Чтение онлайн

— Проходи, Ярочка, — и пояснила: — Когда ты гостила у нас, то жила в этой комнате. Она всегда была только твоя.

С благодарностью посмотрев на женщину, я переступила порог. Отойдя на несколько шагов от двери, остановилась, окинула внимательным взглядом большую, но поразительно уютную комнату.

Эркерное окно, занавешенное небесно-голубой вуалью, наполняло помещение светом и воздухом. Прямо около входной двери расположилась «рабочая» зона: письменный стол с компьютером, рядом вращающееся кресло, на стене — полочки с книгами, под ними удобный маленький диванчик и изящный столик с ажурной лампой. Ну а левее, очевидно, место для отдыха: застеленная бирюзовым покрывалом двухспальная кровать с множеством разноцветных подушек, прикроватная тумбочка, симпатичный ночничок.

Заприметив на дальней стене две закрытые двери, с грустью хмыкнула. Я даже не представляла, что прячется за этими дверями.

Казалось бы, если комната моя, то должна же хоть что-то узнать. На крайний случай испытать какие-то эмоции. Увы, ровным счетом ничего.

Видимо решив мне помочь, Тамара Валерьевна спокойно пояснила:

— За одной из дверей ванная комната, за второй гардеробная, — а потом внезапно с досадой поджала губы. — Вещей там практически нет. Последнее время ты не хотела, чтобы мы что-то покупали, — она нахмурилась, наверное, вспомнив о причине такого нежелания. — Ну да ладно, пока походишь в домашнем халате. Лежит на полке в ванной. Белье и кое-что из летней одежды я сейчас курьером закажу, — неожиданно заговорщицки улыбнувшись, добавила: — Виртуальный шопинг, конечно, хорошо, но пройтись по магазинам двум красавицам-сестрам гораздо интереснее и полезнее. Намек понятен? — вопросительно изогнула она бровь.

— Более чем, — усмехнулась я. — А как Светлана на это отреагирует?

— Положительно, — уверенно сообщила Тамара Валерьевна. — Иди в душ, потом спускайся в столовую. Будем тебя нормально кормить, — не дожидаясь ответа, тетя вышла из комнаты и плотно притворила за собой дверь.

Проводив ее взглядом, нахмурилась. Игнатьевы явно заботятся и беспокоятся, однако не особо-то и расстраиваются, что я их не помню. Словно родственников это устраивает.

Вполне вероятно, мое физическое здоровье опасений у них не вызывает. Впрочем, чувствовала я себя действительно великолепно. Но неужели два профессиональных врача с такой легкостью позабыли о моем «чудесном исцелении»? Не верю! Они, несомненно, что-то знают. Вопрос — что именно?

Поморщившись, стянула надоевшую шапочку. Засунув ее в левый карман, отправила туда же маску. С наслаждением почесав зудящую на затылке кожу, сняла больничные шлепанцы и направилась прямиком в ванную комнату. Мне необходимо срочно освежиться.

Открыв первую из дверей, огляделась. Добрую половину стены занимало зеркало. Чуть подальше стояла стильная душевая кабина, рядом — огромная белоснежная ванна. На стеллажах аккуратными стопочками лежали полотенца, там же обещанный темно-серый халат, в самом дальнем углу скромно прятался унитаз — короче, ничего сверхъестественного или непонятного.

Задумчиво посмотрев на душевую кабину, решила все же основательно помыться. Довольно быстро разобравшись с хитроумной сантехникой, включила воду нужной температуры и направилась к зеркалу.

Впервые увидев свое отражение, облегченно вздохнула. В глубине души я боялась, что саму себя не узнаю, и придется привыкать. Однако зеркальный двойник не вызвал противоречивых эмоций. Оказывается, собственную внешность я прекрасно помнила. Даже едва заметный шрам на правом предплечье казался родным, хоть и не знаю, где и когда умудрилась его поставить.

Хмыкнув, вновь вернулась к ванне. Та почти наполнилась. Оглядев многочисленные пузырьки, взяла наугад самый большой.

— Пена для ванны с ароматом лаванды, — прочла вслух и довольно хмыкнула. Читать, к счастью, не разучилась.

Щедро плеснув под струю лиловой жидкости, увидела начавшую подниматься плотную пену и почувствовала приятный запах. Похоже, пора раздеваться.

А вот снимать-то особо и нечего. Белья под выданным тетей медицинским халатиком не имелось. Неторопливо расстегнув пуговицы, сняла его, повесила на крючок в стене. Взгляд зацепился за оттопыренный карман, в котором лежал кулон.

Вытащив украшение, задумчиво посмотрела на голубоватый кристалл. Евгений Петрович сказал, что кулон был на мне. А вдруг личная вещь поможет пробудить память?

Торопливо расстегнув замочек, надела цепочку на шею. Теплый камешек уютно улегся в ложбинку меж грудей.

Прислушавшись к себе, с досадой поняла — воспоминаний нет. Словно прежде я его никогда и не носила.

— Жаль, — пробормотала под нос и опустилась в ванну.

Понежившись в ароматной пене, без спешки тщательно вымылась. Выбравшись из воды, направилась к полке с лежащим на ней халатом.

Размышляя о всяком-разном, не понимая руки, машинально щелкнула пальцами. В тот же миг тело со всех сторон окутали теплые струи воздуха.

Я застыла. Что происходит?!

Через пару мгновений все закончилось. Ошарашенно хлопая глазами, потрогала прядь волос. Сухая.

Ну дела-а…

Двигаясь словно заторможенная, взяла халат, крепко завязала на талии пояс. Внезапно озарило: раз Игнатьева говорит в этой комнате жила только я, то, вполне вероятно, удастся найти какую-нибудь подсказку о прошлом!

Быстро вернулась в спальню. На глаза попался дисплей монитора. Компьютер — самая нужная вещь, я им точно пользовалась! Должны же в нем быть хоть какие-то фотографии?!

Однако меня постигла неудача. Куча кнопок на системном блоке. Какую нажимать — ни малейшего представления. Безуспешно потыкав, отступилась. Видимо, так мышечная память не сработает. Придется с этим подождать.

Нахмурившись, я села на стул и принялась выдвигать ящики стола. Все найденное складывала себе на колени. Удостоверившись, что последний ящик пуст, приподняла полы халата и отнесла добычу на кровать. Уселась в центр, скрестила ноги и принялась методично рассматривать находки.

Всевозможных размеров календари, брелоки, фотографии для письменного стола, конечно, вполне нормальное явление. Однако нешуточно напрягало другое: на всех до единого предметах красовалось изображение одного и того же высокого, стройного азиата.

Это вообще кто?

Хмурясь все сильнее, я разглядывала красивое, аристократичное лицо длинноволосого юноши. Он явно был важен для меня. Однако не то что воспоминаний, ни единой эмоции так и не появилось. Снова.

— Да ладно?! Ничего не меняется? — внезапно выдернул из раздумий девичий голос.