Серебряная пуля
Шрифт:
«Кто-то в зале раздражает их, – понял дрессировщик, – но кто и почему?» Он тоже глянул в ту сторону, куда смотрел Сударь, но ничего особенного не увидел. Публика как публика…
Однако нужно было начинать номер. Капитан Блад резко щелкнул хлыстом, и медведи нехотя перепрыгнули с тумбы на тумбу. Они выполнили это упражнение, словно в замедленном кино, но все-таки выполнили. Однако звери нервничали все больше.
Капитан Блад понял – приближается катастрофа. Краем глаза он увидел стоящих у края арены пожарного с брандспойтом и помощника с хлыстом. Хоть и маленькое, но успокоение.
Зрители тоже заметили, что происходит нечто странное. По рядам прошел испуганный шумок, люди зашевелились.
Дрессировщик резко прокричал слова команды, но медведи не слушались. Они соскочили со своих тумб и сгрудились на арене.
– На место!!! – заревел Капитан Блад и изо всей силы ударил Яшку по заду. Зверь зарычал, побрел было к своей тумбе, но тут же развернулся и вновь присоединился к остальным.
Среди публики раздались испуганные крики.
Дрессировщик махнул рукой, подзывая помощника, и оба принялись орудовать хлыстами.
Удары не действовали на животных, они неотрывно высматривали кого-то в толпе, шерсть на их загривках поднялась дыбом, а медвежата жалобно повизгивали. Наконец Сударь перебрался через низенькое ограждение арены и медленно двинулся вверх по проходу.
Несмотря на то что народу в цирке было не так уж много, истерический визг потряс его. Публика, ничего не соображая, в ужасе метнулась к выходам. Люди спотыкались, падали, топтали друг друга. В довершение пожарник запустил свой брандспойт, и струи холодной воды, предназначенные медведям, поливали кого придется.
Сударь, не обращая ни на что внимания, пробирался вверх. Капитан Блад, нещадно хлеща его и матерясь, бежал следом. В цирке стоял невероятный шум. Рычали звери, кричали люди. Словом, светопреставление. И вдруг Капитан Блад увидел того, к кому стремился Сударь. Почти на самом верху в одиночестве сидел мужчина лет сорока пяти и спокойно смотрел на происходящее. На лице его читалось насмешливое любопытство.
Медведь вплотную приблизился к неизвестному и начал его обнюхивать. Тот продолжал все так же отрешенно смотреть на зверя, не проявляя ни малейшего беспокойства. Сударь поднялся на задние лапы. Капитан Блад замер. Вот сейчас случится непоправимое. Человек тоже поднялся, и теперь он и медведь стояли друг против друга в немом ожидании. И тут неизвестный поднял правую руку, и Сударь осторожно лизнул ее, словно принужденный к покорности.
Человек усмехнулся и неторопливо пошел к выходу. Медведь остался на своем месте.
Пораженный всем увиденным, Капитан Блад остолбенело застыл на месте и во все глаза смотрел вслед уходящему. Потом он крикнул:
– Эй, гражданин?!
Неизвестный не обернулся.
– Эй, гражданин! Постойте!!! – закричал укротитель.
Человек продолжал спокойно идти к выходу.
Тогда Капитан Блад бросился вслед за таинственным гражданином. Однако не тут-то было. Сударь несильно толкнул лапой укротителя, и тот кубарем покатился по ступенькам вниз.
5
А спустя пару дней после описанных событий в приморском городке произошел куда более зловещий и необъяснимый случай.
На прибрежном песке недалеко от кромки прибоя ранним утром был обнаружен труп женщины. Внешний вид тела не оставлял никаких сомнений в том, что несчастная погибла насильственной смертью.
Наткнувшиеся на тело пограничники тут же сообщили в горотдел милиции. Пляж, на котором обнаружили убитую, находился за городской чертой и даже в самый сезон был довольно пустынным. Тем более странно, что в непогоду на нем мог оказаться кто-то из отдыхающих, а женщина, судя по обнаруженным у нее документам, была приезжей. Правда, недалеко от пляжа проходила оживленная автотрасса.
– Итак, что по факту убийства Поволокиной? – поинтересовался спустя неделю после происшествия начальник милиции приморского городка у следователя, ведущего дело.
– Ничего нового, товарищ майор, – смущенно ответил тот.
– Значит, «висяк»?
Следователь неопределенно пожал плечами.
– Скорее всего. Никаких концов. Поволокина из Ижевска, 32 года, разведена. К нам приехала по профсоюзной путевке. Жила в пансионате «Приморский». Оставалось ей отдыхать пять дней. Соседка по номеру ничего определенного сказать не смогла. Характеризует Поволокину как довольно нелюдимую женщину. Отмечает, что погибшая любила гулять в одиночестве в уединенных местах.
– Вот и догулялась, – буркнул майор.
– С мужчинами, по словам той же соседки, как будто не встречалась. Хотя кто знает… Словом, обычная отдыхающая гражданка.
– Гражданка! – передразнил майор. – Кто же все-таки ее грохнул… Может, бывший муж?
– Мы сразу же сделали запрос в Ижевск. Муж из города не выезжал. Кстати, прибывшая мать покойной сообщила, что у Поволокиной с бывшим мужем отношения были нормальные. Так что эта версия отпадает.
– Ну а твои предположения?
– Слишком необычен способ убийства. Уж больно зверский. Грудь разорвана, словно ее кромсал мясник, голова почти отделена от тела.
– Кстати, чем ее убили?
– Экспертиза затрудняется ответить.
– Ну и работнички!
– Говорят, что вроде бы острым широким ножом или даже предметом с несколькими лезвиями.
– Я не понимаю, что значит «вроде бы»?! Почему даже такую простую вещь, как выяснение орудия убийства, не могут определить с полной достоверностью?!
– Они говорят, что очень похоже на то, как если бы ее терзал какой-то крупный зверь. Тигр, к примеру, или медведь…
– Что за глупости! Откуда у нас тигры?
– В цирке гастролирует номер с дрессированными медведями.
– Ты хочешь сказать, что один из этих цирковых мишек вырвался на свободу и сожрал курортницу? Кстати, тут мне рассказывали: на днях у них в шапито случилось ЧП. Эти самые медведи вроде как взбунтовались.
– Я в курсе. Ничего особенного там не произошло. Просто звери на короткое время вышли из повиновения. И при этом возникла небольшая паника. Народ у нас нервный. Жертв нет, не считая того, что дрессировщик вывихнул руку при падении со ступенек. Да еще в давке несколько человек получили ушибы. Кстати, звери сразу же успокоились и без всякого насилия вернулись в клетки. Ни одно животное не покинуло пределы цирка. Да и убийство произошло раньше.