Сабриэль
Шрифт:
Тачстоун сказал лошади «Но-оо!» и дернул поводья. Кобыла шевельнула ушами и медленно пошла по дороге.
— Если она будет двигаться с такой скоростью… — взволнованно сказала Сабриэль. Перед ними была целая миля пути, а кроваво-красный диск солнца уже качался над горизонтом.
— Груз слишком тяжел, — ответил Тачстоун, судорожно дыша.
Казалось, что сзади, из саркофага, доносится жужжание и повизгивающее хихиканье. Ни Сабриэль, ни Тачстоун не упоминали имени Керригора, но Сабриэль каждую секунду оглядывалась на дорогу позади. Тени удлинились, и Сабриэль начинало казаться, что она уже видит кое-где белые пятна тумана.
Когда над горизонтом оставалось уже три четверти диска солнца, они въехали на дорогу, мощенную кирпичом, которая вела к железным воротам Уиверли Колледжа. Мой дом, подумала Сабриэль. Но тут же поняла, что это не так. Это было ее домом в лучшей, прошлой части ее жизни. Это было домом ее детства, где она была просто Сабриэль. А теперь она — Аборсен. Теперь ее дом и ее обязанности — в Старом Королевстве.
Ярко загорелись электрические лампочки в старинных стеклянных фонарях по обеим сторонам ворот, но и они стали гаснуть, когда к ним подъехал странный груз. Одна створка ворот была снята с петель. Сабриэль поняла, что это сделали прошедшие вперед солдаты. Обычно ворота не запирались до самой темноты, но сегодня они были закрыты — значит, звонили колокола. Это еще больше встревожило Сабриэль.
— В деревне звонили колокола! — воскликнула она.
Тачстоун остановил телегу и прислушался.
— До деревни целая миля, — сказал он с сомнением. — Может быть, это ветер…
— Нет, — сказала Сабриэль. — Не было никакого ветра. Здесь всегда хорошо слышны колокола деревни. Думаю, Керригор уже там. Нам нужно скорее втащить саркофаг вовнутрь!
Она спрыгнула с облучка и побежала к Хоурайсу, который стоял на ступеньках лестницы у приоткрытой двери и разговаривал с кем-то невидимым, стоящим внутри. Когда Сабриэль приблизилась, она узнала знакомый голос. Это была миссис Амбрэйд, директриса.
— Как вы посмели сюда ворваться! — возмущалась миссис Амбрэйд. — Генерал Фансли — мой личный друг, ты должна это знать, Сабриэль! — гневно воскликнула она, но тут же замолчала, с удивлением глядя на странное одеяние Сабриэль и на ее окружение.
Не произнеся ни слова, Хоурайс сделал знак солдатам, и прежде, чем миссис Амбрэйд открыла рот, солдаты распахнули дверь, и поток вооруженных людей обогнул ее, как бурное течение огибает остров, стоящий посреди реки.
— Миссис Амбрэйд, — крикнула Сабриэль, — мне нужно срочно поговорить с миссис Гринвуд и девочками из старшего магического класса. А вам следовало бы поднять всех остальных учениц на самый верхний этаж Северной башни!
Миссис Амбрэйд беззвучно, как золотая рыбка в аквариуме, шевелила губами, пока Хоурайс не шлепнул ее по плечу, рявкнув:
— Шевелись, женщина!
Она тут же захлопнула рот и исчезла. Сабриэль оглянулась, увидела, что Тачстоун следит за тем, как поднимают саркофаг, и побежала за директрисой.
Вестибюль заполнился солдатами, которые вносили какие-то ящики и расставляли их вдоль стен. На ящиках было написано: «303 — снаряды» или «Б2Е2 ВП — гранаты». В Главном зале солдаты закрывали ставни и подпирали их длинными деревянными скамьями, поставив их на попа. Миссис Амбрэйд суетилась рядом с взволнованными учителями и прислугой. Позади них с главной лестницы глазели на всю эту суету старшие школьницы, а за ними толпились младшие ученицы.
Внезапно погасло электричество. После мгновения полной тишины закричали девочки, солдаты, раздались звуки падений, ударов, когда люди в суматохе начали натыкаться друг на друга.
Сабриэль, не двигаясь с места, начала вызывать знаки Хартии для света. Они медленно возникали на кончиках ее пальцев и капали с них, как капель с крыши. Она дала им немного увеличиться и отправила на потолок. Там капли света выросли до размера тарелок и осветили вестибюль равномерным желтым светом. Кто-то, стоявший рядом с миссис Амбрэйд, тоже вызвал свет, и Сабриэль узнала магистрикс Гринвуд. Она помахала ей рукой.
Теперь по погасшему свету стало понятно, что Керригор уже близко, возможно, на полпути между деревней и колледжем.
Директриса была не в состоянии произнести что-нибудь толковое, только бормотала о грубости солдат и о своем генерале.
— Я никогда еще не испытывала подобного потрясения… — начала миссис Амбрэйд, и тогда Сабриэль шагнула к ней и нежно наложила на ее губы знак молчания и знаки неподвижности на ее ноги.
— Простите, что прерываю вас, — сказала Сабриэль, стоя рядом с неподвижной фигурой директрисы. — Но виной этому — чрезвычайные обстоятельства. Как видите, нами сейчас командуют военные. Ответственный за все — полковник Хоурайс. Я лишь помогаю ему. А теперь надо собрать всех девочек двух старших магических классов. Магистрикс Гринвуд, сделайте это, пожалуйста, ваша помощь тоже понадобится. Все остальные — ученицы, прислуга, садовники, кухарки — должны подняться на самый верх Северной башни, забаррикадироваться и оставаться там до завтрашнего рассвета.
— Зачем? — потребовала ответа миссис Пирч, учительница математики. — Что вообще тут происходит?
— Плохие новости из Старого Королевства, — коротко ответила Сабриэль, стараясь сохранить бесстрастное выражение лица. — Мы вскоре будем атакованы Смертью…
— Значит, мои ученицы в опасности? — спросила миссис Гринвуд, отодвигая двух учительниц английского языка. Она посмотрела на Сабриэль и, наконец узнав ее, добавила: — Аборсен.
— Мы все в опасности, — тихо ответила Сабриэль. — Если не собрать здесь всю возможную магию Хартии, у нас не будет даже надежды на спасение…
— Так, — решительно сказала миссис Гринвуд. — Надо все организовать. Я пойду за Силин и Элаймер. Они лучшие из лучших магов Хартии, и они же соберут всех остальных. Миссис Пирч, позаботьтесь об эвакуации всех в Северную башню. Миссис Сванн, проследите, чтобы кухарки и горничные отнесли наверх воду, еду, свечи. Мистер Арклер, будьте любезны, соберите все мечи из гимнастического зала…
Видя, что все будет устроено, Сабриэль вздохнула и быстро вышла наружу мимо солдат, которые расставляли по коридору масляные лампы. На дворе еще не стемнело, небо освещали последние красные и оранжевые лучи солнца, уже почти невидного за горизонтом.
Тачстоун и солдаты снова обвязывали саркофаг веревками. Теперь казалось, он светился внутренним огнем. Мерцающие знаки Свободной магии, будто льющаяся кровь, пробегали по его крышке, и клочья отвратительной пены наползали друг на друга. Около саркофага находились только те, кто обвязывал его веревками. Остальные солдаты занимались своими делами: протягивали провода, подготавливали огневые позиции на втором этаже, тащили из сада мешки с песком. Но во всей этой суете круг около гроба Рогира оставался свободным.