Сибилла
Шрифт:
— Ой, — протягивает Сибилла. — Кажется, кое-кому надоела наша игра, не так ли? Но почему? Слишком много жестокости, или, может, я переборщила с пламенной речью? Ты же сам это начал…
Я выхватываю из пиджака пистолет и трясущимися руками наставляю его на мисс Хёрт. Снимаю с предохранителя. Выкрикиваю:
— Ты должна была умереть, сука! Ты должна была сгореть заживо!
— А ты должен был догадаться, что я тебя найду. Рик.
У меня сводит руки. Я чувствую, как слезы бешеным потоком льются по щекам, и мотаю головой из стороны в стороны. Нет, она не могла меня отыскать. Она не может быть той, кем претворяется.
— Ты ведь знал, на что идешь. Знал, с кем собираешься встретиться. Зачем же тогда пришел, Рик? Зачем?
— Я тебя не боюсь, ведьма. Я не собираюсь бегать, слышишь? Я горжусь собой, горжусь тем, что сделал. Я великолепен и станет. Я убийца, и мне это нравится. И сейчас я готов завершить начатое.
— Ты действительно считаешь, что сможешь меня убить? — Сибилла смеется и лукаво щуриться. — Рик, я создание божье! Я уже погибла. Я воскресла! Мне не страшен твой пистолет, не страшен твой гнев, твои мысли, твое намерение стереть меня с лица земли. Я — есть Бог. И ты скоро умрешь.
— Нет! — выкрикиваю я. — Это не может быть правдой!
— Ты ведь пришел сюда, чтобы убедиться в том, на что и так имел ответ! Обманул мэра и шефа полиции… Интересно, как на самом деле выглядит детектив Грэгори Хастингс? Но, не в этом суть! Ты пришел сюда сам, Рик. А я просто ждала. Ждала тебя, ведь знала, что, такие как ты, любят заметать следы. И ты оправдал мои ожидания. Сам явился на свою же казнь. Представляешь? — Сибилла усмехается, а затем замолкает. — Рик, — шепотом спрашивает она. — А как традиционно казнили убийц? Ведьм сжигали, а что делали с такими, как ты?
Из моего горла вырывается плач. Я неосознанно выпускаю из пальцев пистолет и падаю на колени. Тело пронзает судорога из страха и боли, и мне уже плевать на то, что происходит.
— Правильно, — шепчет мисс Хёрт. Садится рядом со мной и, поглаживая волосы, протягивает. — Я бы помиловала тебя, Рик, если бы ты помиловал меня или мою сестру. Но ты ведь понимаешь, что у нашей истории не будет счастливого конца, правда? Ты ведь понимаешь это, Рик?
Я судорожно киваю, а Сибилла выдыхает:
— У каждого человека есть шанс на спасение. Жаль, что ты не человек.