Чтение онлайн

Мы плясали в диско и пили коктейли на Дуарте, Сара глотала крепчайшую смесь, мешая ее с пивом, снова загоняя меня в изумление.

Но закончился и этот вечер. Я отправил девушку с Бидолем в Андрес, не знаю уж, поехала она туда на самом деле или осталась в Бока Чике.

На следующий день после ужина я позвонил, кому бы вы думали? Правильно, одной своей знакомой по имени Сара.

Прекрасная куртизанка на этот раз была накрашена, я бы сказал, в пределах разумного. Белая майка и светло-голубые джинсы создавали впечатление чистоты и свежести. Надо отдать Саре должное, грязь как-то не липла к ней, в отличие от других проституток. У многих как бы стоит клеймо на лбу "я шлюха".

После недолгих поисков мы устроились в одном итальянском отельчике. На входной калитке в ограде отеля висела табличка: "Хозяина зовут Пабло, кричите". И тут Сара отвела душу. Звонким голосом она выводила: "Паблё-ё-ё-ё!!!" Появился высокий мосластый немолодой мужик, бывший блондин. Почему-то сразу было ясно, что это итальянец.

Итальяшка пригласил нас в большую комнату, которая служила офисом и, одновременно, спальней и столовой хозяевам. В центре комнаты стоял стол, хорошо видимый с улицы через распахнутую дверь, а на нем лежало остро заточенное мачете с метр длинной. Взяв у меня триста песо, Пабло зашел в соседнюю комнатушку, открыл вмурованный в стену сейф и положил туда деньги, совершенно не прячась от нас.

За эти деньги мы получили в распоряжение номер, сильно напоминавший голубятню, на втором этаже пристройки к дому. Большим плюсом нумера было отсутствие соседних помещений. Минусом – присутствие по соседству кальмадо, в котором никогда не утихала музыка. Но на данный исторический момент это было несущественно.

Комната, очень небольшая по размерам, мне понравилась. Постель с чистым бельем, телевизор, вентилятор, душ. Что еще надо человеку, чтобы переспать с проституткой?

На стене висела шляпа, сплетенная из пальмовых листьев, оставленная предыдущими постояльцами. Листья уже высохли, и шляпа из зеленой стала бурой. Сара разделась, опять разбросав шмотки по всей комнате, завернулась в простыню, надела шляпу и стала вертеться перед зеркалом.

Я решил, что пора заняться ее воспитанием. Молча собрал вещи и повесил на стул. Полез к себе в карман, и обнаружил, что у меня нет презервативов.

– Но кондом – Паблё, – объяснил я ей.

Спустившись вниз и покричав "Пабло", попросил у появившегося итальянца:

– Condom, please, condom.

Пабло что-то недовольно пробурчал, но, покопавшись в своих запасах, вручил мне два презерватива местного производства, в желтой упаковке.

– How much money? – спросил я, доставая бумажник.

– No, no, de nada, – отмахнулся Пабло. Но опять что-то пробурчал, похоже, в том смысле, что самому надо думать, заранее.

– Gracias, se~nor, – поблагодарил я и поднялся в голубятню.

Потом мы занимались тем, чем и положено любовникам. Сначала вымыли друг друга. Я намыливал Саре пальчики на ногах, удивляясь количеству мелких круглых шрамом на голенях – следов какой-то болезни, тер ей спину, при этом девушка урчала от удовольствия. Тщательно вымыл ей все между ног. По своему обыкновению, Сара помочилась на меня, хихикая грудным, хриплым, ужасно сексуальным тоном. Я тоже не остался в долгу.

Дальше я забыл и про москитос, и про ужасную музыку из кальмады, да и вообще про все на свете.

Очнулся я от того, что задыхался. Сара спала, сдвинув меня на самый край кровати, навалившись всем телом, обняв и, вдобавок, закинув сверху свою совсем не воздушную ногу. Я решил дать ей выспаться и не стал подниматься в туалет.

Тут заиграла мелодия моего телефона. Звонить мне было некому, но Сара уже проснулась, поэтому я потревожил ее и дотянулся до аппарата. В трубке тараторил юный женский голос. Сначала я хотел сбросить звонок, но передумал и отдал телефон Саре. Та перезвонила и говорила довольно долго. После окончания разговора я поинтересовался, кто это был, но Сара лишь пожала плечами. Не хочешь, не говори, не разорюсь я от телефонного звонка.

Спустившись вниз, мы опять покричали Пабло, отдали ключ и пошли на Дуарте. На это раз Сара решила шикануть и завела меня в итальянскую забегаловку, по недоразумению называемую рестораном.

Делая заказ, Сара общалась с девчонкой-официанткой доброжелательно и просто. Сначала подали белый хлеб в корзинке, и она незаметно слопала его весь с кетчупом, запивая соком. Потом принесли жареную рыбу с картошкой.

Я фотографировал ее за едой, и сам захотел есть. Все-таки, отельное обжорство в одиночку – это совсем не то.

Сначала Сара кокетничала, но потом фотографирование стало ее явно раздражать. Однако она не забывала строить глазки и трогать ступней у меня между ног.

После ужина мы немного пошарахались по Дуарте, и мне снова захотелось к Пабло. Сара тоже была "за". Оказалось, что в нашей комнате еще не убрали, и мне не пришлось платить второй раз.

Что сказать про дальнейшее? Я был счастлив. Но, как писали в старинных романах, опустим занавес целомудрия на этом месте.

Вскоре после этого звонит фэмили Бидоль мне на мобилку.

– Alex, do you want to see Sarah? (Алекс, хочешь увидеть Сару?)

– Oh yes, yes, I like! (О да-а, я хочу!)

Мы договариваемся встретиться у стоянки мотокончей на Дуарте. Спускаюсь вниз, к парку, там и мотокончи рядом тусуются. Жду полчаса, Бидоля нет. Звоню, амиго объясняет, что у него сломался мотоцикл, но он уже подъезжает с приятелем. Чтобы не терять времени, иду им навстречу, к въезду в Бока Чику.

Через некоторое время Бидоль звонит сам, сбрасывает звонок, я перезваниваю. Начинаются разборки, кто где кого ждет. Оказывается, они стоят в другом конце Бока Чики, но подъедут к отделению политур, туристической полиции, через несколько минут. Чтобы не разойтись с придурками, иду к политуровскому околотку. Напомню, что все происходит на тридцатитрехградусной жаре при почти стопроцентной влажности.

Жду, уродов нет. У меня большое желание послать их на хер, но еще больше я хочу встретиться с Сарой. Опять созваниваемся и, еще через полчаса, встречаемся в чистом поле. У меня четкое ощущение, что они только что подъехали. Но ругаться с доминиканцами бессмысленно. Бидоль усаживает меня за водителем, сам устраивается сзади, и мы мчимся в Андрес.