской шишкой, отправил одноразовый мобильник в емкость с кислотой. Выудил из стола новый, набрал номер, и после трех гудков ни в чем не повинный гаджет также отправился к своему собрату. Бесцветная жидкость помутнела и запузырилась. Шестьдесят секунд и от телефонов остались только корпуса. Карборановая кислота[1], точнее мой собственный вариант с добавлением соединений сурьмы.

Скрутил папироску гармошкой и выпустил в потолок столбик дыма.

МТС, МТС. Ничего не имею против известного мобильного оператора, но в заключении нейрохирурга этот МТС не совсем о сотовой связи. Множественные метастазы костей черепа, позвоночника и почти всех костей крупных. Все дела сделаны, все долги отданы. Как бывший военный врач точно помню, когда это началось, и точно знаю когда, а главное, как это закончится.

Думал на сегодня все, ан нет, чихающий движок жмуровозки услышал метров за двести.

Пока очередной труп грузили на каталку, водитель за десять секунд выпалил весь расклад. Мужик бомжеватого вида выскочил перед летящей фурой и оставил после себя знатный мешок костей и бульон из потрохов. Санитары с сатанинским гоготом оставили на столе неопрятный брезентовый мешок и шлейф дешевого пойла. Бригада Стасика никогда не отличалась разборчивостью в выпивке.

Одного взгляда на смятую развороченную грудину хватило, чтобы шевельнулось знакомое чувство, не простое тело, и смерть тут не простая. Пошел переодеваться перед грязной работой, но взгляд зацепился за полку с реактивами. Среди разноцветных склянок не хватало пузатой спиртовой колбы. Надо же, отвлекся на секунду, а паразиты успели все-таки. Всегда провожал этих троих, не отводя глаз, а тут труп интересный. Бегом набрал знакомый номер.

— Стас, скотина, верни пузырь.

— Мая не понимать, начальник.

— Паскуда, там же формалин, траванетесь сволочи.

— Да ладно, начальник, мы ваш розовый нектар уже три года пьем. Ни разу даже ни заурчало.

— Стас, я знаешь, что этим спиртом мыл? Яйца бомжа, от нехорошей болезни умершего, кожной. Не страшно?

— Начальник, в спирте никакая зараза не живет. Не ругайся, помянем мы бомжика. Первая рюмка за упокой.

Разговаривать дальше похоже смысла не было, – Ладно, Стас, я предупреждал, чтобы больше без спроса спирт не брали? Лови дружеское пожелание – «Чтоб ты скотина обосрался».