Чтение онлайн

Семантическое поле – это передача информации от одного поля к другому. Перемещение возможно в семантическом универсуме и возникает на основе предпосылок, которые могут устанавливать ту или иную информацию.

Поле – это гипотетическое пространство, определяемое тремя координатами – пространством, временем и индивидуацией (или определенным единством действия). Поэтому поле, каковы бы ни были его силовые точки, определяет преобладающую и констеллирующую направленность, вектор, который является варьирующим и структурирующим толчком, стимулом. Оно, структурируя, изменяет, а изменяя, структурирует.

Семантический означает «наделенный значением». Задает знак, уточняет действие, представляет свое присутствие. Это сила, которая становится своим местом, или своим телом. Поэтому поле цифроматично [20] оно означает или помечает, а также различает некий квант.

Понятие «сила» соответствует терминам vis, энергия, динамика, движение, стимул, потребность, импульс, инстинкт, сила тяжести, магнетизм, привлечение и т. д. В сущности, это действие, вот-бытие акта, энергия в действии.

Нормой нашего умственного вот-бытия является онтическая ситуация. Наш ум не в состоянии конкретизировать метафизическую пустоту. Ум означает то, что измеряет сущее: это измерение сущего, поскольку ум сокровенен сущему.

Сила или действие немыслимы без их точного обозначения. Энергия являет себя через форму. Движение как таковое всегда происходит в соответствии с сокровенной целью или направлением. Устремленный к цели модус и есть форма, которая обнаруживает вещь. Будучи движением, сразу же требует некоего направления. А направление определяется порядком, или способом бытия частей, которые одновременно задают форму процессу.

Реальность, энергетический квант, действие, волна, слово [21] выделяются, определяются и уточняются внутренней целью, которая формализует и воплощает их с точки зрения задающего критерий внутри опыта. Цель – это то, по достижении чего части, которые прежде находились в напряжении, приводятся к эстетическому равновесию; это функциональный ответ задающему критерий субъекту. Сама по себе цель – это то, из-за чего происходит движение, то, на что указывает квант или волна, то есть то, как реальность случается внутри.

Неизбежно, в силу своего онтического вот-бытия, мы внутренне близки к тому, что объективируем. Мы способны к науке и познанию исключительно в силу опыта сущего.

Опыт обозначает нас, то есть деформирует или информирует нас в момент представления себя. Действительно, опыт указывает на то, что остается от сущего после его смерти. Ex-perior – ens – actio: от умершего бытия случается существующее. Таким образом, это модус или форма, появляющиеся в момент, когда измеряющий «умирает» вместе с фактом.

Умственный критерий внутриприсущ синапсу части, при этом сохраняется идентичность его голотипии*. Когда какая-то часть динамической целостности субъекта находится во взаимодействии, это не приводит к прекращению единства энергетической одновременности.

Цель определяет, формализует реальность силы. Сила обозначает то, что исполняет принцип действия вовне.

Обращаясь к этимологии, я абсолютно не собираюсь брать за основу лингвистический критерий, может быть, как исидорские экзегеты* (св. Исидор Севильский) [22] . Я хочу открыть доступ к единому принципу энергетического обозначения. Он в любом случае присутствует и остается верным самому себе в создании слова и формулы, цели и принципа любого энергетического события. Реальность является таковой, только если являет следы обозначающего, который на нее указывает и таким образом выстраивает.

Для меня следование энергетическим или психическим формам – это только визуализация модусов поля. Я улавливаю себя как сознание, я осознаю себя сознающим действие, которым становлюсь.

Очевидно, что для занятий логикой или наукой я в любом случае остаюсь близким константе «Н» в рамках «здесь и сейчас» земного существования [23] .

Мне никак не уклониться от своего существования, а значит, от потребности в критерии, пути, цели, способе и т. д.

Я исследую реальность и универсум с позиций того положения, в котором нахожусь. Я не могу мыслить и измерять (рационализировать) за пределами своего существования, или здесь-бытия. Я мыслю в силу факта своего существования. Факт говорит о моем присутствии и меня определяет. За пределами меня невозможно никакое исследование. Реальность есть там, где есть я, то есть там, где реальность, или бытие, испытывает меня, а я проживаю в опыте ее.

Индукция и дедукция на философском уровне возможны в той мере, в какой на это указывают реальные предпосылки.

В своих работах Гедель и Гейзенберг* – последователи Эйнштейна, Пуанкаре, Бриджмена и Лобачевского – предвосхитили необходимость в точном человеке-экспериментаторе. Так понятие поля возвращается из непоколебимой евклидовой геометрии в сферу перцептивного поля субъекта.

Поле, собственно, указывает на условное пространство некоего гештальта, один из аспектов которого оно уточняет. Иными словами, это сфера контакта, в которой требуется анализ. Следовательно, реальность есть там, где она воспринимается, о чем говорил Дж. Беркли*: Esse est percipi («Существовать – значит быть воспринимаемым»). Но восприятие также есть реальность. Способ и условная сфера контакта, благодаря которым я экспериментирую, представляют собой для субъекта, устанавливающего критерий, функциональные структуры реального. Контакт [24]

Конец ознакомительного фрагмента.