Чтение онлайн

По ушам ударил звонок.

Иначе не скажешь — звук сильно напоминал тревожную сирену.

— Ученики, — куратор обвёл нас взглядом. — Я — ваш боевой куратор. Поскольку вы зачислены в орден карателей, теоретических занятий будет мало. В основном — практика. Сразу хочу предупредить, что мы никого не отчисляем. Духовная семинария… это не привычный для мирян университет.

— Никого не отчисляете? — опешил Смолин. — Тогда и на занятия можно не ходить?

— Можно, — Александр улыбнулся по-отечески нежно. — Но тогда занятия придут к вам.

— Это как? — продолжал допытываться аристо.

— За регулярные пропуски семинарист отправляется на арену, — пояснил брат Александр, — и сражается против опытного старшекурсника. Выживают не все.

Смолин сглотнул.

— У нас, конечно, есть целители, — заверил куратор. — И большинство пострадавших мы вытягиваем с того света. Большинство, но не всех.

Повисла гробовая тишина.

— Да, здесь не отчисляют, — вздохнул Александр, глядя поверх наших голов в окно. — Здесь убивают.

Гольф-клуб «Барское дело»

Пригород Москвы

Мяч взвился в воздух и полетел над зелёным полем в сторону озера.

Мужчина в серых слаксах и рубашке поло застыл с клюшкой, заведённой за левое плечо, словно на поле боя. Тень от кепки закрывала глаза мужчины, что мешало постичь эмоции. Внешне этот человек с незапоминающимся лицом выглядел невозмутимым, словно ничего не произошло.

Опустив клюшку, мужчина перевёл взгляд на собеседника.

Немцу стало не по себе. Его словно препарировали, разделывали заживо, взвешивали каждый внутренний орган и каждую клеточку тела.

— Москва, — глубокомысленно заявил гольфист, упаковывая клюшку в спортивную сумку, — поделена между преступными группировками… Ну, как лоскутное одеяло. Ты, согласен со мной, Немец?

— Да, ваше…

— Без титулов, — отрезал гольфист. — Это лишнее. Так вот, я хочу сказать, что вас, мелких царьков из подворотни, как собак нерезаных развелось. Когда я выбирал, с кем сотрудничать долгосрочно… вариантов хватало. И ты сам прекрасно знаешь, о ком я говорю.

Глаз Немца невольно дёрнулся.

В новомодный гольф один из самых опасных преступных авторитетов Москвы играть не умел, поэтому наблюдал со стороны за действиями своего нанимателя. Ему приходилось ездить по полю на электрической машине, смахивающей на тук-тук, и с умным видом наслаждаться летающими мячиками. Не самое приятное занятие на Земле.

— Так вот, — резюмировал гольфист, направляясь к грёбаному тук-туку, — как ты поднялся, так можешь и упасть, лишившись моего покровительства.

Уложив сумку в специальное отделение, мужчина достал неизвестно откуда блокнотик. Повернулся к Немцу, перелистнул несколько страниц и сверился с записями.

— Ростислав Володкевич присягнул Кодексу инквизиторов, получил жетон и теперь официально за пределами досягаемости, — с недоброй улыбкой произнёс наниматель. — Случилось это не далее, как сегодня. И у меня возникает много вопросов, мой лысый друг.

Немец открыл рот, чтобы возразить, но его прервали взмахом золотой ручки, инкрустированной крохотным бриллиантом.

— Первый вопрос, — начал мужчина с блокнотом, — связан со сроками. Ты плохо меня понял, когда я озвучил дату первого сентября? Ты не умеешь считать или не разбираешься в календаре? Может быть, ты не в курсе, что инквизиторы проводят Ритуал Посвящения в этот день? Или ты, грязь, не знаешь, кто такие инквизиторы?!

Последнюю фразу мужчина буквально прорычал.

И это было нетипично для столь сдержанного и воспитанного аристократа.

— Второй вопрос, — методично продолжил наниматель. — Я тебе мало плачу? Ты не знал, что можешь привлекать любых одарённых? Меня интересовал всего лишь результат.

— Но…

— Я не закончил. Вопрос номер три. Как вышло, что мы ничего не знаем об истинных возможностях юного Володкевича? Этот мудак убивает всех, кого мы посылаем за его головой. Делает это, даже не напрягаясь. И ты не провёл расследование, не заплатил какому-нибудь частному детективу за информацию? Между мной и родовым имением Володкевичей стоит мальчишка, которого изгнали за слабые способности одарённого. Его никто не воспринимал всерьёз. О него ноги вытирали. Но Ростислав всех удивил, а теперь у него ещё и «крыша» в виде Туровской консистории!

— Ваше…

— Без титулов, — напомнил мужчина с блокнотом. — У нас с тобой очевидная проблема. Поместье не продаётся, забрать его силой не выходит. Ростислав упорно не желает умирать.

— Можно попробовать…

— Что?

— Послать ещё кого-нибудь. Я организую.

Человек с блокнотом рассмеялся.

— Организуешь? Нападение на семинариста равнозначно нападению на инквизитора. И это я молчу про то, что в будущем Ростислав может заинтересоваться твоей персоной. А он, на минуточку, в ордене карателей состоит.

Глаз Немца снова дёрнулся, но он быстро взял себя в руки.

— И что? Сделаем чисто…

— Уже сделали, — пробурчал гольфист. — Сейчас твоя задача иная.

Немец терпеливо ждал распоряжений.

— Скройся, исчезни, — приказал владелец бриллиантовой ручки. — Затаись. В Туров никого не посылай. Я поищу грамотное решение сам. А пока… найди хорошего сыскаря. Пусть съездит в Никополь, а ещё лучше — в Архаикум. И разузнает, что за тип такой Ростислав Володкевич. Какие у него навыки, чем он занимался в Пустоши. Особое внимание удели Дару. Ты меня понял?