Сердца и медведь

Хам на «Мерине» подрезал меня жёстко. И даже посигналил, показав средний палец. Московские номера, машина — спортивное купе. Я не сильно в «Меринах» разбираюсь, но вроде модель свежая.

Я рефлекторно отвернул к обочине и задел зеркалом ограждение. Его с хрустом выдернуло из крепления. Это было почти физически больно: я представил себе поездки на разборки, сидение на «Авито», разговоры с барыгами, торги… так обидно стало, что не передать.

Перед глазами словно пелена встала, я не понимал, что делаю. Нога сама вдавила педаль газа. А это гад нет бы влупить ускорение на полную да скрыться — нет же, ему поиграться со мной захотелось. Он маячил перед моим носом, закрывая путь на соседнюю полосу. Это было совсем не сложно, если у тебя резерв по мощности раз в десять, несмотря на все мои колхозные тюнинги…

И тут он подставился. Наверняка рассчитывал, что я буду тормозить. А я — не стал. Говорю же, пелена перед глазами.

Это было мгновение кайфа, когда передок моей «Калины» вмял в кузов огромную дверцу «Мерина» — купе.

Его отбросило на обочину. Меня развернуло посреди дороги.

«По газам — и вали! — Кричал мой внутренний голос, — у него регистратора нет, номера не запомнит в шоке!»

Но я не уехал. Глупо, словами не передать — а как сбежать в такой ситуации? Не по-пацански. А что, если он поранился и кровью истекает? Что, если ещё можно успеть скорую вызвать?.. Смогу я жить дальше, если узнаю потом, что в машине остался труп, которого могло не быть?

Кровь у него действительно была. Из носа. Сработала подушка безопасности, а он без ремня ехал, вот и закономерный результат. Сам худощавый и бледный какой-то. Физиономия перекошена, в руке — огромный «Айфон».

— Ну ты попал!.. — заявил он, когда я подошёл ближе. — Тебе кабздец. Ты осознаешь, а?

Я молча развернулся и пошёл к своей машине, лихорадочно думая, как теперь лучше поступить. Умирать этот козёл явно не собирался. Запомнил он номер или нет? Рискнуть?.. Это гарантированное лишение прав, если запомнил. Да и ОСАГО по идее покрыть ущерб должно…

— Эй! –окликнул меня мажор. — Куда собрался?

Я остановился, всё ещё обдумывая свои дальнейшие действия. Что матери скажу, когда она передок машины увидит? Ох, проблема… и почему мы про родных всегда вспоминаем после того, как уже успели наделать глупостей?..

— За документами, — бросил я, не оборачиваясь.

— Стой! — не унимался мажор; что-то в его тоне мне не понравилось. Я обернулся.

У него в руке был пистолет. На вид вроде настоящий. «Может, травмат?» — с надеждой подумал я. Хотя что это меняло?

— С ума сошёл, что ли? — спросил я. Удивительно, но у меня получилось произнести это спокойным, будничным тоном, хотя внутри всё замерло до хрустального звона.

Странно, но это подействовало. Мажор опустил ствол.

— Идиот, — пробормотал он, и полез в салон, где подушки безопасности уже успели немного сдуться и больше не блокировали доступ к бардачку.

Я неслышно выдохнул и пошёл к своей колымаге.

Надо бы ментов вызвать… а то мало ли что этот псих опять удумает? Интересно, кстати, не под наркотой ли он? Надо бы намекнуть на освидетельствование… или не стоит? Ладно, будь что будет.

Я достал смартфон и собрался было набрать экстренные службы, но тут услышал, что мажор уже дозвонился. «Да, Егорьевское шоссе. Поворот на Ильинский погост, там метров двести… хорошо, жду».

Что ж. Звонить самому уже, очевидно, нет смысла.

Вздохнув, я начал осматривать повреждения. На первый взгляд, вроде ничего такого: капот помят, решётка радиатора… а потом я увидел, что под машиной уже скапливается небольшая лужица. Я присел и поглядел вниз. Потрогал жидкость пальцем. Тосол. Фигово: в лучшем случае уплотнители сдвинулись. В худшем — попадалово на радиатор… а денег не особо. Блин!

Хотя, чего я кипишую? Может, ещё обойдётся. Как бы правильно схему нарисовать, чтобы мажор виноватым оказался, а? То, что у него регистратора нет — может, оно и неплохо?.. только подходить к нему сейчас не надо — вот менты приедут, тогда покажу свою версию… сказать им про травмат? И что он угрожал?.. Да ну нафиг: доказать невозможно, а если у него разрешение есть выйдет пшик. Только против себя их настрою…

— Согласно пункту одиннадцать три — это ваша вина. Тут всё понятно и очевидно на схеме, — капитан на группе разбора нахмурился, топорща усы, и строго посмотрел на меня.

— Ясно, — кивнул я. А что ещё оставалось делать? В суд идти? Так хуже будет: страховая вмешается или ещё чего.

Мажор (его звали Егором, но про себя я продолжал его мажором звать) довольно ощерился.

— Документы на выдаче, подавайте в страховую, — сказал капитан и направился к выходу из помещения, давая понять, что аудиенция окончена.

— Ну вот и нафига выёживаться надо было? — как-то спокойно и даже по-доброму спросил меня мажор.

Я сжал скулы, но промолчал. Довольно улыбаясь, он прошёл мимо и вышел из кабинета.

Кроме всего прочего, мне назначили штраф. Пятьсот рублей — но всё равно неприятно. Очень. Хорошо хоть «Мерин» у мажора оказался не последней модели и вроде бы ОСАГО должно было всё покрыть.

Я вышел из МРЭО и медленно побрёл по Советской улице наверх, к церкви. Стояла жара, майка неприятно липла к телу. До шестого микрорайона, где я жил, идти было прилично, но меня передёрнуло от одной только мысли сесть в автобус. Уж лучше по жаре. Мороженого взять с водой. Благо копеечное удовольствие.

Возле моего подъезда на лавочке сидел Пашка и глотал энергетик. Увидев меня, он поднялся и, улыбаясь, помахал рукой.

— Ну как? Разобрались? Выплата будет? — Спросил он, протягивая руку.

— Привет, — ответил я, отвечая на пожатие. — Не-а. Не будет. Я виноват, все дела.

— Бли-и-ин, — протянул он, сморщив нос, покрытый рыжими веснушками, — может, как-то оспорить можно, а?

— Можно, — согласился я, — в суд пойти. Оно мне надо? Так ещё страховая подключится, выплаты под вопросом будут… я слышал о таких случаях. А я ремонт этому мажор не потяну, сам видел.