Чтение онлайн

– Пожалуйста прекратите, скоро мы войдем в Грамир.

– Я еще только начала,- ответила девушка.
– Почему я должна проходить через все это? Почему я не могу просто жить спокойно, все из-за того, что мы прилетели на этот корабль. Если бы не девочки , да ни за что бы не осталась на нем, уж лучше жить в пустыне целый год, чем с таким деспотом как Клеменс Таллигон. Если бы не мы, он просто бросил бы вас одних в этом ужасном холодном месте, отвратительный жесткий человек.

– Жестокий? Ты не видела мою мать...- почти шепотом произнес Эли. Но потом его тон стал обычным беззаботным.- Думаю, ты совсем не знаешь капитана Таллигона, Хотите расскажу вам историю, которая произошло десять лет назад? Тогда может ты изменишь сове мнение о нем.

– Господин Эли, может быть не стоит...- начал было Талита, а Секвенца наоборот заметила:

– Нет, может так и лучше, Никола уже знает, будет только лучше, если Оля тоже станет известно, до того, как вернемся на Миллифьори.

– Чего я не знаю? И что известно тебе?
– Оля повернулась к брату.

– Это...- Никола прикусил язык,- я хотел тебе сказать, но раньше было не до того.

– Так, а теперь все, кто с поверхности надеваем повязки,- скомандовал Эли.- Кто не сделает этого, не услышит историю.

Когда все успокоились, Эли начал рассказ:

– Интрига всегда были частью домов Клавира. И Мы, Медиана, не исключение. Если кто-то из членов какого-либо дома умирал загадочной смерть, это значило, что другой дом изобрел новое изысканное орудие убийства. Десять лет назад, дом восточного ветра продвинулся в этом дальше остальных. Мать послала очередной подарок в дом западного ветра, который предназначался его главе. Но по несчастливой случайности смертельный дар попал в руки невесты капитана Таллигона. Конечно, тогда он еще не был капитаном, а только наследником дома.

– У капитана была невеста?
– с удивлением спросила Оля.

– В такое сложно поверить, да?
– ответил Эли.- Но это правда. Ну кто мог подумать, что простая ошибка приведет к настоящей катастрофе, которая получила название Великой Вендетты. Три дома западного, северо-западного и юго-восточного ветра в открытую выступили против матери. В результате, из всего дома Медиана остались в живых только я, Карон, да мать. Тогда же погиб глава дома Таллигон, и Клеменс занял его место.

– Какая несчастливая судьба у капитана, ему не позавидуешь,- заметил Никола.

Но Оля хмыкнула:

– Вот он теперь и гоняет своих людей, используя их как инструменты.

Эли продолжил:

– Но получив власть, гарантированную статусом, Клеменс направил ее на борьбу столько с одним человеком — моей матерью. Конечно, мы с братом недолго могли оставаться в стороне. Удобная мишень, да?
– Эли тихо рассмеялся.

– Как ты можешь так говорить, это же ужасно. Вы все там сумасшедшие - убивать ради того, чтобы получить статус?
– возмутилась Оля.

– Это традиция. Но то, что началось потом уже так назвать нельзя. За год, прошедший со времен Великой Вендетты в бессмысленных боях погибли сотни клавирцев. И хотя меня и Карона тщательно охраняли, все же главе дома северо-западного ветра удалось подобраться ближе. Запах той ароматической свечки я помню до сих пор, хотя приятный аромат едва не убил меня. Мать быстро вычислила исполнителя. Убийства и интриги — это одно, но покушение на ее сына — совсем другое. Я выжил, но для глав трех мятежных домов Клавир стал смертельной ловушкой. Мать бросила все силы против них. Из Клавира была не выбраться,- все это Эли рассказывал будничным тоном, словно о танце с веерами, а не историю покушения на собственную жизнь.

– Вы все виноваты,- вынесла вердикт Оля,- все из-за этих игр. Интриги? Вам было весело. А люди в Габриль и Данамир сражались за место для жизни.

– Интриги, как я уже говорил, неотъемлемая часть жизни. Можно сказать - это плата за то, кем мы родились. За наш статус. Кстати, в том, что я выжил - целиком и полностью заслуга Талиты. За это однажды он станет септимом, я уже обещал ему. Ну, а неудачная попытка капитана остается всего лишь неудачной попыткой. Хотя, не многие догадываются, особенно из тех домов, которых уже больше нет, что в какой-то степени своим нынешним положением они обязаны неудачной попытке главы дома Западного ветра убить меня.

– Западного? Но ты же только что говорил о доме Вителлиус?
– подала голос Секвенца.

– Он был только исполнителем, но действовал по приказу капитана,- отозвался Эли.- Но я ни в коей мере не виню Клеменса Таллигона. Все естественно.

– Нам об этом рассказывали нет так,- голос Секвенцы был наполнен сожалением.

– Что поделать. Ты знаешь только то, что положено знать сексту дома Таллигон.

– Как ты можешь так говорить с человеком. Она такая же, как и все мы,- не унималась Оля.

– Но я этого и не отрицаю,- искренне удивился Эли.- Но при этом она остается секстом.

– Секвенца, и тебя это устраивает?! – возмутилась Оля.

– Ну, он прав,- призналась девушка,- нет разницы, из какого ты дома, но выше септимия тебе не подняться. Многие и за десять поколений не поднялись на один статус. Мои предки служили в семье Таллигон, начиная с ранга терция триста лет. Октавианы же прослеживают свою линию с самого основания двух империей.

– Не может быть,- прошептала смущенная Оля.

– Мы отвлеклись,- заметил Эли.- Десять лет назад в Клавир было проще попасть, чем уйти. Капитан понимал, что чем дольше остается в Клавире после покушения на меня, тем меньше шансов оставляет членам своего дома и двум другим, которые последовали за ним - Тиррелин и Вителлиус. И он бежал на корабле, намываемом Миллифьори. Сумел проскользнуть через все ловушки, расставленные моей матерью, только ценой двух жизней. Всего две жизни за спасение трех домов.

– Нет, ты не можешь говорить о…- Никола понял,что последует дальше.

– От того, скажу я это ли нет, ничего не изменится. Двое Валентина, погибшие в тот день, сделали это возможным. Они шли последними, за Миллифьори, приняв на себя основной удар, пустив погоню по ложному следу. Имена двух секстов навсегда останутся в архивах дома Таллигон стоящими рядом.

– Почему...

– Оля?

– Почему капитан не сказал нам этого, почему?! –Оля сорвала с глаз повязку, повернув голову в сторону окна. Глаза девушки слезились, но она нарочно смотрела прямо на постепенно отступающие завихрения света и ветра..