Рыжий рыцарь
Шрифт:
– Она глупа, взбалмошна, бесстыжа.
– Да, моя королева, мы заманили Нэда Гамильтона в Запредельный мир. Там все перевернуто, истинный Ад для христианского рыцаря. Ваш враг сойдет с ума.
– Она безвкусно одета, у нее дурные манеры… – Королева говорила сама с собой, словно не слыша ничего вокруг. – Она не верит в Бога, ничего не знает о жизни, ни к чему не приспособлена.
– Как удачно, что Нэд нашел себе такую попутчицу! – ободренно хихикнул карлик. – Такая особа лишит его мозгов за одну неделю. Вот бы еще всучить ее ему в жены.
– Нахальна, груба, не имеет моральных и нравственных ориентиров и к тому же уродина каких поискать… Щур!
– Да, ваше величество! – Карлик испуганно прикрыл глаза.
– Она… он… они не должны были встретиться!!!
Дальнейший разговор наших героев напоминал весенний концерт мартовских котов.
– Ты что, больной? Прямо в ухо орать.
– Я не ору, леди! Я – стенаю.
– Ну и стенал бы себе в сторонку! У меня правое ухо уже не слышит… Стенает он тут. Вот, даже лошадь шарахнулась!
– Это не лошадь, а мой боевой конь! И он от меня не шарахается. Бред, иди сюда!
– У кого бред?!
– Он – мой, значит, у меня.
– Я так и знала. Только у тебя уже не бред, а самые настоящие глюки!
– У меня нет… нет никакого бреда! Бред – это он! Это имя моего коня! И глюков у меня нет, я недавно мылся.
– Ага, в сауне или в джакузи?
– В реке!!!
– Скажешь, опять не орешь?! А коня надо было по масти называть – Нигером или Гуталином!
– Бред – хорошее имя и его даровал нам сам король Ричард!
– Ты что, совсем?! Парень, очнись, ты переигрываешь. Давай включайся в нормальный режим.
– Я не… вы… почему я?!
– О Санта Лючия донна Розалинда Пьетта дель Кордова! За что ты свалился на мою голову?!
– Вам угодно, чтобы я ушел?
– Точно! Сделай милость, отвали…
Взбешенный сэр Гамильтон-младший, красный как рак, схватил под уздцы отдыхающего коня и бросился прочь. Он быстро нашел какую-то тропу и пошел вдоль берега, пиная тяжелыми сапогами мягкие полупрозрачные бутыли.
– Эй, психический! Поглядите какие мы неуравновешенные… Черт с тобой, давай мириться!
– Но, леди… как вы… можете так легко произносить имя нечистого?! – пораженно обернулся рыжий рыцарь.
– Да ну на фиг, подумаешь… весь день на нервах. Чего ты к словам цепляешься, я же не ругаюсь.
– А что вы делаете?!
– Разговариваю. Очень даже вежливо, – опять надулась Илона. Она бегом догнала молодого человека и совершенно не понимала, что именно его не устраивает.
– У нас упоминание имени нечистого уже есть самая грязная ругань!
– А у нас прогресс шагнул гораздо дальше. Слышал бы ты, как дети в старших группах детского сада выражаются. Уши вянут на корню!
– Это Ад…
– Ты про детский сад? Школа еще хуже, десятилетняя колония поучительно-принудительного режима. А ты, кстати, сам работаешь или еще студент?
– Это точно Ад, – обреченно бормотал Нэд, почти не обращая внимания на щебет своей спутницы. – Светлый мир, созданный Господом по его божественной мудрости и находящийся в дивной гармонии, уничтожен! Воздух пахнет нефтью и серой; дети изрыгают хулу и десять лет томятся в тюрьмах, люди одеваются, как портовые нищие в Аравии, даже юные леди выглядят словно последние…
– Э, э, э! Моралист костюмированный, не надо переходить на личности. Я только-только тебя извинила, а ты снова начинаешь!
– Простите мою прямоту, но… вы ведь сами сказали, что…
– Что?! Что такого я сказала? – Илона вообще заводилась с полуоборота, возможно, поэтому у нее не было длинных романов – ни один парень не решался долго находиться в обществе такого чуда.
– Что вы… – храбро выдохнул Нэд, – ходите в бардак!
– В институт, – поправила девушка.
– А в институте – бардак! – добил рыжий рыцарь.
Илона на пару минут заткнулась, в ее хорошенькую головку начали забредать мысли о том, что парень-то и вправду «не того»… В смысле не притворяется.
– Ну бардак, да… Так у нас всегда бардак, везде, во всей стране. Что в этом такого?
– Но… леди… Бардак – это дом, где работают падшие женщины! Они продают любовь за деньги!
– За валюту?
– О небо! И вы говорите, что у вас везде так?! Нет, это точно Ад, а не инсти…
– Слушай, умник! А ты сам-то где учился? Второй раз спрашиваю, между прочим…
– В Оксфордском аббатстве, – нехотя буркнул рыжий рыцарь.
На Илону это произвело сильное впечатление:
– Ты… учился в Англии?! Ну тебе и повезло… Надо же, в самом Оксфорде. Предки устроили?
– Отец настоял. Он всегда считал, что младший сын в роду может преуспеть лишь в церковной карьере.
– Минуточку… Ты что, священник?!
– Нет, я рыцарь.
– А по специальности?
– Послушайте, леди, – резко остановился Нэд, – мне кажется, что я должен объясниться. Раз уж нас свела судьба в этом проклятом небесами месте, будем хотя бы откровенны друг с другом. Мое имя сэр Нэд Джон Джошуа Эдмонд Гамильтон, третий и последний сын благородного графа Джона Гамильтона. Как младший в роду, я не имею почти никаких прав на наследство, поместье, земли и замок. Отец понимал это и заставил меня выучиться письму, чтению и счету у оксфордских монахов. Также я получил приличествующее рыцарю образование и после смерти родителей смог вступить под знамена Ричарда Львиное Сердце. Мы сражались с неверными за обладание гробом Господним. По окончании войны я отправился в Аравийскую пустыню за головой дракона и непостижимым образом попал сюда. Убежден, что не без вмешательства Сатаны.
– Короче, – перебила Илона, – я, конечно, понимаю, нехорошо смеяться над больными людьми… Ладно, сойдемся на том, что сегодня ты меня все-таки выручил. Но может, хватит? У меня уже лапша на ушах не держится.
Вместо ответа рыжий рыцарь так пристально взглянул на ее уши, что девушке стало стыдно.
– Хватит из меня дуру делать! – праведно взвыла она. – Вот угораздило же… Ну почему все мужчины такие сволочи?
Нэд не нашелся что ответить. Он не понимал почти ничего. Оказывается, два человека, говорящие на одном языке, могут быть так же далеки друг от друга, как жители разных галактик. В полном молчании они поднялись по крутому бетонному склону, вышли на освещенную редкими фонарями автостраду. Илона заговорила первой: