Чтение онлайн

4. Являясь одним из руководителей «Антибольшевистского блока народов», Скорцени поддерживал постоянные связи со всеми неонацистскими группировками – особенно с неофашистами МСИ в Италии.

5. Скорцеии лично транспортировал оружие сепаратистам Биафры – есть документы, доказывающие его причастность к гражданской войне в далекой африканской стране.

Теперь давайте озадачим себя вопросом: отчего Скорцени должен был отрицать эти свои контакты?

1. Когда стало сжиматься кольцо вокруг Йозефа Менгеле, проводившего опыты на русских военнопленных, польских профессорах, сербских женщинах и еврейских детях, прошел цикл убийств, спланированных с истинно нацистским «размахом». Менгеле, отвечавший за свои опыты перед Борманом, смог скрыться. Его путь в неизвестность был устлан трупами.

2. Когда западногерманский суд под нажимом общеизвестности начал раскручивать дело доктора-изувера Заваде (Хайде), который выполнял непосредственные указания Бормана, он был убит в камере. Другие участники этого процесса – доктор Фридрих Тильман и начальник личной охраны президента ФРГ Эрхарда – бывший нацист Эвальд Петерс тоже не дошли до суда: доктор «умер от разрыва сердца», Петерс – «повесился» в камере. Эдо Остерло, министр образования земли Шлезвиг-Гольштейн, в прошлом нацист, привлеченный в качестве обвиняемого, был найден на дне бухты.

Дело так и не было исследовано в суде – некого было судить.

3. Когда был разоблачен Клаус Барбье, «вешатель Лиона», человек, осуществлявший связь между некими таинственными «руководителями», скрывавшимися в Парагвае, Чили и Уругвае, и группами реакционеров-националистов, которым он продавал оружие по бросовым ценам, снова прошла «обойма» загадочных убийств: сначала был уничтожен боливийский консул в Гамбурге, который неоднократно встречался с Барбье. Затем на мине был взорван миланский издатель, имевший в портфеле рукопись неизвестного автора, – там говорилось о нацистских связях Барбье в Латинской Америке и Испании. После этого в роскошном номере в Рио-де-Жанейро был найден труп графа Жака Шарля Ноэль де Бернонвилля, осужденного французским военным судом за пособничество гестапо. Этот друг Барбье много путешествовал по Латинской Америке – чаще всего он бывал в Боливии, у своего старого шефа, в Перу и Сантьяго-де-Чили. В Париж, жене, он переводил огромные суммы денег – без подписи, по коду: «Креди'Л'Жуве, ХФ-495». Граф много знал. Убийцы скрутили ему руки жгутом, заткнули в рот кляп и задушили в его апартаментах. Следующим из числа тех, кто должен был замолчать, оказался перуанский мультимиллионер Луис Банчеро Росси. (Когда его убил полусумасшедший садовник его любовницы, считали, что с ним свела счеты мафия. Однако затем все более настойчивыми стали разговоры о том, что Росси, начавший свой бизнес с нуля, имел устойчивые контакты с нацистами.)

Наивно полагать, что вся эта цепь политических убийств могла быть любительством. Во всем этом ощутима опытная, тяжелая рука.

4. Отчего Скорцени позволял себе отзываться о «товарищах по партии» как об «уголовниках» (помните его слова о Швенде?)? Оттого, что «любимых можно ругать – они простят». О них нельзя говорить правды – этого не простят другие члены «гитлеровского братства», рассеянные ныне по миру. Они дождались своего часа в Чили и Уругвае: перевороты были проведены по рецептам гитлеровцев, под их лозунгами. Там, где начнется следующая резня, ищите следы людей СС – они умеют работать, и они очень хотят делать свою работу.

Это удобно считать, что со смертью Гитлера кончился гитлеризм, однако беспечное удобство никогда еще не приводило к добру.