Чтение онлайн

Когда он наконец окончательно запутался в том, как же следует теперь именовать Эмбру в соответствии с придворным этикетом, Владычица Самоцветов ухмыльнулась точь-в-точь как Хоукрил и ответила:

— Ваше внимание — честь для меня, бард Дворцовый Плащ. Называйте меня Эмбра — только, пожалуйста, не Эм. — Она бросила взгляд в сторону остальных членов Банды и добавила: — Слыхали, господа хорошие? Немного учтивости никогда не повредит.

Краер склонился в преувеличенной пародии на глубокий, изящный придворный поклон и прошепелявил притворно вежливо:

— О моя лучезарная леди, я глубоко сожалею о своих былых и глубоко порочных попытках облегчить ваш гардероб, но я вечно признателен Троим в небесах, проследившим за тем, чтобы мой негодный поступок свел нас вместе и даровал нам истинную гармонию и узы дружбы! — Выпрямившись, он продолжил обычным своим тоном: — С чем я ничего не могу поделать, кроме как добавить, что, по моему профессиональному мнению, с нашей стороны будет разумным убраться отсюда прежде, чем явятся еще какие-нибудь волшебники — или лучники.

— Точно, — быстро согласился Хоукрил. — Мы должны ехать, хотя бы только затем, чтобы дать волкам и диким собакам возможность поразвлечься, преследуя нас.

— Поразвлечься? Да если они сперва сожрут всех этих лучников, то им придется ползти по нашему следу на брюхе, — возразил Сараспер.

Краер и Хоукрил одновременно покачали головами.

— Нет, — мрачно объяснил латник, — для хищников Долины убитые в бою — та еда, которая не убежит, а живые — приманка, которую еще следует убить, чтобы присоединить к запасам. Эти ненасытные твари пойдут отсюда по нашему следу.

— Желая пополнить кладовую, — кивнул Краер. — Нам нужно двигаться дальше.

— Куда? — спросила Эмбра, поднимаясь с примятого папоротника. Она потянулась, чуть поморщилась — и пошатнулась, позволив Сарасперу поддержать ее. Побледнев, женщина изящно уселась обратно, отмахнувшись от протянутой руки Хоукрила, и продолжила: — Похоже, мужчинам Аглирты нравится бегать туда-сюда, махать мечами и страшно орать, но я, будучи ленивой и избалованной знатной дамой, всегда желаю узнать — прежде чем с воинственным криком кинуться куда-нибудь, — куда я направляюсь и к чему такая спешка.

— Место нашего назначения должна знать ты, как мне кажется, — тихо ответил Хоукрил. — Куда и зачем?

Эмбра пожала плечами.

— Мой Дваер исчез. Уверена, что вы расскажете мне, кто и как забрал его, но оставим это на потом. Тут вокруг еще слишком громкое эхо недавно сотворенных заклятий. Такое впечатление, как будто целый отряд воинов выкрикивает боевые кличи, стоя плечом к плечу в какой-нибудь тесной гардеробной… Давайте отправимся на остров Плывущей Пены. Там при поддержке Чер… двух отцовских Дваеров и еще наших драгоценных фамильных танцующих чернильниц и поющих шкатулок я смогу попытаться при помощи какой-нибудь хитрой магии выследить свой Дваер.

Она снова встала, сделала два осторожных шага по дороге, повернулась, осторожно переступила через труп и пробормотала:

— Без него я чувствую себя… голой. Как будто он был частью меня, чем-то, что непременно должно быть у меня. Любой волшебник жаждет заполучить Дваер, верно, но… теперь он мой, как будто Трое предназначили его для моей руки.

Сараспер бросил на Эмбру подчеркнуто сердитый взгляд, а затем вложил в ножны кинжал, магию которого потратил на ее исцеление.

— Все не так просто, Эмбра, — проворчал он, — «Боги предназначили, чтобы я это сделала, поэтому я сделаю». Ты знаешь, насколько опасны такие слова? Насколько безумными сделались те, кто бросал их так небрежно, и сколько вреда они принесли? Боги не дают нам точных указаний о нашем предназначении, девочка. Все не так просто.

— Спокойней, спокойней, — промурлыкал Краер. — Однако ты прав. Бард, история должна гласить, что Эмбра чувствует необходимость вернуть свой Дваер обратно, а все остальные, то есть мы, непоколебимо уверены в том, что без него мы будем покойниками в самом скором времени… к примеру, когда наткнемся на очередного недружелюбно настроенного мага.

Прежде чем Ролин успел ответить, квартирмейстер повернулся, чтобы глянуть прямо на него, и добавил:

— Ну, на этом нам лучше всего будет расстаться с…

— Нет, — твердо возразил Хоукрил. — Даже если бы оставить парня идти его собственной дорогой не означало бросить его на съедение волкам, я все равно бы сказал, что он пойдет с нами. Я уже говорил прежде: любая пара рук, способных сражаться за Аглирту, должна быть принята с радостью: а как иначе превратить эту страну в нечто иное, чем собрание эгоистичных, вечно воюющих за собственные интересы семейств, кучек интриганов и отрядов наемных вояк? Сколько еще нам встретится сердитых волшебниц, летающих по стране в поисках мести и смерти для истинных — или воображаемых — врагов?

Сараспер вздохнул.

— Ролин Дворцовый Плащ. Доблестный, старательный, славный малый — и еще одно тело, которое мне предстоит исцелять. — Он окинул пристальным взглядом свои руки, покрытые засохшей кровью. В основном кровь принадлежала Хоукрилу, но немного — Эмбре и часть — самому целителю. — Еще одна жизнь, которую мы погубим в своих приключениях.

Целитель вскинул глаза и резким тоном добавил: Парень, если ты идешь с нами, то ты глупец. Без сомнения, тебе уготована смерть, и боги, вероятно, даруют ее тебе скорее раньше, нежели позже — с нашей помощью.

— А я скажу, что Ролин уже доказал свою полезность для нас и для Аглирты ранее, и у него есть полное право подвергаться опасностям вместе с нами или же проявить благоразумие и отправиться еще куда-нибудь — на его выбор, — вмешалась Эмбра. — Человек, о котором мы говорим, уже бывал вместе с нами в деле прежде, он знает, насколько велика опасность, и уже показал, что может с нею справиться. Выбор за ним.

Краер посмотрел на Сараспера, и они одновременно пожали плечами.