Чтение онлайн

— Похоже, нам выпали неплохие карты, — спокойно заметил тот. — Вэл, это Малыш Тенслип. Он наполовину ирландец, на четверть голландец, на четверть индеец сиу и на четыре четверти лихой парень. Он сильный человек и честный с друзьями.

Тенслип рассмеялся:

— Не такой уж я плохой. Мне нравятся дети и картежники. — Он взглянул на Рейли. — Как ты нашел это место, Уилл?

— Пару раз я выручал Эббенса деньгами.

— Кто-нибудь еще о нем знает?

— Сомневаюсь. Ты же помнишь, Эббенс не отличался разговорчивостью.

— Слишком холодно, чтобы путешествовать, — заметил один из бандитов. — Как вышло, что ты оказался в дороге?

— Это сын Майры. Мне его привел Вэн перед тем, как они сбежали, а городской небесный лоцман собрался отнять его у меня. Мне симпатичен мальчик и не симпатичен Данкер.

Спрашивающий был человеком плотным, с мощными плечами.

— А не врешь? — Он пристально поглядел на Рейли. — Не нравишься ты мне что-то.

— Твои проблемы, Зонненберг. Ты мне, кстати, тоже.

— Тогда убирайся.

— Нет. — Вэл испугался этого крупного, бородатого силача, но, взглянув на Рейли, увидел, что тот улыбается. Значит, он его не боялся. — Мы останемся здесь, Генри.

Зонненберг лениво начал подниматься, но его остановил голос Тенслипа:

— Пусть остается, Хэнк. Мы не можем в такую ночь выставить их за дверь, правда ведь, Том?

Третий бандит, высокий и худой, нехотя оглянулся.

— Нет, не можем. Успокойся, Хэнк.

Зонненберг выругался.

— Откуда мы знаем, что он не шпион?

— Рейли? — засмеялся Тенслип. — Он картежник.

Мест для ночлега оказалось больше чем достаточно. Часть из них соорудили новые жильцы, когда выбрали хижину своим убежищем, часть сделал еще Эббенс, который рассчитывал в свое время нанять людей в помощь.

— Мы уедем, как только утихнет метель, — предупредил Рейли. — Я только переставлю повозку на полозья.

— Ты мне не нравишься, Рейли, — снова начал Зонненберг. — И никогда не нравился.

— Генри, тебя никто не просит любить меня. Я постараюсь не перебегать тебе дорогу, а ты не перебегай мою.

— Иначе что?

Уилл улыбнулся:

— Я стреляю так же быстро и точно, как любой другой в этой комнате — а комнатка у нас маленькая.

— Он прав, Хэнк, — урезонил великана Тенслип. — Я видел, как он стреляет и как владеет ножом. При мне Уилл порезал троих на кусочки, прежде чем кто-то из них успел выстрелить. А их послали убрать его.

Генри Зонненберг задумчиво изучал Рейли.

— Ну, может, я тебя недооценил. Может, ты лучше, чем я думал.

— Здесь слишком тесно, Генри, — сказал Рейли. — Если что — пострадаем оба.

Противник уставился на него с невольным одобрением.

— Ладно. Ты не из пугливых. Только не зли меня.

Вэл подобрался поближе к огню и постепенно начал согреваться. Он не признавался Рейли в том, что давно уже замерз. Мальчика все еще пугали эти люди, хотя Тенслип ему улыбался.

— Не знал, что у Майры есть ребенок, — покачал головой Том.

— Никто не знал. Она никому не рассказывала. О нем заботились Шмитты, пока Эмма не умерла. Тогда Майра сказала, чтобы Вэн избавился от него. — Сообщение потрясло бандитов, сложная гамма чувств отразилась на их лицах. — Да, да, — продолжил Рейли, — но только Вэн не смог выполнить ее приказ и привел парнишку ко мне, якобы переночевать, а сам улизнул из города вместе с Майрой.

— Я знал, что Майра подлая тварь, — волновался Тенслип, — но такое! Неужели она могла поднять руку на ребенка?

— Странная она какая-то, — сказал Том и, к удивлению присутствующих, добавил: — Я знал ее семью.

Рейли взглянул на него.

— Где ты с ней познакомился?

— На Восточном побережье. Майра из хорошей семьи… обеспеченной, но сбежала от родителей. Она всегда была мелочной и подленькой.

Когда Вэл проснулся, хижину заливал свет. Он лежал на досках кровати, укутавшись в одеяла. У огня сидел Тенслип, подняв ноги на брус, служивший стулом. Вэл зашевелился, и он оглянулся.

— Доброе утро, малыш. Когда захочешь, то можешь спать очень крепко, ты это знаешь?

— Да, сэр.

— Сэр… Хм. Звучит неплохо. Кто учил тебя быть вежливым со старшими?

— Мистер Вэн, сэр.

— Ну, хоть на что-то сгодился. А вообще-то, он приятный парень, да, приятный парень. Никогда не встречал человека, который умел бы так здорово говорить, как он, — кроме Рейли, пожалуй. У тебя хороший друг, малыш, держись за него. Друзей на свете не так уж и много, ими надо дорожить.

— У вас тоже есть друзья.

Тенслип сухо рассмеялся и быстро, искоса глянул на Вэла. Взгляд его был полон иронии.

— Да? Можно их и так назвать. Мы вместе работаем, малыш, и они хорошо делают свою работу, но я имел в виду друзей, которые не всадят нож тебе в спину, когда ты отвернешься.

— Вы нравитесь мистеру Рейли.

— Нравлюсь Рейли? И почему же ты так думаешь?

— Я вижу, как он с вами разговаривает и смотрит на вас. Вы ему правда нравитесь.

— Польщен. Уиллу нравится не каждый. А как насчет тебя, малыш?

— Да, сэр. Вы мне тоже нравитесь.

— А Хэнк? И Том?

— Хэнк… то есть Генри, мне не нравится. Кажется, я ему тоже. А про Тома не знаю.

— Про него никто не знает. Даже сам Том. — Тенслип встал и подбросил дров в огонь. — Насчет того, кто тебе нравится, а кто не нравится, лучше помолчи, малыш. Хотя не думаю, чтобы это имело большое значение.

Снегопад кончился. За подернутым инеем окном было тихо и бело. Со двора доносился стук топора и время от времени звуки голосов. Выглянув в окно, Вэл увидел на снегу много щепок и две длинные изогнутые жерди. Уилл срубил молодые деревца с изгибом на одном конце и сейчас обтесывал внешнюю поверхность будущих полозьев. Потом Зонненберг, Том и Рейли выкатили повозку и начали снимать колеса. Мастер, строивший повозку, благоразумно предусмотрел возможность зимой ставить ее на полозья.