Чтение онлайн

— Да, — ответила Сабриэль.

В тоне Моггета она услышала какую-то холодность.

— Ты знаешь, как туда добраться?

Сабриэль молчала. Моггет знал, что ответом было бы «нет».

— У тебя есть карта?

Сабриэль покачала головой, она сцепила руки, подавляя желание шлепнуть Моггета или потянуть его за хвост. Она уже обследовала библиотеку и спрашивала у посланцев, но единственной картой в доме была карта звездного неба в обсерватории. Карта, о которой рассказывал ей полковник Хоурайс, должно быть, была у Аборсена. У отца, неожиданно смутилась Сабриэль. Если теперь она — Аборсен, то кто же тогда отец? Было ли у него раньше имя, от которого он отказался ради чести быть Аборсеном? Все, что было таким устойчивым и понятным в ее предыдущей жизни, теперь рушилось. Она даже не знала, кто она в действительности, и неприятности, казалось, окружали ее со всех сторон. Даже предполагаемый слуга Аборсена — Моггет, больше огорчал, чем помогал.

— Да скажешь ли ты что-нибудь, от чего была бы реальная помощь? — недовольно спросила Сабриэль.

Моггет зевнул, показывая розовый язычок, который казался воплощением презрения.

— Ну да. Конечно. Я знаю дорогу, и поэтому будет лучше, если я пойду вместе с тобой.

— Пойдешь со мной? — спросила удивленная Сабриэль. Она разжала руки, наклонилась и стала почесывать кота за ушком, пока он не отодвинулся от нее.

— Кто-то же должен о тебе заботиться, — добавил Моггет. — По крайней мере, до тех пор, пока ты не станешь настоящим Аборсеном.

— Спасибо, — сказала Сабриэль, — но я все-таки хотела бы иметь карту. Уж коли ты так хорошо знаешь страну, не мог бы ты помочь мне сделать нечто, похожее на карту?

Моггет закашлялся и склонил голову набок.

— Ты хочешь нарисовать карту? Если тебе это так необходимо, то уж лучше я сам займусь картографией. Пойдем в библиотеку и возьмем чернильницу и бумагу.

«Поскольку карта необходима, не все ли равно, кто ее нарисует», — решила Сабриэль. Когда она спустилась вниз по лестнице, насмешливое мяуканье у ее ног известило о том, что Моггет ее обогнал.

— Чернила и бумага, — напомнил кот, вспрыгивая на стол. — Принеси толстую бумагу. Положи мягкой стороной наверх. Не заботься о пере.

Сабриэль выполнила указания Моггета и наблюдала за тем, как кот скрючился у листа бумаги, высунув от напряжения язык. Казалось, он о чем-то на мгновение задумался, а затем из лапки высунулся тоненький коготь цвета слоновой кости. Кот аккуратно окунул коготь в чернила и начал рисовать. Сначала он провел грубую внешнюю линию, затем добавил важные географические изображения, такие, как горы, холмы и реки, затем тщательным, красивым почерком написал названия. В конце Моггет нарисовал дом Аборсена и уж потом откинул голову назад, чтобы полюбоваться своей работой и слизать чернила с белой лапки.

Сабриэль выждала несколько минут, чтобы быть уверенной, что работа закончена, и затем посыпала на бумагу сухой песок. При этом ее глаза впитывали каждую деталь, напряженно изучая географическое лицо Старого Королевства.

— Ты сможешь все это разглядеть потом, — сказал Моггет, окончательно отмыв чернила с лапки. Но Сабриэль все так же стояла, уткнувшись носом в карту. — Мы должны поторопиться. Для начала тебе лучше пойти переодеться. Постарайся сделать это побыстрее.

— Я постараюсь, — улыбнулась Сабриэль, все еще глядя на карту. — Спасибо, Моггет.

Посланцы разложили в комнате Сабриэль всю одежду и поклажу, и четверо из них суетились вокруг, помогая ей собраться. Они сняли с нее уличную одежду, и она поспешила сама снять белье прежде, чем станет щекотно от прозрачных рук посланцев. И все-таки ей было щекотно, когда на нее через голову стали надевать тонкую хлопчатобумажную рубаху, а внизу — мешковатые штаны. Затем последовала льняная рубашка, затем туника из оленьей кожи и тонкие кожаные брюки с жесткими защитными нашивками на коленях, ягодицах и щиколотках.

Двое посланцев впихнули ее руки в длинное бронированное пальто, застегивающееся на боку, а двое других распустили шнуровку на подкованных ботинках.

Ничего подобного этому пальто Сабриэль никогда в жизни не носила, хотя на уроках воинского искусства ей приходилось надевать кольчугу. Пальто вместе с юбкой длиной до колен было сделано из пластинок, напоминающих рыбью чешую. Они не были металлическими, а скорее керамическими или даже каменными. Значительно более легкими, чем металлические, но точно очень прочными, что и продемонстрировал один из посланцев, ударив по пластине кинжалом. На ней не осталось даже царапины.

Сабриэль думала, что ботинки будут последней деталью одежды, но она ошиблась. Пока один посланец зашнуровывал ботинки, другой поднял головной убор в виде тюрбана и серебряную полоску, и, когда он был до бровей опущен на голову Сабриэль она почувствовала, что он сделан из того же материала, что и плитки пальто.

Третий посланец взмахнул сверкающим темно-синим плащом с вышитыми на нем серебряными ключами, отражающими свет. Посланец накинул плащ на плечи Сабриэль и поправил его складки.

Последним был меч на поясе и перевязь с колокольчиками. Посланец принес их, но не проявлял желания их надевать. Сабриэль сделала это сама, почувствовав знакомую тяжесть — колокольчики через грудь и меч у бедра. Она повернулась к зеркалу и посмотрела на свое отражение, которое и порадовало и напугало ее. Она выглядела уверенным, хорошо экипированным путешественником. В то же время она смотрела на кого-то, кто был гораздо больше похож на Аборсена, чем на Сабриэль. На Аборсена с большой буквы.

Она бы еще смотрелась в зеркало, но посланец потянул ее за рукав и указал на кровать. На ней лежал открытый рюкзак, и Сабриэль стала смотреть, как посланец складывал в него ее старую одежду, отцовскую кожаную куртку, белье, сухое мясо, печенье, бутылку воды и несколько небольших кожаных мешочков, полных полезными вещами. Каждый мешочек был открыт и показан Сабриэль, там были: телескоп, серные спички, лечебные травы, крючки для ловли рыбы, швейные иглы и много подобных мелочей. Во внутренний карман были положены завернутые в клеенку три книги из библиотеки и карта.