Шрифт:
Dana Reinhardt
Tell us something true
This edition is published by arrangement with Sterling Lord Literistic and The Van Lear Agency LLC
Copyright © 2016 by Dana Reinhardt
«Обещаю, вы полюбите Ривера, даже несмотря на то, что он лжец, отвратительный друг, неопытный водитель и ужасный танцор. Он смешной, и он настоящий».
Эми Лонхарт, автор бестселлера «Виновата ложь»
«Когда начинаешь читать эту книгу, появляется ощущение, что завел нового друга».
Маркус Зусак, автор бестселлера «Книжный вор»
«Ох, как мне нравятся истории, где герой сам себе усложняет жизнь и пытается выбраться из неприятностей. Дана Реинхардт написала очаровательную, трогательную, уморительную книгу о том, как большая ложь может раскрыть правду о себе самом».
Лаура Макнил, автор книги «Темные воды»
«Остроумный, уморительный, притягательный роман о том, как найти себя. Рекомендую!»
Адам Сильвера, автор бестселлеров New York Times
Посвящается Даниелю.
Удача, судьба – какая бы сила ни свела нас вместе, я благодарна за каждый день, проведенный с тобой
Глава первая
До того дня, когда Пенни Броквэй бросила меня прямо посреди озера в Эхо-Парке, я не верил в судьбу.
Прежде чем вы начнете представлять, как я в черном похоронном мешке опускаюсь на дно грязного водоема, уточню: девчонка бросила меня в том смысле, что порвала со мной, взяла мое сердце и растоптала тяжелыми ботинками, которые так ей нравились, а потом села за руль своего внедорожника, переехала его, собрала ошметки и выкинула в помойку.
Мы взяли водный велосипед.
Педали крутил я.
О водных велосипедах мы узнали от ее лучшей подруги Ванессы, рассказавшей Пенни, что на них можно заехать на середину озера в Эхо-Парке, а ведь это так романтично – сидеть в центре озера вместе с любимым человеком.
Сам я так не думал, но Пенни этого хотелось, а с Пенни было здорово делать все что угодно. Смотреть, как она расчесывает волосы. Завязывает ботинки. Выдувает пузырь жевательной резинки без сахара. Мне не надо было сидеть в лодке посреди какого-то искусственного пруда, чтобы чувствовать себя тепло и уютно рядом с Пенни. Я был не менее счастлив, когда сидел на заднем крыльце ее огромного дома и наблюдал за тем, как ее трехногий пес играет с мячом, или присматривал вместе с Пенни за ее толстым младшим братом Беном.
Но Пенни захотелось покататься на одной из этих проклятых лодок. Я должен был отказаться, но не сделал этого. Потребовалось четыре месяца, чтобы выбрать подходящую субботу для поездки в Эхо-Парк; приехав туда, мы сорок пять минут прождали лодку, наконец нам дали красный водный велосипед, мы забрались в него, я начал крутить педали, выехал на середину озера, и там-то она и сказала: «Рив…» После чего глубоко вздохнула и тоскливо посмотрела на пристань, где я заплатил двадцать долларов подростку в дурацком жилете за честь взять напрокат лодку, в которой моя подруга собиралась меня бросить. «Я так больше не могу».
Самое забавное, что я тогда подумал: «Но ведь педали-то кручу я».
Дальнейшее было как в тумане. Некоторые люди утверждают, что в трагические моменты пережили внетелесный опыт, разглядывая сверху миниатюрную копию самих себя. Другие чувствовали, будто находятся под водой, где все двигалось как в замедленной съемке. А я? Мое тело превратилось в кусок льда, голову охватило пламя. Я был словно отвергнутый всеми супергерой, обладавший бесполезной саморазрушительной силой.
Конечно, Пенни сказала что-то еще. Наверняка. Но сколько бы ни прошло минут или, быть может, часов, поскольку солнце переместилось: изменился свет на воде, – в общем, сколько бы ни прошло времени между тем, как она сказала «Я так больше не могу» и «Просто ты не тот человек, которого я заслуживаю», в этот промежуток я не слышал ничего. И вряд ли слова Пенни живут где-то внутри меня, как в «черном ящике» самолета, записывающем всю важную информацию, поскольку искал я тщательно. Я практически медитировал на это, но слышал только тишину.
– И какого же человека ты заслуживаешь, Пен? – должен был спросить я низким голосом с аргентинским акцентом, этак по-мужски, но вместо этого проквакал фразу, будто лягушка. В тот момент со мной что-то произошло, и мне было сложно говорить.
– Кого-то… не знаю. – Пенни снова посмотрела на пристань. Может, того парня в жилете? Может, она думала, что заслуживает его? Продавца билетов на «романтические» водные велосипеды, где умирает любовь? – Кого-то… у кого больше интересов.
– Больше интересов?
– Больше… не знаю… просто больше…
Обычно Пенни была сообразительной, находчивой и остроумной. Я видел, что сейчас ей трудно, и это было хорошо: значит, она не репетировала свои слова, и я мог надеяться, что Пенни говорит в порыве эмоций.
– Больше?
– Рив, перестань на меня давить.
Лучше бы мы взяли обычную гребную лодку. Я бы выкинул весла. Тогда мы могли бы вечно сидеть посреди озера в Эхо-Парке или, по крайней мере, до тех пор, пока Пенни не осознает, что совершила ужасную ошибку.
А потом она начала крутить педали. Медленно. Словно надеясь, что я не замечу, хотя, когда она крутила свои, мои тоже двигались, поскольку соединялись друг с другом. Симпатия. Как когда-то у нас.
Пристань и идиот в жилете приближались. Я заплатил за полный час. Катались мы всего пятнадцать минут.
– Слушай, – сказала Пенни, крутя педали все быстрее. Она закусила верхнюю губу – жест, который всегда казался мне очень привлекательным. Пенни никогда не накладывала на губы блеск, как остальные девушки. Зачем улучшать совершенство? – Ты никогда не размышляешь. Ты ни о чем не думаешь. Просто плывешь по течению и делаешь то, что, по-твоему, необходимо. Ты даже не пытаешься понять себя и свои проблемы, а у тебя, Ривер, есть проблемы…