Чтение онлайн

Это было двадцать первого января. От Уманака до Годхавна пять дней езды по хорошему льду при благоприятной погоде. Накинем еще три дня. Передача моей телеграммы в Америку, ответная телеграмма, передача ее по радио в Игдлорсуит, тоже три дня. Всего самое большее - одиннадцать дней. Значит, я должен получить ответ первого февраля. Человек, назначающий в Гренландии определенные сроки, дурак. Я этого не знал.

Весна торжественное время, год начинается весной. Его обещания не так реальны, как несбывшиеся, неоправдавшиеся надежды, которые улетучились вместе с последней перевернутой страницей. 29 февраля я записал:

"Последние два дня были по-настоящему весенними. Дует теплый южный ветер, снег на крышах домов стаял. Глубокий рыхлый снег снизу превратился в шугу. На льду снег так осел, что проложенные санями дороги выступают будто дамбы. Все на улице: женщины развешивают выстиранную одежду и постельные принадлежности, девочки таскают за спиной грудных детей, повсюду мальчишки. Вчера вечером ходил на снегоступах на холм над гаванью, чтобы поглядеть в сторону Уманака. Залив покрыт льдом, но кое-где видны большие пятна разводий чистой воды. Когда я вернулся, мне было так жарко, что я вынес стул на улицу и, сидя на нем, курил".

Ночью ударил мороз; но весна уже наступила, я чувствовал это сердцем.

XLIII. СТАРИНА

Наверно, хорошо быть старым, чтобы не испытывать волнения, когда переворачивается страница и открывается весна, хорошо примириться с мыслью "что прошло, то прошло" и наслаждаться прошлым, вспоминая, чем оно было. Старики в Гренландии так и делают. В зимние вечера они собираются вокруг яркого света лампы из стеатита, дающей немножко тепла и, быть может, гораздо более древней, чем времена, о которых помнят старики. Они вызывают в памяти прошлое, рассказывают старинные предания, передавая Ветхий завет своего племени. То, что эти старинные предания сохраняются в памяти и рассказываются сегодня, свидетельствует о симпатии гренландцев к языческому духу, а может быть, и о подлинной их вере в реальность описываемых в преданиях событий и действующих лиц. Конечно, наш Священный завет, кроме верующих, мало кто читает, и мы, совершенно не веря в суеверия эскимосских легенд, находим мало интересного для себя в их преданиях. Другим доказательством веры современных гренландцев-христиан в рассказы об их прошлом служит усердие, с которым многие из этих рассказов передавались несчетное число раз, из поколения в поколение. Народ, не знающий искусства, почитает только истину. Для гренландцев их предания - история.

Для старого Эмануэля, этого бодрого внука ангакока, предания были семейными воспоминаниями; место действия - край, в котором он жил, действующие лица - его предки. Время действия - прошлое, но недалекое от настоящего. Предания эти показывают нам корни настоящего. Послушаем Эмануэля.

"В 1869 году я впервые заметил, что у меня есть старая бабка. По гренландскому обычаю я спал вместе с ней. Таким образом, я все время находился с ней до ее смерти в 1876 году.

Когда она была жива, я часто вечерами, ложась спать, просил рассказать мне о ее предках. Она начинала рассказывать мне истории: 1) о том, что она сама видела и испытала, 2) о том, что она слышала.

Эту женщину (мою бабку) не крестили в детстве (но окрестили, когда она выросла). Языческое имя ее было Арнапе. При крещении ее назвали Карен. Замуж она вышла за язычника, его звали Эрсакило.

Бабка часто рассказывала мне, как убили ее отца - это зрелище она не могла забыть.

– Однажды, тотчас же после прибытия торгового судна в Уманак, - так начинала бабка свой рассказ, - отец вместе с другим охотником стал готовиться к поездке в колонию, то есть из Кекертата в Уманак. Каждый из них отправлялся на своих санях, а я должна была сопровождать отца; в то время я еще не была замужем. Моего отца звали Нернак, спутника его - Айе...

Дальше события разворачивались так:

Жена Нернака предупреждала их, чтобы они не ездили - ходили слухи, будто люди, жившие дальше по берегу фьорда, замышляют убийство Нернака. Но Нернак сказал: "Я не могу избежать встречи с ними". Они уехали. В Уманаке сделали закупки, а затем отправились обратно на север.

Путь их проходил мимо острова Агпат. Жители острова, увидев путешественников, пригласили их остановиться и отдохнуть. Когда Нернак вошел в дом, он увидел, что там нет женщин - одни мужчины. Тут он понял, что эти люди замыслили убить его. Сначала они дали Нернаку мяса, и он ел, пока не насытился. Затем он и его спутник покинули дом, намереваясь ехать дальше.

Нернак дошел до саней, собрал собак и беспрепятственно отъехал. Но тут один из жителей острова, по имени Эртагссиак, побежал за ним, нагнал сани и, ухватившись за копылья, перевернул их. Только он сделал это, как все остальные подбежали к саням и схватили Нернака. У Эртагссиака был длинный нож. Рассказывают, что он пытался вонзить нож в сердце Нернаку, но тот ухватился за лезвие. Убийца дернул нож к себе и перерезал Нернаку сухожилия на руке. После этого все набросились на него и мгновенно убили.

Что делали в старину гренландцы, когда убивали кого-нибудь

Если в старину гренландцы убивали кого-нибудь, убийца съедал кусок печени убитого. Это и сделали убийцы Нернака (говорят, если кто не хотел есть печень убитого, тот мог выпить его кровь). Убив Нернака, убийцы бросили его тело в расселину скалы.

Айе, оставив мертвого товарища, продолжал свой путь на север. Он попытался захватить с собой вещи убитого, но убийцы забрали себе те узлы, в которых, как им показалось, было больше всего добра. На самом деле в них была только соль.

Тем временем семья Нернака томилась в ожидании его возвращения. Наконец сыновья его, Кивиулик и Атате, увидели приближающиеся две упряжки саней. Сани скрылись за айсбергом, а когда снова стали видны, то братья поняли, что они ошиблись, вернулись только одни сани. Айе, прибыв домой, рассказал о горькой участи своего спутника, сообщив при этом, что все вещи Нернака пропали.

Эту историю Арнапе рассказывала с глубокой грустью. Домашние тщетно добивались получить хотя бы вещи Нернака, раз он убит.

(Что делала во время этих событий бабка Эмануэля - я совершенно не знаю, так же как и то, каким образом в период санного пути в Уманаке могло оказаться судно.)

Как потомки Нернака отомстили за его смерть

Прошло с тех пор много лет. Сыновья Нернака, Кивиулик и Атате, росли и крепли, втайне пробуя свою силу.

Как-то весной один из жителей острова приехал в Кекертат на санях убитого Нернака. Проснувшись утром, приезжий не нашел саней. Возможно, это старшая дочь Нернака, Унасален, узнала отцовские сани и ночью, когда все спали, спрятала их в расселине во льду.