Чтение онлайн

Пару секунд никто не понимал, что происходит, а потом на шее Мертвого Глаза появился красный тонкий след, налился кровью, и голова соскользнула на землю, несколько раз моргнула и разинула рот.

Колени тела подогнулись, и оно, толчками выплескивая кровь из обрубленной шеи, рухнуло в пыль. Смерть Мертвого Глаза, видимо, что-то изменило во вселенской гармонии в лучшую сторону. Выскочили логи:

Очки Тсоуи: +3. Текущий баланс: -9.

Тем временем, подопечные мертвого верховода заозирались. Из рейда Севера первым радостно завопил Жаба:

— Север Железный, ура! — Чешуйчатый затанцевал, показывая чужакам неприличные жесты: — Отсосите, уроды! Хана вашему верховоду! Наш-то покруче будет!

— Ура Железному Северу! — закричал Зэ, спрятавшийся за камень рядом с Сахарком, потирающим ушибленный бок.

— Север — наш верховод! — поддакнул Скю.

Только Йогоро не радовался, склонившийся над телом поверженного Фурга. Север метнулся к лохматому мутанту, чтобы исцелить его, но тот был мертв. Закрыв ему глаза, Север поднялся и повернулся к замершим мутантам Мертвого Глаза, попытался их пересчитать — как минимум двадцать — и проговорил:

— Есть желающие оспорить мое верховодство?

Запуганные деспотичным Мертвым Глазом, который теперь действительно был мертвым и соответствовал своему имени, они вытянули шеи, готовые ко всему. Самые трусливые попрятались за телеги.

Вперед выступил тщедушный лысый мутант в обносках, упал на колени, воздел непропорционально длинные руки.

— Ура Северу Железному, — робко проговорил он, и остальные тоже попадали на колени, скандируя сперва тихо, а потом все громче и громче:

— Северу Железному — ура! Северу Железному — ура!

Тот окинул взглядом зародыш своего будущего войска. Войска, с которым он пойдет на Империю и которое положит конец вражде между людьми и мутантами.

Пожелал — и метаморфизм усилил голосовые связки так, чтобы глас его звучал мощно и внушительно, чтобы каждого из новеньких до костей пробрало:

— Встаньте, сыны Пустошей! Мы с вами равны. Я принимаю вас в свой рейд на равных условиях. Больше никаких унижений и побоев!

— Ура Северу Железному! — крикнул длиннорукий мутант уже увереннее, и окрестности утонули в многоголосом реве.

Оставив команду, Север зашагал за Скю по оплавленным темно-серым камням, таким горячим, что резиновая подошва ботинок, снятых с Мертвого Глаза, задымилась, размякла. Лука решил, что передвигаться босиком удобнее, и отдал обувь перекошенному. Метаморфизм сразу же предложил увеличить сопротивляемость кожи высокой температуре и адаптировал стопы под новые реалии.

— Мы точно не заблудились? — спросил Север, останавливаясь перед оплавленными глыбами в человеческий рост.

— Зуб даю, — закивал перекошенный. — Ща будет разлом, мы его обойдем слева, а дальше — штука, про которую я говорил. Туда можно заныкать барахло…

Скю было горячо, и он пританцовывал на месте, с опаской поглядывая на верховода, шагающего босиком.

— Потом к своим вернемся, а там до Рванины рукой подать.

Как рассказали Северу, так мутанты называли небольшое поселение — этакий перевалочный пункт для рейдеров, где те могли отдохнуть и потратить добытое на женщин, сытный ужин и ночлег.

— Цены там скупщики ломят, конечно, — вздохнул Скю, когда рассказывал о деревне. — Но другие такие места в днях перехода, а это ближайшее к Очагу. Ладно, сам увидишь, верховод.

Они уже почти выбрались из Очага Пустошей, где проклятие Двурогого было особенно сильным, и до Рванины рассчитывали добраться уже к концу дня.

А вот что такое «разлом», Север увидел, когда обогнул камни. И невольно отступил. Это было озеро локтей сорок в длину и ширину, заполненное пузырящейся лавой. То здесь, то там надувались и лопались пузыри, испуская запах тухлых яиц. Чуть дальше, за озером, что-то шипело, словно там свернулась гигантская змея.

Скю вытер пот и сказал:

— С этого края безопасно, а там…

В подтверждение его слов из недр земли со свистом вырвался поток газа и вспыхнул, превратившись в факел невидимого факира, Скю аж подпрыгнул от неожиданности.

— Идем, верховод, а то расплавимся к хренам!

За озером виднелась ровная площадка, где и земля, и камни были покрыты застывшей стеклянистой коркой. Уровень радиации зашкаливал — метаморфизм снова вывел цифры логов, предложив немедленно покинуть небезопасную территорию.

Место, о котором говорил Скю, находилось между двумя глыбами… Издали оно напоминало пещеру. Но когда Север подошел ближе и заглянул внутрь, понял, что это тоже штуковина, пережившая древнюю войну и частично сохранившаяся до наших дней. «Наверное, ровесница той базы», — подумал Лука, глядя на оплавившийся металл. Удивительно, но за столько столетий он лишь поржавел, а вот все остальное рассыпалось в труху, и теперь останки напоминали панцирь издохшего насекомого, закопанного в землю.

— Здесь проклятье Двурогого жжёт даже нас, — прохрипел Скю. — Никто сюда не попрется.

Север пролез в пещеру и закопал там серебристый костюм, набитый плазмоганами. Неизвестно, как их использовать и пригодятся ли они вообще, но тащить это добро с собой в Убежище точно не стоило.

Закончив, они вместе со Скю побежали к рейду, где в их отсутствие за главного был оставлен Йогоро.

Когда Север выскочил из-за валунов, народ прятался в тени. Причем мутанты Мертвого Глаза были так измождены, что у некоторых не хватало сил даже на то, чтобы стоять. Опыт Эск’Онегута подсказывал, что солдат (а Лука рассматривал мутантов как своих будущих воинов) не должен терпеть лишения и унижения. Половина успеха будущей войны — заинтересованность рядовых в победе и доверие командиру.