Чтение онлайн

— Фу. Очень крепко. — Слишком крепко, но зато руки перестали трястись.

— Этот бурбон как раз для панических атак, — сообщил он. — Даю гарантию в тысячу процентов. Лучше?

— Мне кажется, я сейчас упаду в обморок, но уже по другой причине.

— Будем считать, что тебе лучше. — Он осторожно забрал стеклянный стакан у нее из рук и поставил его на столик. — А теперь расскажи мне, что происходит?

— Зачем? — Она смущенно встретилась с ним взглядом.

— Зачем? Потому что я говорю тебе, что посылка из Орегона, а потом ты чуть не упала в обморок?

— Я больше не твоя забота, помнишь? Мы об этом поговорили.

— Только когда я уйду, — сказал он, указывая на белую дверь с белой ручкой, — все будет кончено. Но не раньше.

— Ничего страшного. Не волнуйся.

— Кто такой Роланд Капелло? Не говори, что он твой брат. Я знаю, что это не так.

Эллисон не хотела рассказывать ему всю жалкую историю, но и не хотела спорить. У МакКуина был сильный характер и еще более сильная воля. Лучше все рассказать.

— Он был моим братом, — произнесла она. — Однажды. Это было очень давно.

— Как кто-то давно мог быть твоим братом? Сводным?

— В приемной семье, — объяснила она. — Вроде того. Все сложно.

— Вот. Выпей еще. Все вмиг станет легче.

Он сунул другой стакан ей в руку, и она сделала еще глоток. Это отвлекло от мыслей.

— Ты говорила, что твоя мама умерла, когда тебе было семь, да? — спросил МакКуин. — Автомобильная авария?

— Вождение в нетрезвом виде, — поправила Эллисон. — Она была за рулем. Я не знала об этом, пока не выросла. Думаю, люди не хотели, чтобы я винила ее в смерти. У меня не было родственников поблизости. Мама переехала в Орегон из Индианы к бойфренду, но они разошлись. Когда ее не стало, меня отправили в приют. Я была в одном из таких домов, где много девочек. Они были старше и злее, а я маленькой и напуганной. А потом однажды появился мужчина на большой черной машине и забрал меня домой. Доктор Капелло. Он очень известный филантроп и нейрохирург.

— Никогда о нем не слышал.

— Ну, в Орегоне он знаменит так же, как ты в Кентукки.

— Значит, чертовски знаменит, — заметил МакКуин. Эллисон это проигнорировала.

— Доктор Капелло унаследовал состояние от родителей, и, я думаю, у него были и свои деньги.

— Никогда не встречал разорившегося нейрохирурга.

— Он известен тем, что помогал нуждающимся детям. Кажется, сначала он делал бесплатные операции или что-то в этом роде. А потом становился опекуном. Он взял под опеку много детей.

— Покровитель?

Эллисон улыбнулась.

— Да, мой старый друг.

— Насколько старый?

— Очень старый. Ему под пятьдесят.

МакКуин, которому было сорок пять, косо посмотрел на нее.

— Я была одной из тех, кого он забрал, — сказала она. — Мне повезло. Счастливчик.

— А Роланд?

— Его тоже. Кроме того, доктор Капелло его усыновил, — сказала Эллисон. — Я не слышала о нем с тех пор, как уехала из «Дракона». Вот поэтому я была так удивлена.

— Откуда-откуда?

Эллисон улыбнулась.

— «Дракон» — это название дома. Ты знаешь, какие смешные имена бывают у пляжных домов? Песчаные Подошвы или Голубые Небеса? Доктор Капелло говорил, что мы живем на краю света, а на старых картах должны были быть драконы. Дом был большим с зеленой черепицей, похожей на чешую. При взгляде на него под определенным углом он похож на дракона.

МакКуин кивнул в знак понимания.

— Значит, ты жила там с кучей других приемных детей. Это было настолько плохо, насколько я представляю?

— Это был рай, — ответила она. — Ксанаду.

— Ксанаду? — повторил МакКуин. — Как кино?

— Как стихотворение, — поправила она. — Возвесть в Ксанаду Кубла Хан Дворец волшебный повелел… — Я учила его наизусть. Там было хорошо.

Она больше не могла спокойно сидеть, поэтому поставила стакан на стол и встала. Эллисон подошла к полкам вдоль стен и начала искать книгу, но не для чтения, а для поиска того, что она положила в нее давным-давно.

— Ты ведь знаешь, что это безумие, верно? — спросил он.

— Что? Разве не все жили в волшебном доме у пляжа со знаменитым доктором, когда были детьми?

— Сверчок, — МакКуин ненавидел сарказм так же сильно, как и то, что она надела джинсы.

— Знаю, что звучит бредово, — согласилась она. — Знаю, но в то время это казалось нормальным. Хотя мне было семь. И я верила, что Санта Клаус существует. Из всех детей Роланд был мне ближе всего. Он был старше. Он был милым. Я просто… Я никогда не думала, что он снова даст о себе знать. Это все.

МакКуин откинулся на спинку кресла и соединил пальцы. Так он поступал, когда думал. Ей казалось, что он думает: «Это не всё».

— Что ты мне не договариваешь? — задал вопрос он.

— Я хочу, чтобы ты ушел из моей квартиры прямо сейчас, — сказала она обыденным тоном, без враждебности и без искренности. Она игнорировала его, как только могла, изучая полки с книгами.

— О твоем брате. Когда хорошие люди отправляют мне письма, я не пропускаю обед.

— Я закончила разговор с тобой.

— А я нет.

— Ну, нечего больше рассказывать.

— Мы спали шесть лет, Эллисон. Я знаю, когда ты притворяешься. Ты сейчас притворяешься. Ты побелела, как простыня, когда увидела имя на конверте. Это совсем на тебя не похоже. Ты не королева драмы. Ты не чересчур чувствительна. Когда нас ограбили в Милане, меня первого стошнило, не тебя. Ты что-то недоговариваешь, и я не уйду, пока не узнаю, в чем дело.

— Ты суешь нос не в свои дела.

— Я беспокоюсь, — объяснил он.

— Странный способ проявлять беспокойство, — заметила она. Она, наконец, нашла ту самую книгу, но не стала ее открывать.

МакКуин вздохнул. Он поманил Эллисон к себе, и она подошла, сев напротив него на кофейный столик между его коленей. Он наклонился вперед и, забрав книгу у нее из рук, отложил в сторону. Он поднес ее руку к губам, поцеловал костяшки пальцев, а затем повернул ладонью вверх. Он ласкал ее ладонь кончиками пальцев, чувственно, но и успокаивающе.