Чтение онлайн

Но все-таки было то, что у меня не получалось. Я не мог изменить время. И не мог причинить вред человеку. Это быстро я осознал, когда обиделся на мальчишку со школы, и моя магия ничего не предприняла. Как и я, поняв, что не в моих силах быть отрицательным персонажем. Хотя, видит Мерлин, я бы очень хотел изменить прошлое. Я так скучал по своим родителям.

Когда мне исполнилось шесть, кое-что в моей жизни изменилось. Я был у Люпина, и праздновал с ним мой день рождения, ведь Дурсли не особо любили меня. Так что я не собирался напрашиваться и навязываться, не любил притворство. Слишком остро чувствовал их отрицательные эмоции, направленные на меня, чтобы улыбаться им в день своего рождения. Поэтому я просто ушел праздновать к тому, кто действительно рад мне. К нам в камин пришел странный человек. Он был в сером, и пытался магией спрятать лицо, но мне не нужно было даже стараться, чтобы увидеть то, как он выглядит взаправду. Черные, слегка вьющиеся волосы, доходили до плеч, глаза были синими и очень глубокими. А само лицо довольно красивым. Правильным.

— Мистер Поттер, а к вам бесполезно приходить под иллюзией, — с легкой улыбкой заметил он, смотря на Люпина. — Да, я глава невыразимцев, мистер Смит. И да, я читаю ваши мысли, мистер Люпин, — закончил он.

Я с любопытством глянул на него.

— А ваши не могу, мистер Поттер. По этой причине, собственно, я и пришел.

Ремус оторопело кивнул, показывая ему на кресло. Мужчина слегка поклонился, присаживаясь.

— Так что вы от меня хотите, мистер Блэк? — с улыбкой спросил я.

Он резко напрягся, смотря на меня. Я заметил, что он сжал палочку, что вызвало у меня смешок. Может я и не смогу напасть, но магия меня защитит.

— Вы еще и мысли читаете, невероятно…

— Блэк?

— Регулус. И да, я жив, — спокойно заметил он. — Нет, я не Пожиратель смерти, и знаю, что мой брат невиновен. Но не мог ничего с этим поделать. Но у нас есть предложение к вам, мистер Поттер. И у меня тоже есть свой интерес.

Я внимательно смотрел ему в глаза, читая всю его жизнь. Весьма непростую, но довольно насыщенную. Я смог разглядеть Темного Лорда под другим углом. Как и Дамблдора. Того, кто на самом деле виновен в смерти моих родителей. Но увидя его главный замысел, я невольно оскалился.

— Вы освободите моего крестного, взамен на то, что я буду у вас работать? — притворно удивившись, спросил я. — Но в чем смысл? У меня нет таких способностей, которые могут вам пригодиться. Другие волшебники этого не смогут.

— Я знаю. Поэтому мы хотим создать защиту, которую никто не разрушит, пользуясь вашими способностями.

Я фыркнул, но понял его. Да, я могу такое создать. И вряд ли найдется тот, кто сможет снять мои заклинания. Правда, конечно, звезд с неба не хватал, но понимал, что сильнее всех. Просто чувствовал это. И не мог объяснить, почему.

— Интересно предложение, мистер Блэк. Но почему вы раньше не освободили своего брата?

— Я был под подозрением, а потом меня объявили мертвым. Взамен на мою свободу, я должен был служить в Отделе Тайн. Сейчас, конечно, меня уже никто не ограничит, ведь я его глава. Но у меня нет полномочий для того, чтобы освободить Сириуса. Хотя я знаю, кто поможет.

— Малфой? Но почему он? Ведь эта семья была на стороне убийцы. И сам он не лучше, уже заработал место в чистилище.

Блэк рассмеялся, смотря на меня.

— Маги не попадают туда. Это удел некоторых волшебных существ. Таких, как вы. Для нас, это просто одиночество за гранью, пока наша душа не раскается.

Я кивнул, принимая его объяснение. А я об этом не знал…

— И кто же я? Что за существо? — тихо спросил я, внимательно глядя на Регулуса. Хотя в его голове прочел, что он не знает.

— Это нам и предстоит выяснить, в ходе работы. Таких как вы, мистер Поттер, я еще не встречал. Хотя, можете поверить, место моей работы располагает к подобным знакомствам.

— Хорошо. Мне нужно будет что-то подписать?

— Просто поклянитесь не распространятся ни о нас, ни о своей работе, — он нахмурился, смотря на меня. — Не думаю, что обычные для нас действия, при поступлении в Отдел Тайн, сработают на Вас. И еще. Вы должны поклясться своей душой, что не будете использовать свою силу во вред кому бы то ни было.

— Почему я должен в этом клясться? — удивленно спросил я, но мысленно возликовал.

Эта мнимая клятва поможет мне, и не раз. Ведь никто не знает о моей слабости. Я не могу напасть и причинить вред. Никак. Я просто не чувствую силы, когда просыпается подобное желание. Это уже было проверено в день, когда на моих глазах убили маму. А защитить сырой магией я могу только себя.

— Чтобы мы были уверены, что вы не разрушите нашу планету от злости. У нас другой нет.

Я кивнул, понимая его. Действительно, я так мог. Но никогда не собирался совершать подобный проступок.

— Но если на меня нападут? Я что, не должен буду защищаться?

— Защищаться да, нападать в ответ — нет. Понимаете, мистер Поттер, ваша магия создана для созидания. Вы можете сотворить все, что душе угодно. Но если вы начнете разрушать… То, боюсь, все закончится плохо. И не только для нас.

Я кивнул, принимая его слова. Может я и не знал жизнь, как он или Люпин, и, хотя я и прочел в их головах все о них, я все еще оставался ребенком. Умным, и гениальным, как говорили многие, но ребенком.

— Я готов вам поклясться. Что нужно говорить?

— Магия примет только то, что ты скажешь от своего сердца. А не под диктовку.

— Клянусь магией своей не нести разрушения и боли людям, магам и всем существам, что существуют на планете. Клянусь душой не использовать магию свою во вред, — закончил я, почувствовав, что меня как будто что-то сковывает.

Я почувствовал напряжение. И понял, что так меня связала клятва. Я был все еще сильным. Возможно, сильнее Бога, ведь я тоже мог создавать все, что мне в голову придет. Но теперь я мог пользоваться своей силой только с одной стороны. Я понимал, что я спас себя от всего отрицательного. Плохого. А это было важно. Для меня, в первую очередь.

— Хорошо, мистер Поттер. Завтра я приду за вами, начнем работу. Заодно и с вашими опекунами поговорю.

Я кивнул, улыбнувшись ему. Неприятные ощущения после клятвы отступали. И я вновь почувствовал себя… Целым. Такое чувство, что из меня вырезали ненужное. И это было приятно.