Скифы и Сфинксы (выпуск №7, 2011г.)

Журнал ПОэтов № 30, 2011 г.

Скифы и сфинксы

Дизайн обложки – Андрей Врадий (на основе рисунка Константина Кедрова)

– -------------------------------------------------------------------------

ДООСы и сфинксы (2-я страница обложки)

в Кусково

Фотографии Евгения Зуева

Елена Кацюба

Константин Кедров

Кристина Зейтунян-Белоус

в Александровском саду

Андрей Врадий

Фотография Елены Кацюбы

Галина Мальцева

Фотография Андрея Врадия

– -----------------------------------------------------------------

Константин Кедров

доктор философских наук

ДООС – стихозавр

Скиф с кифарой

Рисунок и коллаж Константина Кедрова. Специально для ПО

Да, сфинксы мы, да, азиаты мы, простите, оговорился. У Блока не сфинксы, а скифы. Но скифы загадочны, как сфинксы, и сфинксы чем-то похожи на скифов. И о тех, и о других мы знаем очень мало и – знаем все. Скифы, по мнению царя Дария, вели себя по-варварски, не вступая в сражения и по возможности убегая подальше от поля битвы. Таким поведением двух русских армий возмущался Наполеон. Лев Толстой, загадочный, как сфинкс, и обросший, как скиф, считал, что Кутузова просто вынудили дать сражение под Москвой. Спорить не будем, ясно только, что скифская тактика позволяла им сберечь многие и многие жизни.

Что касается нравственных ценностей, то ценности скифской цивилизации неожиданно воскресли в трудах и днях Льва Толстого. Жить трудом рук своих. Не копить деньги, а золото и драгоценности хранить для потустороннего мира. Не иметь собственности, считая своим достоянием весь мир. Не зависеть от недвижимости, жить плодами рук своих и относится друг к другу по-братски. Братание – скифская Евхаристия. Пьют из общей чаши вино с каплями собственной крови. Греческая, римская и персидская цивилизация империй скифами отвергалась. Культ императора им чужд, так же как культ царей. Они не оставили дворцов на крови и неприступных крепостей, но их присутствие ощутимо не только в истории, но и в современности.

Я почувствовал это, посетив родовое имение моих предков Челищевых в Калужской губернии Думинического района, где родились мой прадед, моя бабушка, моя мама. Там до сих пор живы шесть лип – все, что осталось от аллеи, которую посадил мой прадед. После роковых событий 17-го года семья еще жила в родовом имении. Крестьяне снарядили делегацию к Ленину с просьбой оставить моего прадеда в Дубровке с многодетной семьей в должности лесничего. Мой прадед Федор Сергеевич, покрыл лесами всю Калужскую губернию. Ленин принял ходоков и приказал: «Выселить всех в двадцать четыре часа». Подвода едва вместила семейство.

Вопреки моим опасениям увидеть на месте родового имения пустоту, первый же встреченный житель направил меня к правнучке садовницы: «Вот эти шесть лип моя прабабушка посадила здесь вместе с вашим прадедушкой в 1907 году. Они еще цветут». Помнят жители слова Федора Сергеевич, уезжавшего на станцию Думиничи с одним чемоданом: «Теперь это все ваше. Владейте, только ничего не рушьте».

Дубровка

Древо жизни посадил мой прадед

За десятиилетье до изгнанья.

Вот моя единственная правда!

Вот мое призванье и признанье!

Все шесть лип растут тут сто три года,

Вопреки безвластию и власти,

Посреди нетронутой природы –

Вот мое несчастие и счастье.

Правнучка садовницы сказала:

– Мы вас любим! Только приезжайте!

…Двадцать километров до вокзала.

Я люблю вас в будущем. Прощайте!

Не сказал я липам: «До свиданья!»

Каждое свидание – вопрос.

Дубровка – мой Рай, мое признанье,

Я Челищев до корней волос!

Константин Кедров в родовом имении Челищевых у деревьев, посаженных его прадедом

Апрель, 2011 г.

Фотография Евгения Зуева

Не имея письменности скифы, конечно же, много пели и пили. Их пение сопровождали струнные инструменты, наподобие греческой кифары. Скифские поэты – скифы с кифарами – не оставили нам своих имен. Но любой русский стих и любая русская или украинская песня –эхо от недошедших до нас скифских сюит и сказаний.

На небе праотец скифов стоит в виде богатыря в колпаке и с дубинкой – это созвездие Ориона. Ну тут, конечно, и Близнецы – они есть у всех народов в виде созвездия, и тот самый заяц – Лепус, за которым погнались скифы перед сражением на виду у Дария и всего его войска.

Все народы Европы, даже ирландцы, убеждены, что среди их предков-патриархов есть скифы. Мы же просто видим в них своих прародителей. Скифские бабы стоят и в Причерноморье, и в украинских степях, и в музее «Коломенское» в Москве: «Стоит с улыбкою и недвижной, / Забытая неведомым отцом, / И на груди ее булыжной / Блестит роса серебряным сосцом» ( В. Хлебников).

Сфинксы вплетены в звериный орнамент множества скифских украшений и ритуальных чаш. Сфинксов в архитектуре полным-полно, у нас на Неве в Санкт-Петербурге, в Москве на барельефах домов начала прошлого века. Чаще всего они с женской грудью в приподнятом состоянии. Что-то вроде Элен с мраморным бюстом в романе Льва Толстого «Война и мир». Вообще-то, сфинкс – это тайна генетического кода человека. Зародыш младенца проходит все стадии жизни: рыба, птица, животное и, наконец, человек. Это же есть и в скифских орнаментах. Скорей всего и древние египтяне и скифы о генетическом коде знали и выражали это по-своему. Греки думали, что скифы варвары, но они судили по внешним признакам быта: отсутствие оседлости, неразвитая архитектура, нет письменности. Однако теперь уже ясно, что у многих древних народов главной книгой было звездное небо, где все запечатлено огненными буквами созвездий.